Двойное удовольствие
Стефан приходит на помощь.
– Рад вас видеть, мистер Армстронг. Вынужден украсть у вас этого парня. Пора праздновать победу.
– Конечно, – говорит папа. Он знает о важности командного духа.
Я благодарен другу за спасение. Но еще больше я благодарен Айви, когда по пути к машине получаю ее сообщение.
Айви: Как прошел первый вечер на новой работе?
Я не могу сдержать короткой улыбки. Кажется, что с ней я могу быть искренним. Может, потому, что у нас нет никакого прошлого, никаких ожиданий. А может, потому, что в нашу первую встречу она вывалила на меня все свои странные проблемы с работой. Планирую сделать то же самое.
Хейз: Перенервничал. Но было весело. Как ты поталисманила?
Айви: А точно есть такой глагол?
Хейз: Теперь да.
Айви: Тогда я наталисманилась до упаду, но было весело.
Мы еще немного попереписывались, пока я шел к машине, но потом пришлось заставить себя отложить телефон.
* * *– Эй Ты, что вам налить?
Вопрос задал мой друг Гейдж. Я рассматриваю сегодняшние предложения на меловой доске в его новом баре «Стикс энд Стоунс».
Стефан издает смешок, и они отбивают кулаки. Очевидно, Стефан очень рад, что Гейдж подыграл ему с прозвищем.
Я сурово смотрю на своего давнего друга, а теперь врага.
– Мужик, у тебя нет прав использовать это прозвище.
Умник шутливо играет бровями и говорит:
– Это право бармена. Если кто-то делится со мной историей, я имею право ее использовать.
Стефан откидывается на спинку барного стула, закидывает руки за голову и бросает на меня взгляд:
– Слушай, радуйся, что я помог выбрать тебе прозвище, а то был бы каким-нибудь «дружочком-пирожочком».
У меня вырывается стон; я ненавидел это прозвище, которое прилипло ко мне на первом курсе университета.
– Пошел в жопу. Просто. Пошел. В жопу. – С каждым словом он получает еще и средний палец.
– Если только в какую-нибудь упругую женскую, – говорит Стефан с усмешкой.
– Это мы любим.
– О да.
Я бросаю на него взгляд. Мы редко обсуждаем женщин на людях, Стефан особенно держит все при себе. Все-таки это личная жизнь.
Он смотрит на меня в ответ, в глазах понимание.
Мне становится спокойнее. Я и правда очень рад, что он не вкинул «дружочка-пирожочка». На первом курсе группа старшаков дали мне это прозвище, потому что я попал в команду на первом курсе. Мне оно не нравилось, да и «пирожком» я не был. Я всегда был выше и больше Викинга. Когда шутники выпустились, я стал Айсбергом. Вот это подходит стилю моей игры. Никаких эмоций.
Гейдж говорит из-за бара:
– Я могу перейти на «дружочка-пирожочка».
– Можешь почаще к нему так обращаться, – говорит Стефан.
Я потираю уставшую шею и сдаюсь.
– Ладно, можешь назвать как хочешь, убедил, – обращаюсь я к Кейджу. – Можно мне теперь бургер и эль?
– Уже готовим для нашего дружочка-пирожочка, – говорит Гейдж, а потом фальшиво-обреченно вздыхает, наливая из краника эль: – Ну вот! Никак не могу выбрать, какое прозвище использовать.
– От меня это никогда не отлипнет, да? – спрашиваю я.
– Мы не позволим, – отвечает Стефан, а потом заказывает еду для себя.
Минутой позже Гейдж ставит передо мной кружку со сказочным золотым напитком, а Стефану подает стаут [9], потом разворачивается и, видимо, передает на кухню наши заказы. Гейдж старше меня на пару лет, мы выросли на одной улице. Он как старший брат, которого у меня никогда не было. Я счастлив, что он добился такого успеха. Он годами батрачил на бар в Сакраменто, в одиночку воспитывая ребенка после смерти жены. Гейдж всегда мечтал открыть свой бизнес, а теперь его новая точка привлекает кучу людей. Не могу не порадоваться за него.
Он возвращается и гордо осматривается: повсюду спортивный инвентарь, дорогое темное дерево, кожаные диваны, медная посуда. Место получилось молодежное. Если гость не хочет смотреть матчи, может поиграть в пинг-понг или пул. Каждый найдет чем заняться.
– Неплохо, да? – говорит Гейдж.
– Более чем, – отвечает Стефан с гордостью за своего бизнес-партнера.
Взгляд зеленых глаз Гейджа встречается с моим:
– А ты тоже сегодня был неплох на льду.
– Спасибо, – благодарю я, чувствуя, как перехватывает дыхание. – Осталось повторить то же самое еще в восемьдесят одной игре сезона.
Стефан ставит стакан на стол и переводит на меня серьезный взгляд. Шутки кончились.
– У тебя все получится, Армстронг, я знаю, – говорит капитан, и я уже не могу сдержать улыбку.
– Спасибо.
Гейдж начинает вытирать стойку и вопросительно кивает на меня:
– Так, ну, победа победой, а как в остальном прошла твоя неделя?
Дел много. Хорошего много, да не все. Решаю пожаловаться.
– Ну, слушай, я встретил в лифте милашку. Пофлиртовал с ней. Потом выяснилось, что мы работаем вместе.
Стефан резко переводит на меня заинтересованный взгляд.
Глава 10
Фермер Стефан
СтефанМожет быть, он говорит о Парвати. Или о нашем менеджере – Вайолет. А может, о новом инструкторе по йоге – Брайар. Но, насколько я знаю вкус Хейза, он запал на нашего нового талисмана.
Я стараюсь не выдать себя. Хочу пока немножко пошутить над ним. Делаю глоток эля, ставлю стакан на стойку, а потом поворачиваюсь к Хейзу.
– Джесси? Серьезно? Никогда бы не подумал, что ты замахнешься на начальницу. Удачи в любом случае.
Хейз закатывает глаза.
– Да, я флиртовал в лифте с хозяйкой команды. Как ты догадался?
Я сочувствующе хлопаю его по плечу.
– Дружище, она замужем. Лучше сразу забудь про нее.
– Не думай, что я купился на твои шутки. Я знаю, что ты знаешь, что я про Айви, – говорит Хейз.
Что ж, это было просто.
– Самое очевидное дело в моей карьере.
Гейдж смеется и убирает стаканы.
– Так, это уже интересно. Хочу знать, как Хейз спалился со своими щенячье-влюбленными глазками.
Хейз роняет голову на бар.
– Зачем я сюда пришел?
– Просто здесь лучше, чем в «Немецком доге», – отвечает Гейдж.
У меня челюсть отвисает от показного удивления.
– Так можно и нарваться.
– Потом мы обязательно подеремся. – Гейдж разворачивается к Хейзу. – Подробности!
Хейз поднимает голову, поворачивается к Гейджу, потом ко мне и говорит с пришибленным видом:
– Она смешная, яркая, страстная. Любит возиться с грядками и готова постоять за себя. Сексуальная, как грех. Приходится избегать ее, чтобы не встретить у дома. Наверное, скоро придется переехать сюда, чтобы сдерживаться. – Хейз машет за барную стойку, где Гейдж убирает стаканы на сушку.
– Без проблем, за баром есть спальный мешок, – говорит он.
Я делаю еще один глоток, пытаясь угомонить шестеренки в голове. Так даже лучше. Просто охренеть как лучше. Я не сразу понял, что ему понравилась Айви, но, пожалуй, ничего удивительного. У нас всегда был схожий вкус, когда дело касалось женщин.
Прекрасный вкус.
– А почему ты от нее отказываешься? – решаю я спросить, проверяя его намерения.
Хейз морщится.
– Служебный роман не лучший старт в команде. Мне стоит сосредоточиться на хоккее, вливаться в команду. – Я знаю, что для него важно осесть где-нибудь, найти свой дом, хоть сам Хейз в этом и не признается. – Но она… это нечто. Между нами что-то есть.
Это объясняет напряжение, которое я заметил между ними. Я почувствовал, как где-то внутри зашевелилась ревность. Тоже хочу почувствовать с ней искру, но она была так холодна. Или просто старалась держаться формально? Я так и не понял, что она про меня подумала, заинтересовал ли я ее.