Играем в ГП (СИ)
И вот тут мне рассказали много нового. Во-первых, обрадовали тем, что Министерство назначило мне опекуна. Знаете кого? Снегга! Как? Почему? Зачем? Этого не объяснили. Но отныне и до совершеннолетия я буду под его пристальным надзором. Практически, начиная со следующего понедельника, дважды в неделю я занимаюсь с ним Зельеварением, и в случае необходимости могу приходить к опекуну в кабинет для получения совета или наставления.
Во-вторых, два раза в неделю, мне нужно появляться на дополнительных занятиях Трансфигурацией, которые для талантливых учеников проводит профессор Макгонагалл. Правда, до меня туда первокурсников не приглашали, да и с третьего курса ученик только один, но всё случается впервые.
Третье и последнее – декан Флитвик пересмотрел свой график и выкроил час в неделю, для подтягивания меня в дуэлинге. На первом курсе он заложит основу, а дальше посмотрим.
Что касается Правописания и Ворожбы, то коли мне захотелось туда ходить, так пускай они остаются в расписании.
Это я на них захотел ходить? Точно? Почему-то считал, что наш декан мне их назначил! Но, как всем уже стало ясно, спорить с преподавателями здесь не принято, да и бесполезно.
Несколько обалдевший, вместе со Снеггом, двинулся к нему в кабинет. Он же вчера обещал мне помочь с заточкой ножей. Довольно быстро мы добрались до его обиталища.
Там я был усажен за стол и передо мной оказалась кружка с чаем и пирожки с лесными ягодами на тарелке.
– Кхм, – кашлянул профессор, если бы это не был Снегг, я бы сказал смущённо. – Мистер Поттер, угощайтесь. Мне сказали, что это ваша любимая начинка.
Я, конечно, поблагодарил человека за заботу, а он продолжил:
– Должен признаться, до сей поры у меня не было опыта опеки. Профессорам каждый день приходится воспитывать школьников, но здесь несколько иное. Я постараюсь быть хорошим опекуном, но прошу вас тоже идти мне навстречу и не осложнять наши взаимоотношения.
Рассыпаюсь в уверениях, причём искренних, что постараюсь оправдать, обещаю слушаться и всё такое прочее. Снегг немного расслабился, махнул палочкой и перед ним тоже оказалась кружка.
Во время распития чая, я выслушал желчный комментарий о странных действиях Министерства по моему поводу.
Затем был поставлен в известность о наличии у Поттеров дома в Годриковой впадине. О том, что именно там случилось нападение на нашу семью. О могилах родителей и о мемориальном музее, устроенном в повреждённом здании. И о том, что Министерство совсем забыло о настоящих хозяевах.
Однако, как только я вернулся в мир волшебников, про меня вспомнили. Не то чтобы захотели исправить свои недоработки. Нет! Просто рядовые избиратели стали интересоваться, где Гарри провёл десять лет и почему так получилось? Только потому, а не из-за душевных качеств Министра Фаджа, срочно утвердили завещание, нашли опекуна и решили вопрос с жильём.
Вместо родительского, мне выделили пустующий дом с торговым зальчиком, на Верхней улице Хогсмита. Это самый центр ближайшей от Хогвартса деревни. Судя по отзывам, дом неплох, и в ближайшее воскресенье мы со Снеггом пойдём его смотреть. Обольщаться не стоит – это подачка, скорее даже взятка, для успокоения общественного мнения, однако лучше, чем ничего.
Далее пришлось подробно ответить на вопросы, о жизни в семье тёти Петуньи, об учёбе в магловской школе и о содержимом моего гардероба.
Подход оптовой закупки комплекта одежды в целом был одобрен, однако опекун поставил в известность, что эльф принесёт сюда мою одежду для осмотра. Я совсем неопытен, нельзя полностью полагаться на мой выбор. Что необходимо, будет докуплено самим Снеггом. Кстати, книги, учебники и канцтовары тоже ждёт ревизия.
После чая случился мастер-класс по правильной заточке лезвий и объяснений, что таким образом на 2 % повышается скорость варки зелий. Затем, почти перед самым уходом, опекун спросил:
– Мистер Поттер, вы видели фотографии своих родителей?
– Только мамину и ту детскую. Других у тёти не было.
– Возьмите это, – суёт мне конверт, – при желании посмотрите колдографии.
Снимков было два. Один семейный – Джеймс, Лили и я, совсем младенчик, на фоне дома в Годриковой впадине. На другом запечатлена пара – Северус и Лили, оба молодые и очень счастливые.
– Это мы с твоей мамой почти перед самым окончанием пятого курса, – пояснил Снегг. – Сразу после сдачи экзаменов у нас… э… разошлись пути. Но мы иногда… э… виделись. Да! Виделись. Встречались для обсуждения разных дел. Кстати, я знаком с твоей тётей. Но Петунье никогда особо не нравился. Впрочем, Джеймса, мужа Лили, она просто ненавидела. Точно не знаю из-за чего. Подозреваю, конечно, но не могу утверждать достоверно, а потому просто промолчу. При желании можно спросить самому. Хотя не уверен, что Петунья расскажет.
Видимо из-за воспоминаний человек замкнулся, поскучнел, но поставил в известность:
– И последнее на сегодня. Мне не нравится ваша физическая форма. Я буду передавать вам флаконы с зельями, а вы должны их своевременно принимать. Они немного приведут в порядок ваш организм. Да и учиться станет полегче.
Чайный клуб
Однокурсники меня встретили странными взглядами. Скорее, из-за того, что уже прослышали о занятиях с тремя деканами сразу и о том, что мне вернули дубинку.
Члены чайного клуба устроили для перваков чайную церемонию, так сказать, посвятили в таинство. Не все из приглашённых смогут к ним примкнуть, но не примкнувшие должны знать, чего они лишись.
Позвали, правда, не всех первокурсников. Как позже намекнули, только достойных получить звание кандидата. В клубе не придерживались каких-либо расовых или иных предрассудков, но вы сами должны понимать, что всяким цветным здесь не место. Они могут быть прекрасными людьми, достойными всяческого уважения, но иногда хочется спокойно посидеть в приличной компании, среди белых людей.
Энтони Голдстейн тоже не приглашён – с такой-то фамилией!
Мораг МакДугал, Майкл Корнер и Стефан Корнфут, конечно, чистокровные британцы, но голь перекатная. Ежемесячный взнос в два галлеона служит скорее для того, чтобы отсечь людей, не полностью подходящих кругу любителей выпить чашечку – другую горяченькой заварочки. Хотя деньги тоже важны – хороший чай стоит хороших денег.
Так что пригласили всех оставшихся – меня, Мэнди Броклхерст, Терри Бута и Лайзу Турпин. Привели в чайную гостиную, куда посторонних без особой нужды не допускали.
С японскими, китайскими и иными восточными традициями действо не имело никакой связи. Здесь проходит чисто английское чаепитие. Строгий, кремового цвета, веджвудский сервиз костяного фарфора, без всяких дешёвых украшательств, типа аляпистых листочков-цветочков. Только элегантные формы, простая лепнина в качестве орнамента и затейливо изогнутые ручки там, где они положены. Тяжёлая серебряная посуда. Крупнолистовой чай.
В начале действа точно выверенное количество чайного листа засыпается в заварочный чайник и обдаётся необходимым объёмом крутого кипятка. Настоявшийся чай через ситечко наливают в жирное молоко. Не наоборот! Затем добавляется сахар, и ложечкой перемешивается. Её обязательно надо вытащить и положить рядом. На маленькой тарелочке подаётся десерт, в нашем случае, это намазанный маслом, обжаренный фруктовый пирог с сушёной смородиной.
За каждым приглашённым следили внимательные глаза хозяев. Замечаний никому не делалось, но было понятно, что ошибки фиксируются. Кажется… только, кажется!.. что я преодолел этот экзамен. Ещё бы! Имея в родне тётю Петунью, часто устраивающую у нас в доме чаепитие для подружек и обязательно сажавшую напоказ за стол «детишек», трудно было бы не научиться соответствовать высоким стандартам придирчивых кумушек.
Разговоры велись самые светские: «Как вы думаете, скоро придут дожди?» или «Такая мужественная девушка! Он смахнул рукавом крошки на её мантию, а она даже бровью не повела!»
Впрочем, после чаепития и благодарностей устроителям пошли обычные разговоры. Я предложил устроить что-то похожее, но в стиле «а ля магл». Только для того, чтобы показать, как такое бывает ТАМ. Для Магловедения оно будет полезно. Угощение и напитки должны быть только аутентичные, но это я беру на себя. С остальных потребуется лишь принести собственные чашки. Ведь именно так развлекаются простые английские школьники.