Сеть. Книга 1 (СИ)

Полина с мамой не заметили, как пролетело время, пока не позвонил отец.
– Домой собираетесь? Уже темнеет, – сообщил он.
В стенах магазина, не имевших окон, время суток всегда было одним и тем же. В руках у Полины была дыня килограмма на три, у мамы – пакет с запасом еды на пару дней. Они взяли тележку, убрали в нее покупки и покатили на стоянку. Магазин находился в двадцати километрах от деревни, в райцентре. Оказаться дома они должны были затемно.
  
До выхода из магазина оставалось совсем немного. Витрины все так же услужливо одевали их в наряды, заманивали потратить деньги. Полина смотрела на себя, одетую в курточку и шапку, которую никогда бы не купила… Вдруг изображение дрогнуло, разбилось на квадратики, пошло кляксами. В магазине заморгал свет, а потом потух окончательно. Несколько секунд было тихо, а потом раздались вопросительные детские голоса.
– Мам, это конец света? – спросил тонкий девчачий голосок.
– Мама-а-а, ты где-е-е? – запищал потерянный ребенок.
– Я здесь, малыш.
– Темно как! Куда идти, где выход?
– Опять свет отключили. На улице что, снова гроза?
– Ничего нормально сделать не могут. Где аварийное освещение?
В ответ на вопрос загорелся свет, но слабо, вполнакала, он продержался несколько секунд и снова отключился. Полина запомнила направление к выходу.
– Мам, держись за тележку, я тебя довезу.
Она попробовала снова провернуть тот же фокус, что и прошлой ночью. Вначале надо было поверить, что это возможно, а потом приказать себе включить инфракрасное ви́дение. Глаза напряглись. Тьма посерела. Фигуры людей, беспорядочно передвигающиеся, словно призраки, проступили из нее.
– Поехали, – шепотом сказала Полина.
– А ты видишь куда?
– Запомнила.
– Детишек не передавим?
– Не переживай, объедем. У меня молодое зоркое зрение.
– Помнится, отец тоже хвалился крепкими костями.
Еще не остывшие экраны витрин, лампы под потолком, человеческие тела светились в темноте теплом. Это было так забавно и впечатляюще. Еще бы, никто, кроме Полины, не мог этого видеть. Ее тележка ловко объезжала людей, выставивших перед собой руки, боявшихся удариться о стену или другого человека. Они с мамой быстро достигли выхода. Но здесь их ждал сюрприз – двери не открывались. Механизм не работал без электричества.
– Конец цивилизации, – вырвалось у Полины.
Под носом снова стало мокнуть. Полина приложила палец и почувствовала выступившую кровь.
– Мам, у тебя есть платочек? – попросила дочь.
– Есть, зачем тебе? – Мать протянула носовой платочек.
– Кровь носом пошла.
– Опять? Полин, почему так часто? Ты не заболела?
– Ма-а-ам, ты бы уже знала, если бы со мной было что-то не так. Это из-за темноты. Я напрягаю зрение, видать, от усилий и идет кровь.
– Зачем его напрягать, дочк, один черт ничего не увидишь.
– Это ты так думаешь, – не удержалась Полина.
– Что, хочешь сказать, что ты что-то видишь в этом мраке?
– Представь себе, вижу. Подними левую руку.
– Зачем? – не поняла мать.
– Подними и сделай шаг влево. Ты упрешься в гнома, который раздает рекламу на входе.
Мать решила проверить ребенка. Никому не понравится, когда твои дети привирают. Ее рука уперлась в гнома.
– Ты помнила, что он здесь стоял.
– Хорошо. Сзади тебя, за спиной, стоит пустая тележка.
Мать развернулась и, выставив руки вперед, сделала несколько шагов. Руки ее были протянуты выше уровня тележки, и она с ходу налетела на нее. Раздался шум и ругательства.
– Куда мне теперь? – спросила мать, дезориентированная в темноте.
– Стой там, я возьму тебя за руку.
Полина подошла к матери и подвела ее к выходу.
– Полин, ты как летучая мышь. У тебя эхолокация?
– Нет, мам, инфракрасное зрение. Но ты подсказала мне идею. Надо проверить.
– Что это значит? Этому вас в университете учат? – наивно предположила мать.
– Почти. Ладно, проехали. – Полина отпустила улучшенное зрение, и непроглядная тьма снова окутала пространство вокруг.
Заморгал свет. Зажглось аварийное освещение. Двери плавно разошлись в стороны. Народ, щурясь, направился к выходу. Полина с мамой оказались впереди всех и первыми вышли на улицу. В поселке было темно. Только лампа над входом в магазин освещала небольшим пятном пространство вокруг. Стоянка автомобилей скрывалась в темноте.
– Я думала, на дворе снова гроза, а тут тихо, звезды светят, – удивилась мама. – Почему выключился свет?
Полина снова вспомнила разговор с Блохиным, помусолила его немного в голове и снова убрала в дальние закоулки памяти. Слишком невероятно. Киборги, анонимное пользование Сетью – все это звучало как новая теория заговора.
– Сбой какой-то. Я думаю, что это последствия вчерашней грозы, – Полина сделала более правдоподобное предположение.
Они подошли к стоянке и выбрали себе двухместный автомобиль с вместительным багажником. Такие машинки, как правило, чаще попадались возле больших магазинов. Их и проектировали как хозяйственные сумки на колесах. Полина взялась за ручку двери. Она не шелохнулась.
– Черт, у машин нет выхода в Сеть без света.
– А как же нам домой попасть? Отец там уже волнуется.
– Так, так, помнится, нас инструктировали в универе, что машины могут передвигаться автономно. Осталось вспомнить, как попасть внутрь. – Полина почесала затылок.
Ее память, виляя по закоулкам мозга, наткнулась на информацию, перекачанную профессором Блохиным. Помимо формул, алгоритмов и прочих, свойственных искусственному разуму способов обработки информации, там имелись и общие знания в быстро доступной форме, интерпретированные в личный опыт. Полина, не отдавая себе полного отчета в том, что она не может этого знать, произвела следующие манипуляции. Потянула ручку открывания двери до тех пор, пока не засветилась информационная панель в автомобиле. После этого она приложила руку, той частью, где был вшит идентификационный чип, в район нижней кромки лобового стекла, за которым изнутри светился слабый красный огонек. Огонек замигал и загорелся зеленым. Одновременно щелкнули замки открывания дверей.
– Готово! – Полина открыла дверь. Она была уверена, что воспользовалась новыми знаниями.
Мать удивленно посмотрела на нее, но ничего не сказала. Молодежь всегда лучше разбиралась в технике. Она подкатила тележку к багажнику и переложила продукты. Народ бестолково суетился возле машин, приученный Сетью только к одному варианту ее открытия. Они проводили взглядами единственный автомобиль, покинувший стоянку.
Машина до выезда из поселка пропетляла по непривычно темным улицам. Дороги были пусты. Создавалось ощущение покинутости, безжизненности поселка. Лишь однажды им попался молодой отец, тащивший одного ребенка на руках, а второго за руку. Полина и мама одновременно подумали о том, что понятия не имеют, как найти ребенка без Сети, тем более в такой непроглядной ночи.
Машина выехала на трассу. Перед ними проскочил грузовик, и больше никого не было. Ни один способ получения развлекательной информации в машине не работал. Тишина была непривычной. Она усугубляла ощущение тревожности, предчувствия каких-то неблагоприятных перемен. Будто бы с отключением электричества весь мир стал другим, не созданным для человека. Люди привыкли к своей скорлупке из технологий. Вне скорлупы мир казался опасным.
За спиной вспыхнули огни поселка, и тут же в машине включился развлекательный канал. Все сразу встало на свои места. Тревожные мысли растворились в музыке, льющейся из динамиков. У матери сработала связь.
– Едем, к дому подъезжаем. В поселке свет вырубился… Не, грозы не было, а у вас? Понятно. Через пять минут будем, пока. – Мама повернулась к Полине. – У них тоже света не было и грозы. Чудеса.
  
Полина проснулась рано. Ей хотелось скорее испытать свои новые возможности. Она нашла в Сети задачки для математиков и попробовала решить их. Поначалу ей не удавалось. Не так-то просто было понять, как это делается, какой запрос отправить в мозг, чтобы он активировал правильную программу. Для Полины все эти формулы на экране были просто абракадаброй, поэтому она решила начать с легких примеров сложения и вычитания трехзначных чисел. Тут мозг сразу понял, что от него требуется, и без проблем решал примеры.