Милашка (СИ)

Юнхо смотрел на Дже некоторое время.
— Между вами ничего не было?
— У вас в семье все мужики ненормальные что ли? — моргнул Джеджун, удивленный вопросом.
Чон изогнул бровь, потом осклабился и вернул руку на место. Спустя мгновение, впрочем, ладонь сползла чуть ниже спины парня.
— Мы нормальные. Были, по крайней мере, пока не встретили одного шибко умного паренька.
Юнхо ощутил, что безумно хочет сейчас прикоснуться к губам, что надулись, но не по-детски капризно, а безумно сексапильно и волнующе. Очарование Дже пошатнуло его решимость отгородиться от парня, собственные увещевания и доводы поблекли и утратили силу. Единственное желание — держать милую колючку рядом, провоцировать на красивую улыбку или другое проявление эмоций. Испуганный, счастливый, удивленный, недовольный, Джеджун нравился ему любой. И сейчас здесь в полутьме салона, он, наконец, решился проявить свою симпатию.
  
Юнхо надавил ладонью на спину Дже, вытянул шею, встречая его губы своими. Ким от удивления замер, но лишь на долю секунды, потом распахнул рот, позволяя языку Чона скользнуть внутрь. По телу поползли мурашки. Словно разряд тока пробежал по венам, он невольно содрогнулся, и оказался прижат еще теснее. Его распирало от счастья и недоверия, казалось, что Юнхо сейчас опять обломает. Но мужчина вдруг скользнул рукой ему под свитер и под футболку, огладил спину. Вторая рука при этом дернулась так же наверх, словно бы Чон не хотел выглядеть извращенцем, которого интересуют лишь плотские удовольствия. Джеджун перехватил его ладонь, вернул на место, а потом и направил ниже. Юнхо послушно стиснул одну ягодицу Дже, и тот глухо застонал от удовлетворения ему в рот. Сам Ким огладил колючие щеки ветеринара, тая в его объятиях. Ему было так волнительно и хорошо, что хотелось плакать.
— Ах, Юнхо, стой, — Джеджун сбивчиво зашептал, с трудом дыша, когда ощутил, что пуговица на его джинсах ослабла, а молния поползла вниз. — Спасатели…
— Приедут и увидят твое состояние, — выдохнул Юнхо, любуясь на влажные, покрасневшие губы своего красавчика.
Джеджун широко раскрытыми глазами следил за тем, как его ширинку вскрыли, приспустили белье и вытянули наружу стремительно твердеющий член. Поверх тут же легла ладонь Юнхо. Дже ахнул.
— Не стесняйся, малыш, — Юнхо ткнулся губами ему в шею, присосался к горячей коже. — Раздвинь ноги шире.
Джеджун подчинился, тут задохнулся от стремительно нарастающего волнующего чувства. Ему дрочили, то сильно сжимая, срывая с губ сдавленные стоны, то нежно поглаживая и щекоча. Дже отодвинулся немного, хоть и кайфовал от вырисовывающего узоры на его шее языка мужчины, взялся обеими руками распаковывать в свою очередь томившийся в ожидании член под ним. Пока его ласкали, он елозил по нему, и теперь дрожащие от волнения пальцы нащупали твердый, как камень, горячий член. Джеджун облизал губы, сглотнул при виде большого покрасневшего органа. Юнхо немного приподнял бедра, чтобы парень смог обхватить оба своими ладонями.
— Сильнее. Сожми, — прерывисто приказал он.
Джеджун закатил глаза, не веря в происходящее. Ему было безумно хорошо сейчас. Его задницу гладили, а свитер задрали. Но холодный воздух не успел мазнуть по груди, ибо ее тут же покрыли поцелуями. Ладони, сжимающие два члена, увлажнились, едва только правый сосочек втянули в рот и поиграли языком.
— Ах, я… Юнхо-ооо, — томно застонал Ким, не в силах двигать ослабевшими конечностями.
Тогда его взрослый и опытный любовник взял дело в свои руки. Джеджун обнял его, сопел в щеку и стонал, пока его трепещущее тело возносили все выше и выше. Оргазм ослепил и оглушил. И он продолжал исторгать из себя соки, чувствуя, как рядом сладостно содрогается и милый. Юнхо понравилась реакция Джеджуна, его голос и стоны. Хоть он и упал на него, не в силах удерживать тело вертикально, но Чон знал — его милый мальчик остался голоден. Как и он сам, лишь распалив аппетит этим сладким аперитивом.
Комментарий к
Мышь обещала скорое продолжение, приятного аппетита :3
========== Часть 21 ==========
— … мы вам позвоним.
— Хорошо, спасибо.
— Насчет аренды нашего авто подумайте, все же Рождество на носу.
— Буду иметь в виду.
Юнхо кивнул парням из автомастерской, проводил взглядом свой джип, надежно пристегнутый ремнями к платформе, и вошел во двор. Закрыв калитку на засов, он поднялся в дом. Джеджун выгружал бутылки из пакета. При виде мужчины он несколько стушевался, вжал голову в плечи и опустил глаза. Его уши пылали. Юнхо с улыбкой подошел.
— Необычно видеть тебя смущенным.
Джеджун не сразу нашел в себе смелость взглянуть на него. Его сердце билось о ребра, как сумасшедшее. Воспоминание безумной пытки, которая скручивала его естество тугим комком, сводила с ума и заставляла пошло стонать, а после яркое высвобождение, от которого едва не лишился чувств, заставляли его щеки гореть. Он влюбился в мужчину окончательно и бесповоротно, так сильно, что сам испугался.
— М-мы теперь без машины? — язык еле повиновался ему.
— Да. Но если взять в аренду тачку, успеем привезти маме кимчи до того, как им стукнет три года.
— Что если… — Дже запнулся, решимость и открытость, свойственные ему, куда-то подевались. — Если мы сами их съедим?
Пальцы Кима потянули маленький язычок на упаковке бутылки. Юнхо проследил взглядом за этим, молча отошел к шкафу и вынул штопор. Вернулся к столу, отдал инструмент Дже, позволяя ему управлять ситуацией.
— Бокалы?
— Не успел купить, — мужчина обошел Кима, очутился за его спиной.
Его удивляло поднявшееся влечение к Джеджуну, словно бы гончий пес учуял животное и больше ни о чем не мог думать, только о том, чтобы мчаться по горячему следу и настигнуть жертву. Что-то подобное он чувствовал, когда сох по Квону, но не мог даже представить себе распускать руки. А сейчас мог трогать не только руками, но и губами. Дже нравился ему, этого невозможно было отрицать. Так, что это могло перерасти в нечто большее, в нечто нерушимое.
Джеджун не имел сноровки в открывании бутылок, к тому же волновался, а потому штопор вошел в пробку криво и заскреб по горлышку бутылки. Когда шею взволновало чужое дыхание, он едва не вскрикнул.
— Волнуешься? — Юнхо медленно протянул руки так, что парень оказался в ловушке, дотронулся до бутылки. Его пальцы ловко выправили штопор и вогнали глубже в пробку.
— Д-да.
— Не бойся, я ничего тебе не сделаю.
— Но я… — Джеджун встрепенулся. Обернувшись, он уставился Юнхо в глаза, выдохнул еле слышно, — … хочу.
— Нам необязательно торопиться.
На лице мужчины отразилось напряжение. Секунда — и пробка с легким чпоком выскочила наружу. Юнхо подхватил бутылку, поднес к парню так, чтобы тот мог ощутить аромат. Ким послушно вдохнул.
— Глотни.
Дже исправно выполнял указания, и Чон почувствовал, как от подобного молчаливого повиновения он начал возбуждаться. Джеджун поморщился, когда сладко-кислое вино ухнуло в желудок, однако от него внутри разрослось приятное тепло.
— Еще немного, — Ким сделал еще пару глотков. Тогда Юнхо пригубил сам, потом отставил бутылку. — Пусть немного подышит. Пойдем.
Джеджун, как утенок, двинулся за мужчиной, даже не спросив, куда идти и зачем. Очутился в ванной комнате.
— Раздевайся, — мужчина принялся настраивать воду, чтобы приятно обжигала, но не ошпарила. Обернулся, когда шуршание одежды стихло. Дже стоял, в чем мать родила, только на ноге болтался датчик. Руки держал по швам, видно было, что не знает, куда их деть от волнения, и все же не прикрывался стыдливо, хоть щеки заливал румянец. Мужчина стянул футболку и штаны, оставив только трусы, уместился на край ванны. Взял ручной душ, переключил воду, и та заструилась по его обнаженным бедрам. Он оборудовал пол в ванной комнате водостоком, чтобы мыть собаку и чистить одеяла из клеток.
  
— Иди ко мне.
Джеджун хотел сказать, что может сам вымыться, но слова застряли в горле. Он ухватился за протянутую к нему ладонь, чтобы не поскользнуться, шагнул ближе. Тут же обхватил мужчину за шею, а тот свободной рукой дотронулся до его бедра, потом скользнул ею на задницу. Дже зажмурился — ему было стыдно от того, что его, как маленького, подмывал кто-то другой.