Милашка (СИ)

— Мам, — прошептал Дже, зажмурившись. Ему вновь захотелось плакать от навалившейся вины. — Прости, я такой гадкий. Прости.
Сдержав проявление слабости, парень поднялся. Вода в чайнике уже остыла, но он воспользовался ею, чтобы смочить салфетки и вытереть себя. Поменяв одежду, Дже потушил свет и нырнул под одеяло, обнял подушку.
Комментарий к
Спасибо, что остаетесь с Мышью и Юндже :3
  
========== Часть 14 ==========
Браслет натирал лодыжку, прижатый плотным носком, а сверху ботинком. Дже терпел боль. Еще и ту, что пронизывала пальцы — холодный воздух облизывал влажные руки, пощипывал. Ким развешивал белье после стирки о дворе, пытался работать быстро. Зима выдалась необычайно снежной, деревня укрылась белым одеялом, температура держалась минусовая. Дже даже представить не мог, как холодно сейчас могло быть в горах. Даже пристрой пришлось спешно утеплять, хотя старик предлагал вновь забить клетками помещение, где он устроил себе спальню, ведь Юнхо больше не жил с ними.
Строительство новой клиники шло полным темпом. Бизнесмен пару раз брал с собой дядю и подопечного, чтобы показать, но кроме фундамента и перерытой земли Дже там ничего не увидел. А вот картинка, созданная компьютером, ему понравилась. На ней значился дом с мансардой, выстроенный буквой «Г», за ним оставалась земля для каких-нибудь посадок. Большая половина строения, конечно, уходила под клинику, в ней планировались целых три кабинета. Снаружи у парковки намечались загоны для крупного рогатого скота, мелкие же животные должны были размещаться в клетках в сарае. Вся эта красота выстраивалась на фоне покрытых зеленью гор. Вокруг росли дикие персики. Территория оказалась заброшенная после того, как предыдущий хозяин умер, его дети перебрались в город и выставили землю на продажу. Чуть дальше кстати было рисовое поле. Разумеется, оно пустовало.
Джеджун сполоснул таз, убрал его в сарай и вернулся в дом. Там снял обувь и верхнюю одежду, стянул носки и подтянул браслет повыше, с наслаждением потер покрасневшую кожу. Когда датчик снимут, он не знал. К его виду он привык, как и его окружение, то бишь одноклассники. На него перестали пялиться, правда, задирки остались, но это только из-за того, что был белой вороной. Он все так же помогал Чхве по дому, ходил с ним на вызовы и терпел учебу. Старик предлагал ему ездить на курсы в ближайший город, но Дже уперся копытцами, а после и слег с простудой. Дед потом тоже заболел и отстал от него.
Ким устроился под одеялом, закутал ноги и возложил на колени ноутбук, чтобы посмотреть какой-нибудь фильм. До ушей долетел лай. Дже поднял голову, прислушался. Это могла быть любая местная собака, но он надеялся, что наконец приехал Юнхо. Они не виделись очень давно. И точно, на крыльцо скакнули, ткнулись в закрытую дверь, заскулили и заскреблись. Дже сбросил компьютер, подхватился и выбежал из комнаты, открыл дверь. Пальбари загавкал, скакнул ему на руки.
— Привет! — Джеджун со смехом упал на колени, обнял вертлявого малыша. Тот знатно подрос, стал тяжелым. — Как я скучал!
Было холодно сидеть на крыльце и обниматься с собакой, и все же Дже не спешил возвращаться в дом. Наоборот, нацепил ботинки на голые ноги и оббежал дом. Пес рванул следом. Ким едва не упал, запнувшись об него.
— Хён! — воскликнул Джеджун при виде прилаживающего покосившуюся калитку Юнхо.
Парень, радуясь, кинулся ему на шею. Чон едва успел развернуться, поймал его. На его лице отразилось безмерное удивление — Дже раньше не проявлял подобных эмоций.
— Привет, — Чон несколько смущенно обнял его в ответ, похлопал по спине. — Как ты? Все в порядке?
— Да, — с лица парня не сходила широкая улыбка, чья привлекательность не скрылась от Юнхо еще в первый день знакомства. — Я не ожидал, что ты приедешь. Надо было позвонить, я бы приготовил чего-нибудь и прибрался б.
— Я так-то не собирался… — мужчина несколько виновато потер шею. Дже несколько раз моргнул, не совсем понимая. — Давай зайдем в дом, ты так замерзнешь.
У Джеджуна пересохло в горле от предчувствия чего-то плохого. На негнущихся ногах он вернулся в помещение, включил обогреватель на полную мощность и залез под одеяло. К нему тут же прибежал Пальбари, заглянул в глаза, лизнул в нос.
— Мне кажется, или пол холодный? — Юнхо вошел, тут же присел на корточки и задрал ковер, потрогал дерево. — Вы ондол* не топите?
— Топили, когда старик жил. Одному мне хватает этого, — парень кивнул на обогреватель.
Чон покачал головой, сел по-турецки напротив Дже.
— У меня к тебе разговор, малыш.
Джеджун обеспокоенно заерзал.
— О чем.
— У дяди все же диагностировали онкологию.
— Это рак, да? — робко уточнил Ким.
— Да. Рак желудка. Врачи предлагают оперировать.
— Его перевезут в городскую больницу?
— В этом-то и загвоздка. Он не хочет лечиться.
— В смысле? К-как? Почему?!
— Считает, что бесполезно. Мы с мамой уже проконсультировались с врачами, они сказали, что шансы пятьдесят на пятьдесят, хотя, скорее всего, придется удалить часть желудка, а то и весь. И это, чего уж таить, не факт, что поможет.
Дже опустил глаза в растерянности.
— Если есть хоть малейшая возможность, нужно попробовать, — проговорил он неуверенно. — Почему он отказывается?
— Хочет отдать накопления тебе, мол, сам пожил достаточно, — выложил все карты Чон.
— Что?! Он с ума сошел?!
— Может и сошел. Дядя хочет уйти без лишней суеты и борьбы… Раз гарантии нет… Блин, деньги-деньги, со стороны звучит, наверно, мерзко, будто я о другом и не думаю, — Юнхо упускал хвост мысли, замолкал, взволнованно потирая пальцы. И избегал смотреть в глаза парню. — В общем, я почему приехал… Прости, это прозвучит ужасно, но не мог бы ты поговорить с ним? Уговори хотя бы на химиотерапию. Нас он не слушает, а ты — другое дело. Мне так кажется.
— К-конечно! — Дже поспешно поднялся. — Прямо сейчас побегу к нему!
— Я отвезу.
Джеджун быстро оделся, запер дом и побежал за мужчиной. Ему было неловко. Как Чхве до такого додумался? Почему своему здоровью, жизни, даже можно сказать, предпочел его неясное будущее? Да и что будет делать Ким, останься он один? Даже с какой-то суммой на руках, в семнадцать-восемнадцать? Оба напряженно молчали. Щенка оставили во дворе, чтобы не лез под руку.
Ким ненавидел больницу. Из-за постоянных простуд, он бывал здесь довольно часто, особенно в средней школе. Обшарпанные старые стены наводили на него уныние, запах дезинфицирующих средств щипал нос, о еде старался не вспоминать. Прошлым днем он навещал Чхве, но даже и представить не мог, что происходило без его ведома.
Старик при появлении парочки сразу все понял, поджал губы.
— Юнхо, я уже все решил, — упрямо проворчал он.
Племянник покраснел от злости и отчаянья. Джеджун поднял на него глаза, буквально ощущая исходящие от него волны жара. Подчиняясь порыву, он обхватил его ладонь пальцами, сжал. Чон взглянул на него.
— Пойду покурю, — пробормотал он, аккуратно вынимая руку из сильного захвата.
— Бросай эту дрянь, парень, а то закончишь, как я, — крикнул ему Чхве.
Джеджун прикрыл за Юнхо дверь, прошел вглубь палаты и присел на стул.
— Дядя, вам нужно лечиться, — Ким протестующе замахал руками, едва только старый ветеринар открыл рот. — Если вам пофиг на себя, подумайте обо мне! Что я без вас…? Дом разваливается, отопление накрылось, вчера ночью на кухню проникла крыса. Такая огромная, что ее даже Рыжий не сразу смог прогнать! Если вы умрете, мне останется только повеситься!
  
— Юнхо тебя заберет.
Дже опустил глаза. Его голос задрожал.
— Я ему не нужен, вообще никому не нужен, кроме вас. Пожалуйста, согласитесь на лечение. Я… я не хочу, чтобы вы умирали!
Всхлипнув, он опустил взор. На его щеках заблестела влага. Чхве не выдержал, протянул ему руку. Ким прильнул к ветеринару, уткнулся лицом, пряча слезы. Его волосы взлохматили узловатые пальцы старика, когда тот принялся успокаивать, ласково воркуя, как в детстве.