Надуй щеки! Том 5 (СИ)

— А я что? А мне что прикажете делать⁈ Да вы понимаете, что в школу просто никто не приходит⁈ Да! Учеников нет! А я откуда знаю⁈ Их спросите! Просто пусто… никого. Совсем! Один только ходит! Рано или поздно это вскроется. Я не могу подобное долго скрывать. Да…
В этот момент в кабинете возникла тишина. По всей видимости, директор слушал чьи-то указания. А спустя несколько минут, он снова продолжил говорить, но в его голосе уже слышалось гораздо меньше паники. Хотя нотки мольбы и отчаяния присутствовали.
— Да? А это сработает? Н-ну, ладно… Надо будет действовать жестко. Иначе… Да вы правы, родителям не стоит пока что знать. Только после того, как мы подготовимся. Понял. Сделаю!
В этот момент я прошел дальше, чтобы случайно ни с кем здесь не столкнуться.
В целом, всё ожидаемо. Директор не собирается просто так сдаваться и выставлять себя виноватым. Вместо этого он наоборот пойдет в атаку.
Но что он предпримет?
Этого я не знаю. Но мне и не нужно.
Я буду действовать согласно намеченного плана. А значит, мне следует ударить на упреждение. Но бить я буду наверняка… С самого верху!
Ведь война только начинается…
* * *
Ко Ри подошел к кассе и поставил свою корзину. Достав из нее не хитрый готовый ужин и бутылку соджу, он молча кивнул уже знакомому продавцу. Тот так же молча кивнул, отбил продукты и принял оплату.
Мужчина собрал покупки в пакет, спокойно прошел к выходу.
Так усталой походкой он двинул по улице, на ходу достав пачку сигарет и думая. Думая о прошедшей смене, мужчина закурил и сморщился от понимания, что завтра все снова повторится.
— Надо было слушать маму и учиться, — с усталым вздохом произнес он.
Мужчина затянулся, покачал головой и задумчиво взглянул на пакет у себя в руках, где грело душу наличие бутылки соджу. несколько секунд подумав, он огляделся и задумчиво произнес:
— Надо бы найти место потише… А то как-то неудобно.
Кивнув своим мыслям, он сменил привычный маршрут и свернул в узкую улочку. Пройдя несколько десятков метров, он свернул и достал бутылку. Искренне стесняясь того, что в начале дня он прикладывается к бутылке, он оглянулся по сторонам, открутил крышку и сделал несколько глубоких глотков.
Отпрянув от бутылки, он сморщился, закрыл лицо рукавом, шумно втянул носом воздух, а после закрыл бутылку и снова спрятал в пакет. После этого он спокойно вышел из проулка и пошел дальше уже по другому пути.
— Ну… — произнес он на ходу, сразу повеселев. — Все не так уж плохо…
Ко Ри не был высококлассным специалистом и являлся обычным рабочим на заводе. Однако смены в ночь его сильно выбивали из колеи. Мужчина хоть и был холост, без детей, но денег все равно хватало впритык. Поэтому самые дорогие смены в ночь его сильно выручали.
— Еще бы платили нормально, — с тяжелым вздохом произнес он.
Мужчина по дороге домой свернул еще раз и приложился к бутылке, поэтому, проходя мимо парочки дорогих невысоких домов, не сразу обратил внимание на двух парней, что шумно что-то рисовали на асфальте, прямо на дороге.
— Ей, мелочь! — крикнул он им. — Вы хоть за машинами следите!
Парочка оторвалась от своего занятия и удивленно уставилась на него.
— Чего глазами хлопаете⁈ Не видете — это дорога! А если машина не заметит и переедет⁈
Мужчина подошел к ним и, наконец, заметил, что они заняты вовсе не рисованием.
— Это что? — спросил он, обнаружив под ногами не цветочки, солнышко или на худой конец ругательства, а строчки с цифрами.
— Дискриминант, — пожал плечами один из мальчишек.
Ко Ри огляделся и понял, что асфальт покрыт примерами, причем некоторые выглядели даже для него, закончившего школу, сложными.
— Вы… чего тут делаете?
— Так, классную работу, — ответил второй и потер нос рукой, отчего на нем осталось белое пятно.
— А чего не в школе? У вас же уроки должны быть.
Ребята переглянулись.
— А у нас карантин! — тут же придумал первый. — В школе директор слабоумием заболел.
Ко Ри усмехнулся, поглядывая на двух ребятишек и произнес:
  
— Карантин, как же… И что? Заразно?
— До-о-о-о! — закивали ребята, делая большие глаза, явно переигрывая. — Очень!
Работяга тихо рассмеялся, а затем произнес:
— А чего не в тетрадке? На бумаге, за столом удобнее же.
— Скучно, — буркнул один из ребят. — А так веселее. Мы на скорость делаем. Кто быстрее.
— Учеба — это всегда скучно и сложно, — вздохнул Ко Ри. — Не бывает, чтобы весело…
— А это кому как, дядь, — с улыбкой произнес парнишка с мелом на носу. — Нам весело. Как представим людей, что это увидят, и лица их — весело. Вон, у вас тоже лицо озадаченное было. Классно ведь!
Работяга задумчиво поджал губы, потянулся было к пакету, но одернул себя.
— Ладно, дело ваше. Но с дороги уйдите, — указал он на тротуар на той стороне и замер. Пешеходная дорожка уже была покрыта примерами.
— Там места нет, — шмыгнул носом парень с белым пятном. — Кончилось.
Мужчина почесал щетину, а затем произнес:
— А на стенах не пробовали?
— С земли дождь смоет. Со стен тоже, но видно будет долго, — ответил первый. — Не хочется сильно гадить.
Работяга усмехнулся, а затем произнес:
— Знаете, на чем еще можно писать? Для этого даже мел не нужен.
— На чем? — хором, с подозрением спросили мальчишки.
— На грязных машинах, — ответил он, подмигнул и пошел дальше, махнув ребятам на прощание.
* * *
— А она точно здесь остановилась? — обратилась Цои Кёнхи к Чану.
Они поднялись на лифте на двенадцатый этаж гостиницы и встали напротив номера двенадцать, двадцать четыре.
— Точно, — буркнул Чан и уставился на точно такую же дверь, как и все остальные, словно ожидал там что-то ещё увидеть.
— Мне вот даже интересно, как тебе это удалось, — перейдя на шепот, произнесла актриса. — Ну, как ты узнал, где она остановилась? Даже номер точный выявил.
— Честно говоря, было не сильно сложно. Интернет, телефонная книга, пару звонков… Человек… — тут Чан задумался, а спустя несколько секунд продолжил говорить. — Человек, который как бы мой наставник, и не такое проделывал.
— Да? Заинтриговал. Что это за человек такой…
— Ага. Если бы ты знала, какие вещи он проворачивает, то сейчас бы не удивлялась. Но для этого в данный момент нет времени. Перед нами другая задача. Надеюсь, ты подготовилась.
— Я? — округлила глаза девушка. — Нет. А как… а что я должна была сделать? И почему я?
— А кто? Ты думаешь, я буду говорить за тебя? Ты наворотила дел, тебе и расхлёбывать, — еле заметно улыбнулся Чан, а потом буквально про себя добавил: — Блин, кажется, я теперь понимаю Гису. Что он чувствует, когда нагружает меня.
— Чего?
— Да нет, ничего. Это я так. Ну что, готова?
— Нет, — сглотнув, ответила актриса.
— Отлично, — произнес Чан, мимолетно надул щеки, а потом постучался в дверь номера.
Изнутри послышался какой-то шорох, но дверь никто не открывал. Тогда парень повторил стук более настойчиво и продолжил ждать:
— Может, нет никого? — переступив с ноги на ногу, произнесла Кёнхи.
— Ты же слышишь, что есть, — Чан видел, что девушка нервничает и переживает, что в принципе логично. Но он не мог позволить всё испортить из-за какой-то неуверенности в самый последний момент. — Не переживай. Я помогу тебе и сам начну разговор.
— Да? Ну… ладно, — неуверенно произнесла она. — Спасибо.
— Ага.
В этот момент дверь наконец-то открылась, и перед ними появилась взрослая женщина в белом халате со слегка опухшим лицом. Она с недоумением посмотрела на двух молодых людей, потом привстав на носочки, попыталась заглянуть им за спины, словно там ещё кто-то должен был стоять. А потом, задрав брови, зачем-то посмотрела назад.
— Здравствуйте. А вы к кому? — начала говорить женщина. — Вы, наверное, ошиблись.
— Нет, не ошиблись, — серьезно ответил Чан. — На Коха, прошу прощения за беспокойство, — в этот момент парень поклонился, и косо посмотрев, дождался, когда Цои Кёнхи последует его примеру. — Мы здесь ради того, чтобы восстановить справедливость.