Граф Рысев 7 (СИ)

  
Глава 6
 
До места, где лошадь сбросила Шалфеева и его предположительно утащила тварь, добрались довольно быстро. Кучер уверенно показывал дорогу сидевшему за рулём Ивану.
— Вот здесь тормози, — уверенно сказал Фёдор.
Ванька остановил машину, и я выглянул в окно.
— Ты уверен, что это именно здесь произошло? — спросил я, пытаясь хоть что-то разглядеть в окружающей нас темноте.
— Конечно, уверен, — Фёдор, ещё раз внимательно посмотрел на дорогу, освещённую фарами. — Я здесь каждый камешек знаю. Точно это место, зуб даю.
— Ну, если ты нас заставишь по сугробам лазить просто так, я, может, тебе зуб-то и выбью. — Проговорил Мамбов, выскакивая из машины.
Ванька и Славка вышли вместе со мной, а Фёдор остался сидеть в машине. Она ему казалась более безопасной. Хотя если там действительно какая-то редкая, уникальная тварь, то машина его не спасёт, это точно.
— Здесь кровь, — я обернулся и увидел, что Ванька присел на корточки и внимательно осматривает что-то на дороге.
К нему быстрым шагом подходил Мамбов, а чуть в стороне стоял Слава и хмуро разглядывал землю.
— Похоже, что Шалфеев здесь упал с лошади, — раздался голос Олега. — Но откуда столько крови?
— Шапка с него свалилась, а он аккурат на камень головой свалился, — пояснил Ванька поднимаясь. — Шапка вон, кстати, лежит, — и он указал на лежащий неподалёку тёмный предмет.
Я мог бы активировать рысиное зрение, вот только остальным это не поможет. Они пока осматривали только те места, которые были видны в свете фар. С дороги никто не сходил, потому что за пределами светового коридора ничего не было видно. И если ПроРысевы сумели бы хоть что-то разглядеть, то Мамбов в темноте вообще хреново видел.
Поэтому я призвал дар. На ладонях заплясало оранжевое пламя. Разведя руки в стороны, я посмотрел на огненный шар, зависший в воздухе, а потом лёгким движением отправил его вверх. Шар завис надо мной и засиял ещё ярче, сразу же осветив приличное пространство вокруг.
— Что простые светляки уже не в моде? — ко мне подошёл Мамбов, посмотревший на шар над нашими головами, слегка прищурившись.
— Они тусклые, а на небе даже звёзд нет. — Я стряхнул с рук остаточные эманации призванного дара и принялся натягивать перчатки. — Что ж так холодно-то? — пожаловался я, не обращаясь ни к кому конкретно.
— Влажность больше, чем та, к которой ты привык, — Мамбов поёжился. — Зато следы дольше сохранятся.
— Это точно, — я повернулся к егерям. — Ну что, пошли, посмотрим? Может, нам повезёт, и мы тело найдём.
Когда я подошёл к Ваньке, он указал на следы волочения, в которых на разных промежутках было отчётливо видна кровь, но не каплями, а слово мазками.
— Его отволокли вон туда, — он указал на кусты. — Вот только… — егерь замялся.
— Что? — я присел и тронул пальцем замёрзшую алую каплю.
— Мы никак не можем понять, кто это был. — Он покачал головой и сел рядом со мной. — Смотрите, вот это следы того, кто волок тело. — И он указал на какие-то странные широкие полосы на снегу. — Хоть убей, не могу понять, что это такое. Надо было вам вместо меня Игната брать с собой. Мы бы с Васькой справились с охраной её сиятельства и Вероники Егоровны.
— Почему? — спросил я, задумчиво разглядывая полосы. Он что-то мне напоминали. Что-то подобное я когда-то видел, но никак не мог вспомнить. Самое поганое, что и музы молчали, словно им сказать было нечего.
— Игнат — следопыт, как никак, — ответил Иван вставая. — Надо по следу пойти, посмотреть. Может, где-нибудь там, что увидим.
— Да, пошли, — поднявшись на ноги, я отряхнул налипший снег и двинулся следом за егерем. При этом я не отпускал дар, чтобы успеть среагировать мгновенно на возможную опасность.
Мамбов со Славкой в это время осматривали дорогу. В руках у Олега я заметил шапку, предположительно слетевшую с головы Шалфеева.
— Слишком мало крови, — пробормотал шедший впереди меня Ванька. Вокруг него клубилось искажение воздуха. Дар призвал, но это понятно: из ПроРысевых больше половины наделены даром, а среди егерей почти семьдесят процентов. Только развивать его им было особо негде. При прорывах всё смешивалось, и мало кто запоминал, кому макр нужно доставать, чтобы свою долю энергии получить. Зато сейчас, когда у нас есть свой изнаночный карман, дела в этом плане резко пошли на лад. Неудивительно, что этот клановый полигон привлекал к себе молодых егерей гораздо больше, чем даже девочки.
 
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил я, сверля взглядом его напряжённую спину.
— Когда тварь тащит кого-то, остаётся гораздо больше кровавых следов. — Пояснил молодой егерь. — Она же не будет деликатничать и аккуратно хватать на воротник, к примеру.
— Это не лишено логики, — задумчиво протянул я. — Но не факт. Я видел весьма осторожных тварей. После их захвата человек даже живым оставался. Правда, с головой у него не всё в порядке, но это уже детали. — Добавил я, а перед глазами встал Аркаша Куницын. — Да, отсутствие крови — это далеко не факт.
Внезапно Ванька резко затормозил. Воздух вокруг него уплотнился ещё больше и уже был виден невооружённым взглядом. Похоже, парень владеет воздухом.
— Что там? — нетерпеливо спросил я, даже не пытаясь ничего рассмотреть из-за широких плеч егеря.
— Тело здесь, Евгений Фёдорович, — тихо проговорил Ванька.
— Что, прямо вот так лежит? Почти на дороге? — хоть созданный мною шар и послушно плыл за нами, дорогу с того места, где мы стояли, было видно отлично. Так же, как и Мамбова, подошедшего к протоптанной нами тропинке.
— Да, — Ваня повёл плечами и сделал шаг в сторону, давая мне возможность подойти поближе.
Шагах в трёх от меня лежал, раскинув руки, довольно высокий и грузный мужик в дорогом пальто. Весил он прилично, поэтому его тело продавило сугроб и лежало в нём, наполовину засыпанное снегом. Внешних повреждений я не увидел, но кровь-то откуда-то была.
— Подстрахуй меня, — коротко приказал я Ивану и, повернувшись в сторону дороги, крикнул Мамбову. — Олег, мы нашли его!
Мамбов тут же пошёл в нашем направлении, я же склонился над телом.
С трудом перевернув, всё-таки мужик был тяжёлый, осмотрел прежде всего затылок. Да, егеря были правы: упав с лошади, Шалфеев ударился о камень. Отсюда и кровь мазками.
— Что тут, — рядом со мной присел Мамбов. — Кроме раны на затылке, что-то ещё есть?
— Нет, — я покачал головой. — И вот это уже странно.
— Женя, — протянул Мамбов. Я поднял голову и встретился с напряжённым взглядом чёрных глаз.
— Что? — поторопил я Олега, потому что тот решил поиграть в молчанку.
— А ведь Шалфеев не окоченел, — тихо проговорил он, поднял руку, предположительно трупа и отпустил её. Рука послушно упала, да ещё не как палка, а довольно плавно.
— Твою мать, — прошипел я сквозь зубы и рванул воротник пальто, отодвинув шарф, начал ощупывать шею Шалфеева. Когда мне уже началось казаться, что нам показалось, я ощутил под пальцами толчок, а Шалфеев еле слышно застонал. — Твою мать, — повторил я поднимаясь. — Слава, быстрее сюда. Шалфеев жив!
Вячеславу что-то повторять дважды было не нужно. Он прибежал довольно быстро. Они с Ванькой подхватили Шалфеева и потащили к машине. Мы с Олегом пошли следом, страхуя их, внимательно осматриваясь по сторонам. Никакого присутствия твари, или любого другого живого существа не наблюдалось. Странные следы уходили в сторону от дороги, но идти по ним сейчас было неразумно. Завтра днём вернёмся и посмотрим, куда они нас приведут. А пока, нужно Шалфеева до дома довезти как можно быстрее, пока он не окочурился.
— Здоровый мужик, — уважительно произнёс Мамбов, глядя на то, как егеря загружают Шалфеева в машину, под оханье выскочившего Фёдора.
— Это да. С такой раной на затылке столько времени пролежать в снегу, — я покачал головой. — С другой стороны, снег ему жизнь спас. Но если бы он ещё так полежал пару часов, то просто замёрз бы к хренам. Весной, как подснежник бы оттаял. Ему-то было бы уж всё равно, а вот тот цветник, что в экипаже рыдал, немного жалко. — Я остановился и, призвав дар, начал устанавливать маячок-сигналку. — Завтра вернёмся. Не знаю, как ты, а я без проводника это место днём сроду не найду. Так что, лучше перестраховаться.