Князь/Грязь (СИ)

– Нет. Я тяжёлый, – уверенно заявил фантом.
– Так, давай подробнее. Расскажи что-то ещё про этих монстров и подобный тип трещин. И вообще, мне говорить не опасно? Монстров так не привлеку?
– Харванги глухие. Но их осязание достаточно мощное. Чем крупнее цель, тем больше их сбежится, – пояснил капитан Скоморохов.
– Понял. Благодарю, – произнёс и медленно пошёл дальше, стараясь плавно переступать с ноги на ногу. – И чего мне в медпункте не сиделось? Да и в столовку надо было идти с час назад. Медитация – наше всё. А теперь…
*Харванг!*
– Огненная стрела! – направил я жезл в появившуюся башку.
В следующий миг та засветилась.
– Воплотить дух! Поднимись и подчинись! – протараторил я и получил двух каменных монстров по цене одного. После этого отдал приказы. – Покажите мне дорогу в безопасное место, если оно есть. И охраняйте меня.
По ощущениям я всё ещё переполнен лунами, хотя огненная стрела точно сожрала намного больше, чем некромантские заклинания.
Всё же активация артефактом делает цену выше. Пусть я не знаю точно, но какой-то процент есть даже у кольца-змеи, что позволяет мне безмолвно активировать мой природный дар. Поэтому, если нет свидетеля, я предпочитаю проговаривать формулу волшебства.
А уж, если смогу, другая стихия потребует учиться активации почти с самого начала.
Но до этого ещё надо дожить. Обязательно надо, но вот позволит ли реальность?
Ещё трижды пришлось активировать огненные стрелы, так как Бил при сражении зомби с диким монстром сообщил:
– Они ничего друг другу не сделают. Их брачные игры наступают в сезон дождей, когда у них появляется слабость. До этого просто сражение двух булыжников.
– В трещинах бывает смена сезона? – уточнил я.
– Нет. Но они выбираются из них и ассимилируются в природе. На Южном Урале была группа таких. Нам пришлось месяц следить за ними, пока обнаружили слабость и сумели их убить. Хорошо, что среди нас был огненный маг на Звезде, иначе мы там кого-то да потеряли бы. А так создали непроницаемый для них плотный пласт породы, полили водой, а потом запекли. Даже вожак на уровне Башни не спасся. Но глаз собрать не смогли. Зато языков!
– Понятненько, – проворчал я. – А как вообще часто возникают трещины и где?
– Кто ж знает? Но британцы как-то научились их открывать массово и просто. Собственно именно они в первую очередь мировые лидеры в начертательном призыве, демонологии, некромантии и ряде направлений алхимии. Так что остаётся лишь догадываться, как именно это происходит. Может кто-то в верхах в курсе. Да и времени прошло много.
Я не стал отвечать, примеряясь жезлом к двум сражающимся монстрам.
В какой-то момент мой зомби просто замер, перестав подсвечиваться, а противник ринулся ко мне, нырнув под грунт.
*Харванг!*
– Огненная стрела! – произнёс я, но плохо подобрал тайминг. Не пострадал сам, но и монстр успел скрыться.
Воплощённый фантом сражался со своим противником, буквально сталкиваясь лбами.
Два тупых чудища явно были друг для друга неуязвимы. Но и огненную стрелу на пятнадцать метров я не пошлю, раз уж мажу с полутора.
*Харванг!*
– Огненная стрела!
В этот раз я извернулся, сумел попасть прямо в лобешник цели, но тот протаранил меня прямо в грудь.
– До свадьбы заживёт, – усмехнулся жезл.
– Хорошо, хоть не придавило, кх-кх, – прокашлялся я, выбравшись из-под помершего монстра. Поднявшись, я ощутил резкую боль в груди. – Может, перелом. Но, наверно, всё же просто ушиб.
Потом я снова получил две штуки нежити, которым приказал вывести меня на безопасное место, а сражающегося воплощённого фантома с противником просто оставил.
Шли мы примерно десять минут, и зомби неожиданно прекратил подавать признаки… ладно, жизнью это не назвать, в общем, утратил двигательные функции, померк и, наверняка, отправил луны мне назад.
– Бил, ты в курсе, что с ним? – спросил я жезл.
– Без малейшего понятия, – ответил фантом, почесав крылом продолговатую часть аретфакта.
– Возможно ли, что из-за сильных повреждений плоти, он в какой-то момент разрушается?
 
– Не, у него ж скелет… а, точно, зомби это в первую очередь про нервы. Потому в голову и принято бить или вообще отсекать её. Возможно, надо указывать вид поднимаемой нежити. Но я не некромант, так что без понятия.
– Блин. Неужели зомби столь уязвимы?
– Нет, ты просто жаришь монстру мозг стрелой, потому он помирает, а потом поднимаешь жареного. Огонь – враг нежити. Сам кучу раз убивал мертвяков. Собственно это основная причина вызовов канцелярии обычно, – усмехнулся бывший работник тайной канцелярии. Я думал, что по делам аристократов, а, похоже, что по многим поводам.
Спустя пять минут я оказался на скале, к которой привёл воплощённый дух песчаного крокодила.
Но Ушаковой с возвышенности всё равно не видно. А вот фонтанчики разлетающегося под воздействием монстров песка периодически возникают в отдалении. Она?
А что я могу сделать, если там реально та вредная девчонка?
– Бил, воплотись и станцуй внизу. Потом я тебя снова материализую, чтобы ты применил огненный шар. Так же потратиться меньше энергии, чем мне самому через жезл? – спросил я.
– Да, раза в полтора, а может больше, – ответил фантом, а потом до него дошло, – ты из меня наживку хочешь сделать?
– Да.
– Лады. Только давай два воплощения с танцами. А лучше три, чтобы собрать как можно больше тварей.
– Да хоть десять, – усмехнулся я. Не мне же страдать. Но этого я решил не уточнять.
Так время и текло. Скоморохов привлекал внимание, собирая стаю, что становилась с каждым воплощением всё больше, а я выжидал. Меня же охраняла последний воплощённый харванг немного ниже по склону скалы.
После восьмого воплощения Скоморохов заявил:
– Пора подрывать, а то их что-то многовато. Будет больше, огненного шара может и не хватить. А для босса тебе точно понадобится много лун.
– Да я на босса не планировал идти. Мне показалось, что во-о-он там Ушакова может находиться, – произнёс я в сторону своей догадки.
– Не вижу, далеко.
– Там была активность этих зубастых каменных лбов. Вряд ли они в салочки играют.
– Да, они скучные, что-то их спровоцировало. Она же волшебница воды?
– Вроде бы, но могла и соврать.
– К тому же княжна. Точно есть артефакты. Да и мантия водная на ней была, должна выжить. Конечно, если догадается свалить на скалу и отбиваться своим смертельным оружием.
– Это каким? – поинтересовался я.
– Двухколёсным. Намочить монстра, а потом по нему этой штукой, с него кожа спадёт, а там очень ранимая плоть. Кстати, они чем-то смесь рака и курицы напоминают, но сейчас не до этого, – оповестил меня Бил.
Я воплотил его опять, он немного попривлекал внимание, отплясывая чечётку, после чего поднял руку вверх.
На него из-под песка рванула куча крокодилов, и он опустил руку вниз:
– Огненный шар!
Если честно, то в мультиках и новостях подобное заклинание смотрелось слабее. Вблизи я сумел ощутить волну жара, временно потерять зрение из-за вспышки, а так же ощутить вонь. Да, пусть это не в первые, но даже эффектнее огненного дождя, виденного мною ранее из автобуса.
Когда зрение ко мне вернулось, я спросил у жезла:
– А почему так мощно вышло? Это обычная сила или в чём-то секрет?
– Секрет шара, что его максимальная мощность вблизи. Но кто же додумается угрожать самому себе? Одно дело неуязвимость к температуре, другое к взрывной волне, – пояснил подрывник.
– Понятно, – пробормотал я и отправился создавать армию. – Воплотись, поднимись скелет, подчинись...
Хорошо, что это работает, как групповая магия. Иначе я задолбался бы. На пляску Скоморохова прибыло очень много монстров. Единственное, под атаку попали далеко не все.
С другой стороны, я всё ещё ощущал профицит лун.
Пока всё выглядит оптимистично. Ещё бы грудь не болела так, словно по ней ударил каменный крокодил…