Князь/Грязь (СИ)

Ванная комната и туалет на этаже. Весь этаж мальчишеский.
Но потолок меня сильно смущает. В десять лет есть дети, что уже выше полутора метров. Может в книжке с правилами есть что-то про это?
Жесть. В моей комнате по какой-то причине оказался опущен потолок. Дёрни за верёвочку, и он опустится. Дёрни снова, и «небо» поднимется.
Какая-то бесполезная хрень… хотя нет. Об этом подумаю после начертательной магии. Такой дорогой механизм точно не просто так. Да и потолок так и просит на нём порисовать, напоминая классную доску.
– Внимание! Всеобщий сбор проводится на центральной академической площади! Начало выступления директора через полчаса. Явка в школьной форме. Пропуск – предупреждение.
У-у, тирания! А может мне в туалет надо бы? Да и похавать не мешало б.
Но терпел голод, потерплю ещё.
Самое интересное, что тут всё чёрное, только на куртке белые вставки, а на длинной мантии у молний зелёная. Наверно, что-то значит.
Хорошо, что у меня одежда из музея – моя. Пока даже немного великовата, но хоть что-то белое. А то в чёрном царстве можно и с ума сойти. Карл Зигфридович не даст соврать, он точно поехал кукухой на какой-то почве.
Да и директор. Кто будет ходить добровольно с причёской а ля одуванчик и усами-гусеницами?
В страшное место я попал. Они учить детей детям доверяют!
А ещё и бонус в виде Наташеньки. Ей поставят два – школе хана?
Если она так распереживалась, что я свалил, то на плохую оценку точно рванёт.
Не завидую я её соседу по парте…
*Цензура*, это ж я, судя по классному часу.
Я выбросил пессимистичные мысли, нацепил форму и двинулся на центральную площадь. Это местечко было легко найти, так как оно было прямо по центру территории школы. Судя по трибунам по краям этой зоны, тут ещё что-то устраивали. Надеюсь не музыкальные выступления, акустика так себе, да и поспать бы хотелось спокойно.
– С дороги, смерды, ха-ха-ха! – раздалось откуда-то сзади.
Я отпрыгнул, а шедший впереди меня амбал, что явно не относился к моей возрастной группе, нет. Крепыш был под два метра ростом и точно больше метра в ширь.
И вот именно в эту глыбу влетел пацан лет десяти на самокате.
Амбал повернулся, молча наступил на предмет без колёсиков, похоже, летающий, что-то прошептал и земля его поглотила, после чего двинулся дальше.
– Ик. Муромцев, – выдохнул мелкий полудурок, затем быстро вскочил и побежал следом за человеком-глыбой с криком, – можно автограф? А сфоткаться?..
Ну, я не в теме. Главное, я увернулся от самонаводящегося самоубийцы. В отличие от этого «Муромцева», я тихий, мирный и хрупкий.
Чем ближе площадь, тем становилось больше народу.
Найти нужное место, где встать, было просто: люди стояли по старшинству. А я относился к самым мелким, так что быстро нашёл нужную мне дюжину детишек. Да, недоучилка и все одиннадцать учеников уже были тут.
По непонятной причине Наташа стояла единственной по правую руку от Яны Михайловны, а, увидев меня, помахала ладошкой.
Я решил пройти мимо для проверки её впечатлительности, но попытка побега оказалась пресечена знакомой хваткой.
– Проход дальше закрыт, Грязев, – сухо проговорил откуда-то возникший здесь Карл Зигфридович.
– Кирушка, ты заблудился? Встань в строй, – схватила меня другая знакомая хватка, а первая сразу отпала. – Господин Вороновский, это мой ученик, отпустите его.
– Хорошо, – ответил мужчина и исчез.
– Я что, я ничего, просто задумался, – пробормотал я, похоже, правдоподобную версию.
– Наташенька, возьми Кирушку за руку и не отпускай, он у нас, оказывается, уж больно задумчивый, – неожиданно заявила товарищ Рёрикович и передала мою руку Рыжему Безумию.
Та молча схватила, улыбнулась мне смущённой улыбкой и уставилась на мои ноги.
Что с ними? Вроде бы всё норм.
Странная.
– Да у нас уже помолвка намечается, – с усмешкой заявила княжна Ушакова, поправила свои чёрные локоны и вышла немного вперёд относительно остального класса.
Помолвка? За кого она собралась?
А потом до меня дошло. Да пофиг, мне бы выжить.
   
Глава 18
 
По ходу выступления преподавательского состава я понял одну простую вещь: я ненавижу церемониал так же, как детей.
Это полный идиотизм полтора часа зачитывать какие-то заумные тезисы о сложности магического бытия и полезности волшебников, завёрнутые в кучу лозунгов и прочего.
Пусть в автобусе последнее время я отсыпался или медитировал, но сейчас я почти уснул. Даже вести счёт для ритма не пришлось, я просто спрятался в весёлом и радостном месте: внутреннем космосе.
Однако моя радость поджогу очередной точки методом якоря оказалась недолгой.
Небольшая вспотевшая ладошка сжала мою руку сильнее, да ещё и проявился слой воды от рукава. Это меня сразу вернуло в реальность.
Я что, я ничего. Просто внутренний космический примус починял.
Я повернулся к Наташеньке, но та навострила уши и вслушивалась в речь Карла Зигфридовича про запретные зоны, пользование ресурсами школы и прочий тематический текст, что старик повторял за полученной мною книгой о правилах школы. Слово за словом, не меняя очерёдности. Может, он и есть автор?
Я это выучил с первого раза, так что не понимаю, что там вникать в его бубнёж?
– … поездки в город допустимы по выходным дням для средних и старших годов обучения. Младшие смогут посетить Москву только в сопровождении учителей или старшеклассников… – продолжал зачитывать товарищ Вороновский правила, а рядом с ним за столом для преподавателей сморило уже троих.
Значит, не я балда, а церемония скучна.
Но теперь я был вынужден слушать, так как бомба на моей руке временами начинала клевать носом, резко выпускала воду, иногда после этого искру, после чего снова внимательно слушала выступающих.
Я думал, она меня будит, а это рыжая себя бодрит.
Хотя во время искр её причесон забавно становится дыбом. Хорошо, что я в хорошей обуви, иначе бы тряхануло.
Но сколько же у неё стихий-то? Доберусь до библиотеки, точно надо почитать про «кровь Лады».
Хм, а ведь её энергия определённо передаётся мне, когда вода начинает покрывать её руку. С лунами у меня как раз проблемы, так что какой-то прок от Безумновой точно будет.
Тем временем, похоже, статисты закончились и вышел директор.
– Раз-раз. Добрый, ух ты ж, уже вечер. Я Арно Чёрный – Галактический Академик и по совместительству глава данного учебного учреждения, – начал он, а его усы при этом стали горизонтальными, временами загораясь неоновыми огнями. Странный способ, но внимание он к себе привлёк. – Не буду говорить долго и пространно, как любят некоторые певцы колыбельных, да. Карл?
– О чём Вы? – непонимающе вскрикнул завхоз, а по рядам детишек пробежала лёгкая волна смешков.
– Да так, Карл, ничего важного, Карл. Но сорок восемь минут чтения того, что у каждого учащегося есть в печатном варианте? Серьёзно, Карл? Тебя ничего не смущает, Карл? Ладно, потом поговорим. Я сам виноват, что заранее не составил плана выступлений для своих уважаемых коллег. Ведь я стал директором впервые. Все мы скорбим о кончине всеми уважаемого Вселенского Академика Васильева, нашего уважаемого директора, что взрастил не одно поколение достойных магов.
Далее директор углубился в перечисление достижений того, кого сменил на посту. Но в целом событие было не рядовым, наверняка о нём все в Альмаханской Империи были в курсе.
Если коротко, то Перепел Васильев, относился к преальмам столетней давности, являлся Великим Князем (как и все возможные наследники Альмахана), но известен был по иной причине. Маг уровня Вселенной стихии воздуха. Пусть по слухам и слабейший, но столп Империи.
Официально в Альмаханстве было всего восемь человек этого уровня, а за это лето умерло сразу трое.
Да, их средний возраст больше века, но странности подобного совпадения минимальны. Галактические и Вселенские волшебники часто живут больше трёхсот лет, а некоторые древние целители и некроманты по мифам могут быть живы до сих пор.