Дело о бобрах-чернокнижниках (СИ)

— Ну да, — покивал я. — Им баронесса сказала, что их угостил гвардеец, а тому, что его бывшие друзья подарок прислали. Просто, но действенно. А сама-то баронесса что говорит?
— Что? С чего она должна что-то говорить? Когда за ней пришли, она с доверенными служанками уже уехала.
Я только головой покачал. Ну дуры! Понятно, что интриганка-убийца заметила суету во дворце и сложила два и два. Вот такая у нас стража. Что ж… буду осмотрительнее, хотя я и так ко всему с большим подозрением отношусь, поэтому меня отравить так просто не получится. Да и вообще, скорее всего эта дамочка убежит очень далеко. Убийство есть убийство. Особенно массовое.
— Леди Регентша, — тем временем процедила сквозь зубы Дугония, — милостиво похвалила нас с сотницей, а тебе милостью своей, как она сама сказала, жалует еще одну жену — молодую красотку, которая ей самой высочайший маникюр делает, и рога полирует. Причем эта дура, о которой речь шла, как раз свою работу выполняла, но как услышала, чуть не обделалась от ужаса.
Я чуть не поперхнулся от сдерживаемого смеха. Так вот почему эта старая коза такая недовольная! Но оказалось, что я еще не слышал главного.
— А когда я сказала, что ты до сих пор не женат, не подданный князя, да и от пожалованной жены скорее всего откажешься, то Ее Светлость выразила нам свое высочайшее удивление и не менее высочайшее недовольство. И сказала, что если ты, орк несчастный, через месяц все еще свободным будешь, то она нас с сотницей на одно звание разжалует. Ты! Гад! Если я стану десятницей, то я не знаю что с тобой сделаю!
Я только пожал плечами. Вижу, что старая карга хочет применить ко мне совсем нелицеприятные выражения, но дуэльный кодекс еще никто не отменял. А я как-то, еще в начале службы, на тренировке взял боевой кнут и так отходил несчастный манекен, вспоминая уроки Аристы, что все просто рты разинули. А в конце еще как бы мимоходом проронил, что если придется даму на дуэль вызывать, то кнут самое то. Не хочу я дуэлей с девками. И женщин убивать орку совсем не подобает, да даже просто железками в женский пол тыкать, а вот кнутом — самое то, если берега попутают, конечно. А дуэльный кодекс здесь такой… если сильно оскорбят, даже пусть прямой начальник или начальница, то на дуэль вызвать хоть кого можно. И оружие оскорбленный выбирает. Так что Дугония, ругала меня, но… не переругивала.
— Сейчас ты отправишься на дежурство на башне, — процедила демоница, чуть успокоившись. — А на закате пойдешь в пешее патрулирование. Оба раза с Лиоллой. Я меняю тебе график.
Я только усмехнулся. Значит хочет меня на целые сутки со своей племянницей… совместить. И, как ни странно имеет право. Тут о всяких правах служащих мало заботятся. Но с чего она решила, что я за сутки на эту девушку вдруг западу?
День начался неплохо. Я сидел на башне и полировал свое вооружение, но в обед пару раз дернул шнурок и через пять минут зацокали каблучки, зевающая молодая демоница явилась и с удивлением уставилась на меня.
— Сегодня нам еще всю ночь патрулировать, — вполне дружелюбно пояснил я. — Так что придется тебе подежурить. Смотри за горами, чтобы дракон не прилетел, а я тут в уголке посплю.
Та хотела было сказать, что спать на посту нельзя, даже рот уже раскрыла, но потом вспомнила, что именно она делает уже который день каждое наше совместное дежурство, и только грустно покивала. Надела темные очки и уставилась на буро-зеленые горы, заканчивавшиеся крутыми обрывами всего в километре от города.
Я устроился на боезапасе из стрел в плетеных ящиках и, надеясь на то, что девушке хватит гордости не пристраиваться голой рядом, спокойно заснул. Но проспал всего несколько часов и вскочил как ошпаренный от дикого визга напарницы:
— Дракон! — исходила на вопли бравая стражница. — Боги! Дэн! Сюда летит дракон!
Я ошалело уставился на быстро и очень решительно приближающуюся красную тушу и бросился к катапульте.
— Пошла вниз на два пролета! — только рыкнул напарнице.
Ну да. Она без брони, плюс на шпильках. Толку от нее… Только нервы заводит визгом. Я правда, тоже без бронекуртки и шлема, но некогда надевать. Тут зарядить успеть бы.
 
Успел. А потом припал к прицелу и резко выдохнул. Дракон уже был в какой-то полусотне метров, именно в этот раз нацелившись на серьезный штурм. И эта поганая ящерица уже начала раздуваться, набирая в легкие добрый кубометр воздуха.
Нажал на спуск и полюбовался стрелой, которая блеснув в лучах Солино, воткнулась в плечо рептилии. Я правда целился в пасть, но промахнулся сантиметров на тридцать. Но так тоже хорошо. Дракон встал вертикально, с ревом выпустил огненную струю в зенит, а потом начал полого падать. Одно крыло совсем не работало.
Я схватился за колокол и запоздало выдал целый набат. Короткий, но от души. Затем принялся натягивать и застегивать свою броню. Штрафов мне еще не хватало!
Наклонился над колодцем и прежде чем перезарядить катапульту, крикнул:
— Эй! Лиолла! Быстро сюда! Дракон сбит.
Когда дрожащая девушка опасливо шагнула на площадку, я уже в третий раз перезаряжал катапульту. Вторая стрела бездарно застряла в земле, не попав в прыгающего в сотне метров от стен дракона. Да, моя напарница конечно не в положенной броне, и за это ей может влететь. Но гораздо меньше, чем если бы она была не на посту во время нападения.
Через несколько минут я нашпиговал дракона пятью стрелами и смотрел, как в распахнувшиеся городские ворота опасливо выходят тамошние стражницы, выставив перед собой сначала трех щитоносиц, а за ними трех воительниц с длинными копьями.
— Стрельни в этого ящера, — великодушно предложил я, указав напарнице на уже заряженную и даже наведенную катапульту.
А что? Мне не жалко, а эта девушка потом сможет говорить, что тоже в бою участвовала. Лиолла нервно покивала, подскочила и почти не глядя, нажала на рычаг. Метод стрельбы так себе. И результат соответствующий. Стрела-копье с глухим стуком воткнулась в землю всего в шаге от бравых воительниц внизу и те, разом растеряв весь воинственный пыл, побросав и щиты, и копья, с визгом метнулись к воротам. Я только махнул рукой, а тут на лестнице и тяжелые шаги зазвучали.
Дугония оглядела площадку, нашпигованного стрелами дракона внизу и удовлетворенно покивала, из чего я сделал вывод, что мою премию за сбитого ящера я если и получу, то по классике — половину и когда-нибудь. Но старая карга превзошла самые смелые мои ожидания. Она наставила палец на свою племянницу и веско изрекла:
— Стражница Лиолла! Ты одета неподобающе для дежурства. Назначаю тебе порку из десяти ударов! И исполнишь их ты.
На последней фразе палец уткнулся в меня, и я аж на секунду потерял дар речи. Порка в этих местах представляла из себя совсем не удары розгами по заду. А по голой спине. Но кнутом. И если десять ударов от демона еще ничего, то мои… мои могли и убить. Ничего себе тетушка!
Лиолла от ужаса уже начала желтеть, но тут я взял себя в руки и веско произнес:
— Варса Дугония! Я помню уложения о службе. Лиолла стражница, и вы не можете назначить ей телесные наказания.
— Если только она сама не захочет заменить месяц в тюрьме на кнут, — прошипела старая грымза, так взглянув на племянницу, что та заскулила и сжалась в весьма компактный комочек.
Я кажется начал догадываться. Эта гадина хитра как обделавшийся скунс! Если я не захочу убить девушку, то буду бить вполсилы, что запрещено. Но в этом случает, по кривым законам и обычаям, я могу объяснить свой гуманизм только тем, что я хочу взять эту девушку себе. Здорово накрутила! Или я в итоге женюсь на Лиолле или убью ее. Добрая тетка!
Но у меня оставался еще один, последний довод:
— Я наемник, варса Дугония, — хмыкнул я. — И по моему контракту я могу отказаться от палаческих заданий. Так что ваше садо-мазо организовывайте без меня!
Вроде бы все! Я доказал, что хорошо изучил законы, а посрамленная полусотница только что-то сильно нецензурное шептала себе под нос. Но тут спасенная мной от расправы напарница вдруг взвизгнула: