Дело о бобрах-чернокнижниках (СИ)

  
Васильев Владимир
 
Дело о бобрах-чернокнижниках
   
Глава 1
 
— И когда обнаружили… хм… этого Шан Чикока? — устало спросил я и покосился на женщину средних лет, смущенно переминающуюся с ноги на ногу в сторонке.
Та вздрогнула от неожиданности, почесала ухо и уставилась на меня оленьими глазами. Симпатичная, несмотря на потертую одежду, но какая-то… несообразительная.
Дама еще раз почесала ухо и немного сдвинула на глаза широкополую шляпу с высоченной тульей.
— Так когда? — повторил я вопрос, постаравшись придать голосу как можно больше мягкости, иначе она будет тут тупить еще полчаса.
— Ну так это… вар триар… Вчера как стемнело, я вышла на обход. А он тут. Лежит, значит, — промямлила женщина и ее лицо сморщилось, в уголках глаз показались слезы, а в голосе появились плачущие нотки. — Ой, вар триар! Что же будет-то? Да как же так-то?
Я ничего не отвечая пожал плечами, а потом попинал труп ногой. А черт знает, что будет. Я вообще вопроса не понял, как не понял, нафига меня сюда отправили? Тут и стражника обычного много, разбираться в такой ерунде, а я как-никак в звании триара, то есть командира тройки. Ага! Большая шишка.
Но тем не менее, я единственный маг-дознаватель на весь город, и отправлять меня в пеший тур за двадцать километров в эту священную рощу было просто тупо. А еще и получить дельный ответ от этой лесничей не так-то просто.
— Сколько народу здесь побывало с момента обнаружения? — с очередным вздохом спросил я.
— Так все побывали, вар триар, — похлопала глазами собеседница.
— Все — это сколько? Пять, десять? Или вся деревня? — стараясь не показывать раздражения уточнил вопрос я.
Что делать? Раз я сюда приперся, то надо колдовать. Но беглый осмотр поляны, даже в сумерках, навевал подозрения, что искать здесь какие-то следы уже безнадежно поздно.
— Деревня, вар триар, — наконец разродилась ответом женщина и добавила. — Не вся, знамо дело. Но так… половина.
Я только покачал головой, а в глазах несчастной появился отчетливый страх. Не ее вина, что все здесь затоптали крестьянки, пробежавшись как стадо… оленей, а она оказалась крайней перед моим ожидаемым недовольством. Я и так ее пугал одной только своей внешностью. Ну да, огромный, вдобавок выглядящий намного массивнее в доспехах городского стражника и увешанный оружием. Нет, моя внешность для людей была самая обычная, просто крепкий высокий мужчина. Но это для людей.
А эта, элинга, или как они еще себя иногда называют, эльфийка, ростом от силы полтора метра и как вся ее раса очень стройная. Человек для них — огромный и страшный, и это несмотря даже на то, что я регулярно и очень тщательно бреюсь. Более того, элинги людей вообще, и меня в частности, называют орками, когда думают, что я не слышу.
Я в долгу не остаюсь и называю их демонами, но тоже когда они не слышат, так как элинги на такое прозвище очень обижаются. Но что поделать, если ассоциации с эльфами у меня в голове не возникают, а вот с демонами очень даже.
Я еще раз оглядел место преступления и решил все-таки поколдовать. Для начала отошел к большому камню в сторонке и сложил на него протазан и дорожную сумку. Затем снял шлем из чешуи морского дракона и еле сдержал вздох облегчения, подставив мокрые от пота волосы слабому ветерку. Расстегнул укрепленную куртку, почти кирасу. Толстая кожа и роговые пластинки на самых важных местах дают неплохую защиту, но ходить в этом часами очень жарко и мокро. Подумал, но остальное оружие снимать не стал.
А оружия у меня много. Шестопер, боевой топор и тяжелый кинжал на широком поясе. Еще там же обтянутая кожей дубинка, так как я все-таки городской стражник, а иногда требуется утихомирить нарушителя, так сказать, не навсегда. Протазан, полутораметровую палку с приделанным к ней длинным клинком, я таскаю в руках, а на куртке еще нашиты десять кармашков, из которых торчат рукоятки метательных ножей. Часть оружия положена мне как стражнику, а вот топором и метательными ножами я вооружился по собственной инициативе, благо уложением не запрещено.
 
Меча мне не положено, ведь я не благородный, а простой наемник, что меня полностью устраивает, так как у наемника есть четкие обязанности, и требовать чего-то сверх написанного в контракте с меня не имеют права. А хотят очень сильно.
Защита представлена ранее упомянутой бронированной курткой и такими же штанами. Плюс шлем и чешуйчатые наручи. Под броню надеты толстые хлопковые рубаха и штаны, по сути поддоспешник, чтобы не стереть себе все что можно и нельзя. Сапоги тоже укреплены роговыми пластинами. Шлем очень высокий, цилиндрический, с легким поднимающимся забралом.
Весит все это богатство очень много, но я перегруза почти не ощущаю, так как на этой планете сила тяжести всего две трети от земной. Я даже иногда подумываю, что стоило бы на себя понавешать еще чего-нибудь, чтобы не терять силу в мышцах.
Беда только в одном. В этой броне дико жарко. Три месяца назад, когда я сюда попал, была зима, хоть мягкая, южная, но все-таки особенно жарко мне не было. Сейчас весна и длинный пеший переход под солнцем, да с опущенным забралом выжал из меня не меньше пары литров пота. А уж лета, когда здесь установится сильная жара, я жду просто с содроганием.
Местные-то весьма теплолюбивы, да и то, стража, говорят, сильно страдает в положенных на дежурстве доспехах, хотя патрулируют днем редко.
Вдобавок, забрало приходится весь день держать опущенным. И не потому, что город так опасен, а потому что местное солнце очень сурово. Выскочить под его лучи можно, конечно, хоть голым, но лучше не больше, чем на несколько минут в день, иначе ядреный загар гарантирован. Красивый такой. На костях.
Элинги ночные жители, поэтому неизвестные создатели одарили их огромными глазами с вертикальными зрачками. Днем на улицах почти пусто, только стража вынуждена жариться под нещадными лучами светила, еще и темные очки надевая под забрало, чтобы не остаться слепыми от избытка ультрафиолета через несколько месяцев патрулирования.
Слегка охладившись, я вытянул руку, сложил пальцы в простую фигуру и стал проговаривать про себя заклинание, стараясь не шевелить губами, так как догадывался, что со стороны это смотрелось бы как будто полуграмотный крестьянин пытается пересчитать цену репы с пудов на мешки. Уже через несколько минут, закончив колдовство, оглядел поляну магическим зрением и с досадой плюнул на тело.
Вернулся в нормальное видение и достал из сумки папку с желтоватой, грубой, но весьма дорогой здесь бумагой. На верхнем листе мною же было написано: «Дело об убийстве Шан Чикока Авори Дук Ринзот. Поручено магу-дознавателю триару Симпольской городской стражи Денису Чернову». Ниже дата.
Вытащил из специального кармашка карандаш в виде стерженька графита, обернутого кожаной ленточкой и небрежно записал: «Осмотр места преступления выявил следы множества аур окрестных жителей, которые посещали это место. Определить след преступника невозможно».
Вот в принципе и все. Здесь по крайней мере. В деревне опрошу нескольких жителей, и дело можно будет закрывать, так как вряд ли кто-то что-то видел, иначе мне уже сказали бы.
Я улыбнулся и захлопнул папку. Все замечательно! Зато первый раз побывал за городом, а то все внутри стен, да внутри стен. Я вообще считаю себя человеком позитивным и печалиться лишний раз не люблю. И пусть я оказался в мире, похожем на ад, но по крайней мере живой.
Но уже через минуту улыбка, которая почему-то изрядно напугала все также переминавшуюся с ноги на ногу женщину, исчезла с моего лица, так как из-за скал, за которыми ниже по склону горы раскинулась деревня, появились новые действующие лица. Меня они не расстроили, но не будешь же лыбиться на месте преступления при важных посетителях?