Тайна звездной башни

– Годно! – Одобрительно шлепнул мне между лопаток Фюфик. – Давай сразу по второй.
Я набила рот едой и замотала головой, выражая протест. Но кто бы меня слушал! Каждый зверь за нашим столом вознамерился выпить со мной лично. Никакие отговорки не принимались. Обидно, но Эдгарда, брезгливо морщившего нос от всего подряд, и Яррина, мгновенно «заснувшего», как только занял свое место за столом, никто не беспокоил. И только я не могла отказать назойливым зверям в очередной просьбе сделать вместе по глоточку.
Всего за какой-то час в меня влили сивушного вина немереное количество. Ощущение было, что даже в горле плескалось, стоило качнуть головой. Перед глазами изображение плыло, а мысли расползались тараканами, одурманенными дихлофосом, при вялой попытке о чем-то подумать.
– Мне нужно выйти, освежиться, – услышала я категоричное заявление Эдгарда. Он сбросил с моего плеча тяжелую когтистую лапу Фюфика. – И Танаю тоже.
– Мы еще не закончили! – возразил зверь заплетающимся языком.
– Сожалею, – сухо отозвался Эдгард, и я почувствовала, как меня потянули вверх.
Я послушно поднялась, но ноги отказывались держать тело в вертикальном положении. Упасть не дал все тот же Эдгард, подхватив меня за талию.
– Шевели ногами, Танай, – шикнул он на меня. – Сколько нужно было выпить, чтоб стать таким тяжелым?
«Вот своего Таная и тащи освежиться, а меня оставь в покое», – хотелось ответить ему, но из моего горла вырвалось лишь невразумительное мычание.
– Ты отвратителен, – сделал вывод Эдгард и практически волоком вытащил меня на улицу.
Уже стемнело, поэтому я не сразу поняла, куда направляется маг. Грубо срубленный сарай также не навел ни на одну толковую мысль. Отгадка появилась в голове благодаря знакомому удушливому запаху. Фу-у-у. Отхожее место.
– Ты как? – раздраженно поинтересовался Эдгард, повесив мою тушку поперек жердины, отделяющей часть помещения с рукомойниками от нужников. Тусклое освещение единственного светильника позволяло лишь примерно сориентироваться в окружающей обстановке. Не удивительно, что здесь витали подобные запахи – выпившие клиенты вряд ли попадали в цель.
– Со штанами помочь? Или сам справишься?
Тут уж у меня и силы появились вцепиться в ремень, и голос прорезался:
– Са-а-ам.
– Отлично! Не больно хотелось возиться с твоими… – Эдгард не договорил, а может быть я сама не расслышала, переведя внимание на то, как тонкие пальцы лиэра отодвинули крышку крупного перстня. На изящную бледную ладонь упала крошечная горошина. Сильный захват мужских рук парализовал мои движения. Зубы разомкнулись под насильственным напором. Горошина, направляемая пальцем Эдгарда, оказалась у меня во рту. Дышать стало нечем, и я непроизвольно сглотнула, отправив содержимое перстня в желудок.
– Иди, облегчись, – кивнул в сторону нужников лиэр, освобождая меня из своих удушающих объятий.
Повиснув на перекладине, я еще ниже опустила голову, чтобы скрыть текущие по щекам горячие слезы. Что это сейчас было? Неужели брат меня отравил? Хотя какой он мне брат, он даже для Таная лишь дальний родственник, но думать плохо про Эдгарда почему-то оказалось… больно.
Грохот, раздавшийся за моей спиной, заставил вздрогнуть. Кто-то напился не меньше меня и дверь с пинка открывает?
– Поплохело? – насмешливо поинтересовался Яррин, ухватив меня за шкирку. Чтоб тебя! Меня же вырвет! Я открыла рот, намереваясь возмутиться, но не успела и пикнуть, как захлебнулась водой. Она заливалась в горло, уши, давила на затылок. Или это была крупная ладонь зверя, не позволяющая надолго вынырнуть из бочки и насладиться таким сладким и необходимым мне воздухом? Снова и снова он макал меня в воду, пока я не перестала сопротивляться вовсе. Тогда сильная рука оттащила мое безвольное тело в сторону и позволила желудку полностью опорожниться.
Последующие макания в бочку с водой освежили и взбодрили меня. Я даже сумела садануть локтем в живот своему мучителю. Каменная статуя, хоть бы ойкнул для приличия. Только руку себе зазря отбила.
 
– Всё, птенчики, валите за стол, – приказал Яррин, отталкивая меня от себя и откидывая со своего лица влажные пряди волос.
Уцепившись за стену, я перевела дух. Зверь стоял прямо передо мной, заправив в пояс большие пальцы крупных ладоней, и с высоты своего немаленького роста брезгливо посматривал на меня. Ненавижу!
– Пошли, – прошептал мне на ухо подошедший Эдгард, – не связывайся с ним, себе дороже, он полный…
– Вообще-то я стою рядом, – заметил Яррин, недобро ухмыляясь.
– Он неправильно выразился, – зачастила я. – Выпил, вот и болтает бездумно. Никто не хотел никого оскорблять. Приносим извинения. Мы уже уходим.
– Все время забываю про их совершенный слух, – вздохнул Эдгард, то ли действительно сокрушаясь над своим промахом, то ли иронизируя.
Мы покинули помещение под неприязненным взглядом, который я ощущала между лопаток, пока не вошла в кабак и дверь не закрылась за моей спиной. Я с облегчением выдохнула и пошатнулась.
– Эх, жаль, единственная отрезвляющая магия впустую пропала. Если б не зверь, ты сейчас был бы как новенький, – посетовал Эдгард. Он внимательно осмотрел меня. – Не думаю, что тебе стоит еще пить сегодня. Лучше закусывай.
Я кивнула и опустила глаза, кляня себя за то, что посмела усомниться в преданности мага.
Мы приковыляли к нашему столу и синхронно шлепнулись на лавку.
– О! Танай! – обрадовался нашему приходу Фюфик и распахнул объятия.
Не зная, как уклониться от нежеланных обнимашек с пьяным зверем, я забегала глазами по залу. Взгляд наткнулся на фигуристую подавальщицу, соблазнительно улыбающуюся всем подряд, видимо, на всякий случай, авось, кто и заинтересуется.
Я загребла рукой округлую талию, и полненькая девчонка радостно плюхнулась ко мне на колени. Фюфик осклабился и свернул волосатые пальцы загогулькой в знак одобрения.
Но расслабиться я не успела, пронырливая подавальщица решила не терять времени даром. Ее шершавые ладошки заскользили по моей груди, туго перетянутой в целях конспирации. Вряд ли девчонка могла нащупать что-либо под толстым слоем ткани, но рисковать я не собиралась. Выудив из кошелька первую попавшуюся монету, я всунула ее в загребущую ручку и сжала натруженный кулачок. Многозначительный взгляд и аккуратно переложенные девичьи ладошки с груди на плечи сказали без слов о моих ожиданиях от этого вечера. Подавальщица оказалась сметливая, она шустро убрала монету за корсаж платья и осторожно обняла меня за шею, глазами спрашивая на верном ли пути. Я довольно кивнула. Больше попыток соблазнения она не предпринимала. Зато ее присутствие спасло меня от последующих алкогольных возлияний, которым продолжали предаваться звери.
После того, как меня прекратили целенаправленно спаивать, всеобщее внимание переключилось на Эдгарда и Лотта. Те взялись спорить о том, кто оплатит счет в кабаке. Каждый считал, что это его обязанность и привилегия.
– Я обещал угостить ребят несколько дней назад. Забыл, Лотт? Это мое извинение перед всеми вами за небольшое недоразумение.
– Подумаешь, Танай в прошлый раз устроил страшный переполох со своими ритуалами, и ничего, живет себе, как видишь, преспокойненько, не переживает.
– Я дал слово, – упорствовал Эдгард.
– А я замутил это сборище! Если бы не мое пари, вряд ли тебе удалось бы собрать в одном месте всех жильцов нашей комнаты.
Оба надрывались и старались друг друга перекричать. Почему-то им казалось, что именно от громкости зависит исход их спора.
В голове по-прежнему шумело, но благодаря водной экзекуции от Яррина, я смогла плотно поужинать и даже немного поболтать с сокурсниками. В конце концов, именно ради установления контакта с соседями по комнате я и пришла в кабак.
К тому моменту, когда зашел любопытный разговор, привлекший мое внимание, я почти протрезвела.
– Да ладно тебе, Марек, не пургуй! Все знают, у людей нет и не может быть магии, – категорично заявил Гроу, стукнув по столу своей кружкой и частично разлив ее содержимое.