Террариум 3 (СИ)

А Степан закурил. Положил в трубку французского табака, зажёг и задымил, да так, чтоб все видели, что он курит, облокотившись на стенку телеги. Пускай охрана бдительность снизит, следить за ними не так будет, а он пока последит за ними.
Лошадей не достать. Их охраняют как самое ценное сокровище. Не хуже ящиков с патронами охраняют. Да и человек на лошади, слишком уж хорошая мишень для автоматчика. Значит нужны лыжи.
Они есть почти у всех солдат. Плюс ещё в телегах, под шкурами, запасные лежат. Отрывать их из-под этих шкур никак нельзя. Заметят. Значит нужно у солдат забрать.
У кого из них? Выбор большой. Лыжников много, а лыж и того больше.
Степан осмотрелся. Потихоньку, пристально. Вроде в лес глядит, зверьё зорким глазом выискивает, а на самом деле, краешком глаза караульных рассматривает.
Пять групп, по двое. В десяти метрах друг от друга. Одна группа в низине, при лыжах. Мёрзнут ребятки, руки потирают, жалуются на погоду. Надо их подбодрить.
— Пошли. — Сказал Степан и спрыгнул с телеги.
Караульные как минимум из двух групп стали на них смотреть. Оружие наверняка подготовили к стрельбе.
Степан не стал надевать рюкзак, понёс в руках. Трубку из зубов не убрал, продолжил дымить. Джонатан всё за ним повторял.
Солдаты в низине смотрели на идущую к ним парочку и придумывали себе всякого.
— Угостить? — Спросил Степан и показал мужикам мешочек с табаком. Те заулыбались.
Степан подошёл к ним в плотную.
— Замёрзли, наверное? — Опять спросил Степан, раздавая хороший французский табачок.
— Ага. — Ответил младший из солдат и стал доставать из кармана обрывок листа.
Бойцы из других групп отвернулись. Не было у них времени за чужой болтовнёй следит.
— Где ж ты достал такой табачок, друг? — Спросил усатый солдат, заворачивая подарок в бумагу.
— Долго рассказывать. Прибудем на место расскажу. — Ответил Степан.
Низина. Хорошие место, низина. От врагов спрячет и от пуль их, от холодного ветра и много от чего ещё. И позиция огневая уже почти готовая из низины получается. Пулемёт поставил и всё. Но особенно низина хороша, когда тебе нужно сделать что-нибудь необычное. Что-то вроде этого…
Степан схватил курительную трубку левой рукой и ударил ею по носу усача. Трубка разломилась. Дымный, горячий табак полетел в глаза солдату.
Молодой даже понять ничего не успел. Степан нанёс ему мощный удар в челюсть. Кровь полетела из рта солдатика.
Усатый хотел закричать, но Джонатан врезал ему прикладом по лицу.
Оба теперь валялись в снегу. На них падал начавшийся снег.
Степан и Джонатан незамедлительно похватали лыжи и начали их надевать. Лыжи были отличные, армейские, крепкие, надёжные и самое главное быстро надеваемые.
Караульные заметили, что что-то не так, когда беглецы уже сделали первые шаги.
— Тревога! — Услышал Степан за спиной. Ещё бы пару секунд форы…
Загремели выстрелы.
Пули просвистели над головой, а какие-то влетели в сугробы у самых ног беглецов.
Степан на секунду оглянулся. Началась погоня. За ними ехали шесть, или семь человек. И ехали быстро, умело. Ежкисты своих бойцов обучают.
Проехали не большой спуск. Теперь хотя бы ненадолго можно было не боятся выстрелов.
Совсем ненадолго. Через пару секунд опять застреляли.
Джонатан ели успел заехать за дерево. Прямо по его следу пролетели пули. А потом парень пропал из виду. Заехал за бугор и густой кустарник.
Степан объехал пару деревьев, проехал прямо через кусты и снова оглянулся. Двое солдат находились совсем близко от него. У них были пистолеты пулемёты. Они хотели подъехать поближе и пустить Степану очередь в спину. И первая половина плана у них пока что получалась.
Степан съехал с горки. Над его головой, всего в паре сантиметров от макушки пролетели пули. Вот это повезло так повезло.
По лицу ударила ветка куста, а потом ещё одна. Если бы не очки с маской, порезов не удалось бы избежать.
И тут Степан услышал, как кто-то другой проезжает через те же кусты. Он посмотрел назад. Всего в паре метров от него ехал ежкист. Его руки уже хватались за оружие.
 
— Шарик! — Умоляюще крикнул Степан.
В туже секунду из неоткуда выскочил пёс и накинулся на ежкиста. Солдат упал и закричал. Маску на его лица разрывали клыки.
Из-за кустов выехал ещё один солдат готовый выстрелить.
Степан рефлекторно схватился за ствол совсем молодого дерева, резко развернулся и пустил длинную очередь в противника.
Боец вскрикнул, выронил оружие и полетел лицом в снег.
— Шарик! — Позвал Степан пса.
Пёс побежал к хозяину, а Степан выстрелил в ежкиста с изгрызенным лицом.
Из-за деревьев выехали ещё солдаты. Степан пустил в их сторону пару очередей и поехал прочь.
Шарик бежал впереди, предупреждая об опасности. Он лаял, глядя то в одну, то в другую сторону. Опытному разведчику ещё до этого стало понятно, что его окружают, зажимают в тески.
Где-то рядом постоянно пролетали пули. Одна даже попала в бронежилет. Пуля видимо была маленького калибра, поэтому бронежилет она не пробила, но всё равно было больно. Степан с трудом устоял на ногах после попадания. Сердце застучалось на максимуме возможного. Если бы в Степана раньше не попадали, то его живо захлестнула паника.
Степан пытался держаться как можно более заросших участков, с обилием деревьев и кустарника. Противникам приходилась стрелять в слепую, на звук, да ещё и постоянно двигаясь, чтобы не упустить беглеца.
Снег падал с небес всё чаще, превращался в снегопад. Он залеплял линзы очков и ухудшал и так паршивую видимость. Теперь единственным ориентиром для Степана был Шарик и его лай. Пёс мастерски проводил хозяина через густые заросли, словно в его черепушке был далеко не собачий мозг.
Но вдруг и этот ориентир пропал. Пёс исчез, словно сквозь землю провалился.
Степан резко остановился и протёр очки. И только тут он заметил, что находится на краю, большого, крутого и опасного спуска.
Шарик стоял чуть ниже и подзывал хозяина лаем. Степан понимал, что ему придётся спустится и карал себя за то, что в учебке не ходил на дополнительные курсы лыжной езды, предпочитая ходить на стрельбище.
Разведчик глубоко вздохнул, матюгнулся и подтолкнул себя лыжными палками.
Скорость стремительно нарастала. Пёс всё также бежал впереди, указывая хозяину дорогу. Степан сгруппировался и следил за пушистым приятелем максимально сосредоточенно.
Рядом опять засвистели пули. Ежкисты не осмелились ехать за беглецом, предпочтя стрелять по этому самоубийце.
Степан пригибался, проезжая под высоко расположенными корнями, уворачивался от веток кустов, маневрировал между деревьями, раз за разом оказываясь на грани смерти, в одном сантиметре от гибели. Ветви, корни, пули были всюду и один человек с трудом мог справится с их натиском.
Через бесконечные секунды спуск закончился, но Степан и не думал замедлятся. Он начал работать руками, отталкиваться от уплотнившегося снега палками.
Погоня закончилась.
***
Степан сидел у костра, помешивая похлёбку. Еды в его рюкзаке не осталось. Всё было положено в котелок. Получилось немного и не густо.
Шарик положил голову на колени хозяина и начал ожидать вознаграждения за проделанные труды.
Снегопад закончился. Температур воздуха упала ниже плинтуса. Даже возле костра было нормально не согреться. От малейшего ветерка становилось морозно.
Степан обнимал шарика, чтобы согреться. Пёс был не против. Его интересовала только еда. Он не отрывал взгляда от котелка.
— Степан! — Услышал разведчик сзади.
Пёс вскочил и злобно залаял.
 
— Шарик фу. — Сказал Степан и встал.
Из темноты к нему вышел Джонатан. Продрогший и покрытый инеем. Он весь дрожал, на ногах стоял не уверенно.
— Я думал, что ты погиб. — Сказал ему Степан.
— Я тоже думал, что мне конец, но я выжил. — Сказал Джонатан выпуская пар из рта.