Хронос. Ледяной поход (СИ)
Так шли по кубанской земле, местами в проталинах, местами в снегу, покрытом тонкой корочкой льда, от хутора к хутору, от станицы к станице.
Несмотря на то, что Тоха был в полку Маркова, ему практически не удалось поучаствовать в жёстких боях. Небольшие перестрелки или вроде того боя у Лежанки, можно не считать.
В бою у Березанской погиб красавец-мингрел князь Чичуа, с кем попаданец успел сдружиться, не считая Сергея Зарецкого и подполковника Рощина, Алексея Викентьевича.
Большие потери добровольцы понесли третьего марта в бою у хутора Выселки. Там дрался корниловский полк и партизаны генерала Богаевского. Марковцы и обоз двинулись на хутор Журавский. При штурме Выселок разрывом шрапнели убило Рощина. Подполковника нашпиговало десятком стальных шариков.
Когда Выселки отбили, Тоха, прибывший туда вместе с первым батальоном «марковцев», встретил Романа. Ромыч рассказал об этом жутком бое. Ещё князь с горечью сообщил, что ему с трудом удалось остановить двух офицеров, грабивших местную тётку. Они шарили у неё по сундукам и забирали тёплое бельё. Та вопила благим матом: «Грабют!». Насилу удалось утихомирить беспредельщиков. Расстреливать не стали, и так людей мало.
После Выселок при переходе к станице Кореновской Тоха подвернул ногу, и два дня пробыл в обозе и в бою за станицу не участвовал, лишь отбили нападение двух десятков кавалеристов. Попаданец грохнул двоих. В Кореновской на пулемётную очередь нарвался Сергей Зарецкий. Попаданец потерял всех, с кем успел более-менее сдружиться за время службы в Добровольческой армии.
Потом был бой за Усть-Лабинскую, где им пришлось сражаться при угрозе полного окружения…
И вот два дня назад прибыли в аул Шенжи. Черкесское поселение. Тут до них похозяйничали большевики. Оторвались от души.
Многие дома пустые. В одном нашли труп старика со сгоревшими до колен ногами. Большевики сунули его в топящуюся печь…
В ауле к добровольцам присоединился трёхтысячный отряд Кубанской рады во главе с генералом Покровским. Численный состав армии увеличился почти вдвое.
Тоха расположился в доме у пожилой черкешенки.
На кровати лежит раненый молодой парень. Сестра милосердия Лиза из их полка обрабатывает и перебинтовывает ему раны.
— Где тебя так, дружище? — спросил попаданец.
— Бальщевики калоть. Много и много и смеяться, — кривясь от боли, проговорил пацан.
— У него на теле двенадцать ран, — кивнула на бинты Лиза, — и все не глубокие. Они не хотели его убивать. Просто развлекались.
«Вот суки!» — подумал Тоха и поинтересовался у черкеса:
— За что?
— Бюржюй, говорят.
Попаданец, Тихо матерясь, отошёл.
Утром уходят. В пять пополуночи Тоха заступил на пост вместе с Маркиным. До подъёма и сборов два часа. Попаданец и студент уже готовы — вещмешки за спинами.
Льёт дождь. Укрылись под навесом.
— Гляди, идёт кто-то, — Маркин показал на дорогу.
Программер посмотрел и точно: в пелене дождя приближается фигура в шинели и сумкой через плечо. Попаданец тронул ремень винтовки.
— Погоди, — остановил его студент. — По-моему это Ольга.
Когда фигура приблизилась, Тоха узнал медсестру, с которой как-то развлёкся в ростовском госпитале. Девушка зашла под навес, шинель и шапка мокрые.
— Здравствуй, Антон, — зачастила она, — времени очень мало. Мы с Кириллом из «Ти-Эс-Эй». Выслушай нас. Мы предлагаем тебе сотрудничество и защиту. Мы доставим тебя к нам, в Америку. Сможем деактивировать устройство в твоём теле. Согласен? Антошка, — ласково проворковала она. — Времени мало. Я поставила корректирующее поле, но федералы скоро будут здесь.
— Ага, — расплылся в улыбке Тоха. — Но тебя-то я сразу просёк, хоть и не был до конца уверен, а вот про Кирилла… не подумал. Ну да ладно, ребят, времени действительно мало. Я бы мог вам наговорить всё, что о вас думаю. И о вас, и о федералах. Но не сейчас…
Тут по телу побежали знакомые лёгкие мурашки, закололи миллионы иголочек и появились фигуры в сером камуфляже.
— Стоять! — негромко скомандовала ближайшая голосом Прилуцкого. — Хронослужба Конфедерации. Вы арестованы!
Миллионы иголочек превратились в приятные потоки энергии, ласкающие тело. Пространство вокруг завибрировало. Перед глазами поплыли лёгкие, едва заметные, будто невесомые ручейки. Подчиняясь внутреннему импульсу, Тоха схватил два из них за хвосты и взмахнул руками.
«Хроноволна два», — быстро пронеслась в голове чужая мысль.
Дождь кончился. Они стоят под навесом, но не видно ни обозов, ни лошадей Добрармии.
— Что… случилось? — прошептала Ольга, испуганно озираясь.
— Мы в новой хроноволне, — улыбнулся Тоха.
У агентов расширились глаза.
— Я не могу долго её удерживать, она скоро схлопнется. Значит так. Меня скоро должны переместить моё время, так, по крайней мере, обещает Хронослужба. Вы приглашаете меня в Америку. В Америку моего времени, подчёркиваю. На работу или туризм, мне по фиг. Всё продумываете, визу там, посольство, общение с Госдепом. Это ваши проблемы. Я прилетаю в Нью-Йорк или Вашингтон, насколько я знаю, западную часть США вы не контролируете. Вот. Короче в восточную часть Штатов. И вы перебрасываете меня к себе. Но, ребят, с вами я ни о чём разговаривать не буду, — он обвёл их взглядом. — Только с вашим самым высшим руководством. С этим, как его, — фамилия сама всплыла в голове, — с Полаком. И не вздумайте подсунуть мне фальшивого директора. Вы видите мои возможности.
— К…какие возможности? — хрипло произнёс Маркин.
— Кирилл, или как там тебя на самом деле, я создал три новые хроноволны. Мы сейчас во второй. Всё, я устал.
Тоха схватил ещё один мерцающий в воздухе «ручеёк», образовался чуть мерцающий портал.
— Ступайте. Это третья волна. Она просуществует не более часа. Бэк-модули у вас с собой, когда волны схлопнутся, включайте их, активируйте и будете дома. Передайте руководству, я знаю, где майор Кобб, и могу его вернуть. А чтобы у вас не было сомнений, майор попал из поезда «Харьков-Санкт-Петербург» в нуль-пространство. Я был там. Я знаю. Всё уходите, — и улыбнулся Ольге как можно более ехидной улыбкой, — а с тобой мы ещё повеселимся, красавица.
Агенты шагнули в портал и исчезли. Попаданец потянул руку к другому «ручейку». Через мгновение он оказался в компании с Прилуцким, Дарьей Фархади и двумя незнакомыми мужчинами.
«Хроноволна номер один», — снова промелькнула мысль.
Здесь тоже всё тихо, спокойно. Небо звёздное. На востоке уже светлеет. И войны нет.
— Антон, ты что творишь? — взвился Прилуцкий.
— Всё нормально, — Тоха поправил винтарь на плече. — Ещё не хватало мне тут драки. Американцы ушли. Они пригласят меня в Америку две тысячи пятнадцатого года. Так что работаем по плану.
— Антон, — капитан перешёл на шёпот, — ты создал… три новых волны? Верни всё обратно.
Потоки энергии потихоньку исчезают. Пространство перестаёт вибрировать. Наваливается усталость.
— Я не могу.
— Но ты же их создал. Схлопни их.
Тоха попытался честно увидеть вибрацию, вызвать ощущения мурашек в теле. Не вышло. Только лёгкое покалывание.
— Не получается, — слабым голосом прошептал Тоха, опускаясь на проталину.
Его быстро подхватили. В правое плечо что-то укололо.
Программер очнулся. Даша шагнула от него, в руке у девчонки шприц.
«Ага, прямо через шинель», — вяло подумал Тоха.
— Это стимулятор, — сообщила девушка.
— Что нам теперь делать? — поинтересовался, оглядываясь, Прилуцкий.
— Подождём, — уже твёрдым голосом ответил попаданец. — Волна схлопнется через полчаса.
Тоха рассказал о разговоре с агентами «Ти-Эс-Эй».
— Так что действуем по плану.
— Антон, всё изменилось, — Прилуцкий стряхнул с камуфляжа невидимую соринку. — Твоя транслокация будет совершена в ближайшие двое-трое суток у Новодмитровской.
Программер посмотрел на Прилуцкого, на девочку-лейтенанта, других сотрудников Хронослужбы и подумал:
«Блин, так быстро! Тут ребятам ещё помощь нужна, каждый человек на счету. И домой, блин, хочется».