Хронос. Ледяной поход (СИ)

— Ксю, давай ещё раз про Тоху.
Принесли по тарелке лагмана и по хинкали. Вера, чувствуя, что сильно проголодалась, заказала ещё порцию хинкали.
Ксюха начала рассказ.
По её словам, когда они с Киром и ещё одной овцой из отдела маркетинга (Ксюха назвала её Маринкой) подошли к их компашке, к Тохе клеилась какая-то овца. Борька уже свою вовсю лапал, а Тоха тормозил. Овца уже лезла сама.
— И что, он её трахнул?
— Да не знаю я! — отмахнулась Ксюха. — Он бухой был в дрова. Сама прикинь, они до нас вискарь пили, а тут ещё коньячком залакировали. Потом что-то ещё пили. Не помню. А утром исчез. Сразу же пришли фээсбэшники и начали нас расспрашивать. Где Тоха, что он за человек, куда делся. Кир думает, они хотят его к себе переманить. А что? Как программер, он классный. Им такие спецы не помешают. Хотя, какой из него фээсбэшник? Он же размазня. Телок. Ну ты и сама знаешь.
— Да, что есть, то есть. Ну ничего, вернётся, я ему такое устрою, — пригрозила Вера, с удовольствием наминая горячий лагман. — Навсегда запомнит, как по бабам таскаться.
— Если вернётся, — брякнула Ксюха вполголоса.
Вера уставилась на подругу.
— Ты о чём это?
— Ой, прости, вырвалось, — смутилась та. — Но как то странно всё. Не думаешь?
Вера задумалась. Действительно странно. И друг его, Борис, молчит. Наверняка, что-то знает, но молчит, как рыба об лёд. Что делать?
И тут Ксюха выдала спасительную идею:
— А ты съезди к его предкам. Я могу узнать адрес. У меня в кадрах подруга работает.
Идея показалась спасительной, но лишь на первый взгляд. На второй — уже не очень. Вера усмехнулась:
— И под каким соусом я к ним поеду? Здрасти, я Вера, мы тут с вашим сыночком иногда кувыркаемся. Так, что ли?
— Как невеста.
— Да ты чё, Ксю? Какая невеста? Тоха молчит, как белорусский партизан на допросе в гестапо. Никакого намёка на загс.
Ксюха всплеснула руками:
— Ёперный театр, а ты на что⁈ Сама ему предложи. Условие выстави. Типа, или загс или никакого секса. И всё. Согласится как миленький. Он же телок. Лошарик. Такого надо сразу в оборот брать.
— Телок-то телок, — вздохнула Вера, — а двух шлюшек оприходовал. А вообще ты права.
— Ой, я тебя умоляю! — Ксюха закатила глаза. — Никого он не оприходовал. В дрова был. И давай, как только вернётся, за рога и в стойло, в смысле — в загс. Куй бабки, не отходя от лоха. А если упрётся, забеременей от него.
Вера едва не поперхнулась.
— Как забеременеть? Ты с ума сошла?
— Как обычно. Как бабы беременеют.
Вера поразмыслила. Мысль, конечно, интересная. И возраст уже. Двадцать два, почти старуха.
— Да он предохраняется.
— Верунь, ты чё такая тормознутая? От вчерашнего ещё не отошла?
Вера кивнула.
— Угу не отошла.
— Да всё просто. Он использованные презики с собой уносит?
— Да вроде нет, — пожала плечами Вера. — Не обращала внимания, если честно.
— Если у тебя оставляет, прекрасно. Берёшь содержимое и вводишь себе. Если нет, покупаешь и прокалываешь. Не мне тебя учить! На крайняк от другого залети, а скажешь, что от него. Тоха — лошарик, поверит. Как нормальный лошарик не бросит беременную женщину со своим ребёнком на произвол судьбы. А если он уйдёт в ФСБ, вообще классно. Они хорошо получают.
Вере мысль понравилась. Вот только…
— А если он ДНК-тест потребует?
— Ве-е-ер, — протянула Ксюха, глядя на подругу, как на идиотку, — ну сделай, чтоб не пошёл. Раз не доверяет, значит, не любит. Раз не любит, ты от него уходишь и ребёнка забираешь с собой. А он тебе алики платить будет. И бабы у него не будет. Пусть с Дунькой Кулаковой общается.
Вера рассмеялась.
— Классно! На крайняк можно сказать, что залетела и потащить в загс. А там, в реале можно залететь. Или выкидыш-хреникидыш.
Ксюха довольная откинулась на стуле.
— Наконец-то начинаешь соображать, подруга. А не заказать ли нам ещё по бокальчику красненького, — и подмигнула.
* * *
На следующий день
г. Москва.
Вчера вечером от Ксюхи пришла эсэмэска с адресом родителей Тохи. Вера решила ехать часов в одиннадцать. Насколько помнит из его рассказов, отец — пенсионер, мать работает в метро. Так что время самое то. Мать её сразу раскусит, а вот отец… с отцом можно и поговорить.
 
Для поездки выбрала зелёное платье в цветочек. Чуть ниже колен. Здесь нечего красоту навязчиво подчёркивать. Она ж не шлюха вокзальная…
Перед выходом брызнула за ушки немного «Шанса». Тоха на восьмое марта подарил.
Пряный аромат пачули наполнил прихожую. Вера бросила флакончик в сумочку и вышла из квартиры…
Примерно через час уже позвонила в квартиру предков Тохи. Отметила, что на площадке у всех железные двери, эта — деревянная, но, похоже из очень хорошего дерева. Дверь открыл мужчина, высокий, чуть повыше Тохи, худощавый. С пронзительным взглядом серых глаз.
— Здравствуйте, вы — Дмитрий Борисович? Отец Антона?
— Здравствуйте. Да, — кивнул мужчина.
— Меня зовут Вера. Я, — она на секунду запнулась, — невеста Антона.
— Невеста? — мужчина улыбнулся. — Ну проходите.
Улыбка не понравилась. Какая-то она… вроде бы доброжелательная, но есть в ней что-то такое: «Невеста? Ну-ну!».
Вера вошла в прихожую.
— Чай? Кофе? — предложил Дмитрий Борисович.
— Чай, если можно, — «скромно» согласилась Вера.
Девушка хотела снять босоножки, но мужчина сказал, что можно не разуваться. Прошли на кухню. Дмитрий Борисович включил электрический чайник и указал Верке на мягкий бежевый уголок у накрытого белой цветастой скатертью стола:
— Присаживайтесь.
Присев, огляделась. Кухня большая, метров пятнадцать. Техника новая, современная. Шкафчики под ореховое дерево, бежевые обои с редким рисунком.
Дмитрий Борисович достал из шкафчика кружки. В одну положил пакетик «Липтона», в другую сыпанул из банки «Нескафе» две ложки кофе. Всё это залил кипятком.
— Прошу. Сахар, пряники. Вот варенье, земляничное, настоящее. Жена сама делала, — в голосе мужчины промелькнула гордость, вот, типа, какая у меня супруга.
«Хорошо, что её сейчас нет дома», — с облегчением вздохнула про себя девушка.
Вера поблагодарила. Мужчина ни о чём не спрашивает, лишь как-то странно смотрит на девушку. Ей стало неуютно.
«Зря, наверно, пришла, — промелькнула мысль. — Если уж этот мужчина, достаточно симпатичный, так ко мне относится, то если б тут ещё была б Тохина маман. Н-да».
Вера, опустив глаза, потягивает из кружки горячий чай.
Тишина. Дмитрий Борисович молчит. На губах играет странная улыбка.
«Почему он ничего не спросит? — начинает паниковать Вера. — Почему молчит? Так, подруга, успокойся, — она незаметно длинно выдохнула. — Что имеем? Тохи нет уже больше недели. Я вся издёргалась, а его отец спокоен, как удав. Или что-то знает? Тогда Тоха вообще мерзавец! Поматросил и бросил!».
Когда чай почти закончился, Дмитрий Борисович произнёс:
— Вы — невеста Антона? Странно. Он нам ничего не говорил ни о вас, ни о том, что собирается жениться. Давайте пройдём в гостиную, и вы всё расскажите.
Вера согласилась.
В просторной гостиной уселись на диван.
— Слушаю вас. Где и как вы познакомились?
Вера рассказала, немного приукрасив ситуацию. Не, ну не говорить же в самом деле, что Тоха пришёл к ней домой переставить на «бук» операционку, а она ему в трусы залезла.
— И вот Антон пропал, — закончила она, — уже больше недели как. Не знаю, что и думать. Вы не знаете, где он?
— Когда и как он пропал? — поинтересовался отец.
Очень спокойно поинтересовался. Вера рассказала, что услышала от Ксюхи, не забыв добавить, что Тоха надрался в компании двух шлюшек из бухгалтерии. Сообщила, что его искали фээсбэшники.
Дмитрий Борисович тоже рассказал, что к нему приходили из ФСБ.
— А давайте, Вера, я вам покажу фотографии Антона.