Хронос. Ледяной поход (СИ)

В левом углу переливается от синего до фиолетового угловой штамп.
«Удивили, ага! — хмыкнул про себя программер. — Краску любую сделать можно. — Венчает штамп двуглавый орёл. — Надо же? Неужели имперский герб сохранился до их времён?».
Ниже на штампе — надпись заглавными буквами «РУССКАЯ КОНФЕДЕРАЦИЯ». Под ней — «Служба защиты времени (Хронослужба)». Ещё ниже — « Московский региональный департамент».
«Круто!» — подумал попаданец и перевёл взгляд на пропечатанную справа от штампа надпись: «Господину А. Д. Воронцову».
Заново перечёл текст, уже медленно и спокойно.
' Уважаемый Антон Дмитриевич!
К Вам обращается представитель Службы защиты времени (Хронослужбы) Русской Конфедерации капитан Прилуцкий Я. М. (фото ниже).
В результате технического сбоя Вы оказались в другой пространственно-временной локации, а именно в 1917 году. Просим сохранять полное спокойствие, поменьше общаться с местными жителями.
Ваш новый друг, князь Роман Васильевич Голицын любезно согласился передать Вам это письмо.
По информации, полученной от г-на Р. В. Голицына, нам стало известно, что Вы собираетесь отправиться в Москву. Наши аналитики считают, что Вы можете оказаться и в Петрограде
Просим вас каждый вторник и пятницу прогуливаться по Тверской улице с пятнадцати до семнадцати часов в Москве, либо по Литейному проспекту в Петрограде в то же время. Я выйду с Вами на связь.
Ещё раз просим поменьше общаться с местным населением.
В случае невыполнения требований Вы будете считаться преступником, нарушившим законы перемещения во времени, и преданы суду военного трибунала.
С уважением, старший оперуполномоченный оперативного отдела Московского регионального департамента Хронослужбы капитан Я. М. Прилуцкий'.
Ниже размашистая подпись и дата «6(19) июля 1917 года».
Роман встал рядом с программером и ткнул в низ текста:
— Вот этой фразы о трибунале не было.
— Уверен? — буркнул Тоха.
— Абсолютно, — кивнул Роман.
— Хрень какая-то, — почесал голову программер. — На фига мне прогуливаться по Литейному, если они могут найти меня, где угодно?
Он уже успокоился и взглянул на фотку. Цветная, размером примерно двенадцать на пятнадцать. На ней молодой мужик в бирюзовой форме с капитанскими погонами. Короткий ёжик русых волос, серые глаза, волевой подбородок.
Роман вернулся к облюбованному креслу. В дверь постучали.
— Да! — отозвался Тоха.
В комнату впорхнула княжна. Она переоделась в голубое платье, в каком Тоха впервые её увидел.
— Антош, ты обещал… ой, Ромка, — заметила Ромыча и чуть покраснела, — я… — она явно не ожидала застать здесь брата. — Я… к тебе зашла, а тебя нет. Потом… подумала… вдруг ты у Антона Дмитриевича. Мне Антон Дмитриевич обещал кое-что рассказать.
— Да ладно тебе, сестрёнка, — улыбнулся князь. — Я сразу понял, что вы на «ты». Не смущайся.
Настя зарумянилась ещё больше.
— Настюш, — Тоха взял её руку и поднёс к губам. Легонько поцеловал. — Я тебе обязательно всё расскажу. Чуть позже, окей? — и нехотя отпустил руку девушки.
— Я думал, испугаешься, прочитав сие послание, — усмехнулся поручик, с любопытством разглядывая программера и сестру. — А ты молодец, хорошо держишься.
Тоха взглянул на молодого князя.
— А мне страшно, Рома. Реально страшно. Если это — Прилуцкий, — он ткнул в фотку, — то кто был в поезде? А?
— В поезде? — вскинул брови поручик. — Так они с тобой встречались?
— Да. Но не они. Точнее, не он, но тоже Прилуцкий. Попозже расскажу. Так вот, когда тот Прилуцкий, который в поезде, не смог меня переместить домой, он исчез в бело-синей вспышке. Такая же была на Фонтанке, когда мы с Настей от матросни сваливали. Там портал образовался. Помнишь, я тебе говорил, лёгкое колыхание воздуха.
— Как же ты его в темноте разглядел? — удивился Ромыч.
— Н… не знаю, — пожал плечами Тоха. — Темно? Да. Но что-то такое неясное было. Там мне какой-то чувак завопил, мол, давай, Воронцов, в портал! Живо! И схватил меня. А Насте велел не вмешиваться. Я этого чувака пнул, он и отлетел в портал. Бац, и снова вспышка. Точь-в-точь, когда я в этом времени на нейтралке с бодуна очутился…
 
— Ну почему вы меня игнорируете⁈ — Настя с нетерпением топнула ногой. Глаза засверкали. — Антон, ты всё время обещаешь рассказать, а сам молчишь!
«Вот упрямая девчонка!» — подумал Тоха и посмотрел на Романа. Тот с довольной улыбкой глядит то на сестру, то на программера.
— Слушай, Антон, — он подмигнул, — когда она злится, такая красивая. Правда?
— Ромка, я тебя убью!
Поручик негромко рассмеялся и беззлобно поддразнил девушку:
— Фи, ваше сиятельство, как вы изволите выражаться?
— Да я… да ты… да вы… да я…
Настя, кажется, вот-вот бросится на брата. Глаза сверкают, щёки пунцовые. Какая же она…
— Согласен, — попаданец невольно залюбовался юной княжной. — Она вообще очень красивая.
— Антон, и ты туда же!
Несмотря на злость, видно, что комплимент девушке понравился. Особенно его, Тохин.
— А чё я такого сказал? — улыбнулся программер. — Что ты красивая? Так это правда.
На мгновение запнувшись, выпалил:
— И я тебя люблю.
Княжна замерла и распахнула глаза. Не дав опомниться, Тоха снова взял её за руку:
— Настюш, потерпи чуть-чуть. Обязательно всё расскажу. Чуть позже. Сейчас с Романом поговорю. Окей? Вот и ладушки.
Настя, как настоящая представительница прекрасной половины человечества, из его слов, разумеется, тут же вычленила самое главное. Лицо девушки просияло.
— Антош, что ты сказал?
— Вот сейчас с Ромой поговорю и всё тебе объясню, — попытался съехать с темы программер.
— Я не об этом, — голос девушки изменился, стал глубже.
— Много же я пропустил, — ухмыльнулся Ромыч. — Ну вы даёте!
— Знаю, солнышко, но я об этом, — Тоха перевёл взгляд с Насти на её брата. — А сегодня, когда мы сматывались от матросов, нам помог сбежать чувак из этой грёбанной Хронослужбы. Сказал, завтра к нам пребудет Прилуцкий и всё расскажет.
Ромыч чуть прищурился:
— А подробней?
Программер в красках рассказал про нападение красногвардейцев с блокпоста на Фонтанке. Как они уходили. Про чувака с Хронослужбы по имени Олег.
— Из всего этого я делаю вывод, — помолчав, задумчиво проговорил Роман, — что они хотят вернуть тебя назад, но не знают, как.
— Наверно, — согласился Тоха, — но почему тот, что пытался затащить меня в портал, выругался по-английски? Он тоже назвался Хронослужбой. Настя слышала.
— Может, это британская… хронослужба? — предположила девушка. — Их же потом… убили. Кажется.
— Тогда получается, — Тохе стало не по себе, — англичане или американцы, а это был американец, стопудово, могут меня вернуть домой, а наши… нет… Стало быть, я зачем-то нужен пиндосам. Зачем? Фигня какая-то.
В косяк постучали.
— Разрешите, господа?
Тоха с Настей обернулись. В проёме стоит Василий Фёдорович Голицын с «керосинкой» в руках. Княжна не закрыла дверь.
— Да, конечно, — пригласил Тоха.
— Прошу прощения, Антон Дмитриевич, дверь открыта, и я случайно услышал разговор. Не пришло ли время объяснить?
Тоха почувствовал, как загорелись щёки. Интересно, что слышал князь? Только концовку, или, как, кроме всего прочего, признался в любви его дочери?
— Конечно, Василий Фёдорович. Время пришло, — программер посмотрел на княжну. — Уже пришло.
— Тогда, ужин ждёт.
— Вот здорово! — Ромыч вскочил с кресла. — Я ужасно голоден.
Прошли в столовую. Княгиня уже там.
За скромным ужином поговорили о политике, о ситуации на фронте, в Петрограде. Выпили по паре бокалов красного вина за счастливое возвращение младшего Голицына.
Надежда Сергеевна не сводит глаз с вернувшего сына. Настя с едва скрываемым нетерпением и любопытством поглядывает на Тоху, но в семье не принято важные дела обсуждать за едой.