(не) истинная. Полюбить вновь (СИ)

— Здесь дышится свободнее, вы правы. — Я облокотилась о перила и смотрела вниз. С третьего этажа был прекрасный обзор на лабиринт. Покрытый в это время года жёлтой листвой, он ярким пятном горел в освещении наземных факелов.
— Кто вас учил играть? — Герцог Лайонель стоял позади, не проходя дальше на балкон, охраняя вход от нежеланных посетителей.
— О, это был великий человек, чтобы обучить меня тому, чему вы сегодня стали свидетелем, он потратил немало времени. К сожалению, сейчас он слишком стар, чтобы давать уроки. Профессор Фридман, бывший преподаватель из академии.
— Надеюсь, ваш отец заплатил ему достаточно за его мучения?
Я хотела было возмутиться и уже начала придумывать несколько вежливых ответов, чтобы поставить зазнайку на место, как с облегчением увидела, что он еле сдерживает смех.
— Думаю, не меньше, чем ваш для вас. — Сказала, и со страхом ждала реакции. Прослыть грубиянкой в первый же вечер в высшем свете не хотелось, всё это могло чёрным пятном лечь на репутацию мужа. Но выдохнула, когда герцог Лайонель произнёс:
— Один-один. На самом деле вы хорошо играете для дамы, получившей домашнее образование и не практикующей регулярно. Ни коим образом не хочу вас обидеть, говоря это, но практика имеет решающее значение.
— Возможно. У меня почти нет опыта в этом, вы правы. — Я поймала кленовый лист, пролетающий мимо, и сейчас от неловкости крутила его, чтобы занять руки. И похвалили, и дали совет, правда, немного в странной форме, но герцог хотя бы сыграл со мной, а не поступил как муж, отправил вышивать.
— Хотел сказать, что ваша игра станет ещё лучше при регулярных тренировках. Поэтому… — Он вальяжно достал визитку из внутреннего кармана, хотя откуда бы ему взяться на атласной рубашке, так удачно, кстати, подходящей к моему платью. — Это закрытый клуб по играм. Обычно собираемся раз в месяц, обсуждаем партии, новые ходы. В общем, приходите.
— Благодарю за приглашение. — Рука сама потянулась за белым прямоугольником бумаги. — Я же не буду там единственной женщиной?
— Не переживайте, есть ещё пара дам, которые разделяют ваш интерес, и прошу заметить, они пока не пропустили ни одного нашего собрания.
— Тогда я буду, обязательно приду. — Я спрятала приглашение в ридикюль и уже собралась было на выход, как герцог нежно коснулся моей руки, что-то туда положив.
— Что вы делаете?
— Это мой личный артефакт связи, если будут какие-нибудь проблемы — напишите, и положите туда письмо, его получу лично я. — Голос был мягкий, с бархатными нотками. Одна часть меня хотела ему противиться, не слушать, другая же благосклонно принимала. Он проникал глубоко в душу, заставляя сердце трепетать то ли от возмущения, то ли от радости прикосновения. Дыхание от смешанных чувств, словно во мне шла самая настоящая борьба, начало сбиваться, а голова отключаться. Это было настолько сильное притяжение, какое я не испытывала даже к своему супругу. Ноги стали ватными, а в груди разливалось тепло. Я не могла отвести от него глаз и, словно сумасшедшая, старалась запомнить каждую чёрточку лица, каждый взмах ресниц, складку меж бровей, глаза цвета бушующего моря, немного сухие губы, застывшие в невысказанном вопросе. Не знаю, сколько мы так стояли, заворожённые друг другом. Я видела, что и он замер и так же, как и я, пытался впитать мой образ в себя.
Неимоверным усилием заставив себя отмереть, я вырвала свою руку и бросилась прочь, крикнув уже на ходу:
— Я напишу вам, обязательно.
В бальный зал я ворвалась, чудом избежав столкновения с официантом, и незаметно пристроилась к кучке дам, обсуждавших последнюю моду на причёски.
— А я тебя обыскался, жена моя. — Дерек возник словно из ниоткуда, уводя меня из кружка немного опешивших от такого соседства женщин.
— И не мудрено, столько людей, не трудно затеряться. — Сердце билось быстрее во сто крат. А что, если он знает, с кем я была? — Я тоже вас искала, прошлась по коридорам, но так нигде и не увидела, поэтому пришлось вернуться сюда.
— Да? Тогда, возможно, мы просто с вами разминулись. Ну что ж, раз все дела на сегодня улажены, предлагаю вернуться обратно в замок.
 
Опасаясь ещё одной встречи с принцем и своей реакции на него, я согласилась, и уже спустя четверть часа мы были дома.
  
Глава 8.1
 
Амалия. Замужество, день 61
С утра проснулась в неком возбуждении, в как всегда пустой постели. Сердце билось часто-часто, как будто отбивая дробь перед чем-то важным, а может, и отсчитывало секунды до поворотного момента моей жизни, о котором мне было неведомо.
За окном падали первые хлопья снега, а в камине привычно трещали поленья, делая и без того тёплый воздух ещё жарче. Я уже смирилась с тем, какой заботой окружил меня мой герцог. Теплые тапочки, подбитые мехом чернобурки, шерстяные накидки на плечи поверх повседневного платья, всегда горящие угли за решеткой очага. Иногда мне и вправду казалось, что я слаба здоровьем, всё чаще сидела в комнате, не выходя из неё даже к ужину, о поездках в город даже и не думала, довольствуясь недолгими прогулками в саду.
Спасением в такие дни для меня были лишь редкие письма от родных, которые я перечитывала с каждым разом всё чаще и знала уже практически наизусть.
— Ваше платье к завтраку готово. — В комнату осторожно вошла служанка.
Махнув в её сторону рукой, позволяя пройти вглубь, я продолжила наблюдать за полётом одинокой снежинки за окном. Одинокая и маленькая, ветер терзал её из стороны в сторону, пытаясь унести подальше от окна, но она вновь и вновь возвращалась к нему. Не вытерпев, я с трудом приоткрыла ставню и протянула ладошку вверх, кутаясь от морозного воздуха в шаль.
— Вы же простудитесь и заболеете! — Лесси кинулась было ко мне, чтобы прикрыть створку, но было уже поздно — на ладошке лежала она, моя неповторимая и единственная в своей красоте снежинка.
— Она летела ко мне. — Я радовалась как ребёнок и смотрела как медленно кристаллы льда превращают звезду в каплю воды, растворяя ещё секунду назад прекрасное творение природы.
Не обращая более внимания на камеристку, я переобулась в лёгкие туфли, скинула шаль, и вмиг показалось, что даже дышать стало легче.
— Ну и что ты стоишь, неси скорее платье, пора спускаться в столовую.
Не слушая причитаний Лесси о том, что я непременно заболею, если пойду в такой обуви, выскользнула за дверь, оставив ту в недоумении посреди комнаты, с шалью в руках, смотреть мне вслед. Я словно сбросила с себя пелену. Я молода, здорова и имею статус не абы кого, а целой герцогини, и никто не будет мне указывать, что надевать на завтрак!
С такими мыслями и боевым настроением я спускалась в столовую, иногда переходя на бег, что и вовсе не пристало для девушки моего уровня. Хотела предложить Дереку съездить в город, прогуляться по парку и посетить недавно открывшийся салон мадам Буже. Как писали в вестнике, который мне исправно доставляли каждую неделю, на сегодняшний день это самое популярное место в городе, за исключением, конечно, мероприятий, устраиваемых его Величеством.
Войдя в тёмную залу, я приказала отодвинуть занавески в сторону и впустить наконец солнечный свет, который тут, по-видимому, не особо и любят.
— Почему стол накрыт лишь на одну персону? — Я с нескрываемым раздражением смотрела на экономку, ожидая ответа.
— Герцог приказал накрыть лишь на вас. Было сказано, что он поработает у себя в кабинете и спустится позже.
— Миссис Шанри, в последующем, если мне придётся сидеть здесь в одиночестве, прошу сообщать об этом заранее.
— Как скажете, герцогиня. — Она поклонилась и молча вышла из помещения, оставив меня наедине с такой ненавистной мне, но так любимой мужем овсянкой. Знала бы, что его сегодня не будет, попросила бы приготовить суфле с фруктами, а не это серое нечто. Повар, конечно, готовил отменно, но некоторые любимые герцогом блюда были мне неприятны. Как его истинная, я старалась хотя бы попробовать их полюбить.