Вперед в прошлое 7 (СИ)

Никитич ее осадила:
— Значит, у родителей есть повод для волнения, просто конкретно тебе этого знать не следует.
Баранова обиженно поджала губы.
— Поднимите руки, кто идет со мной прочесывать берег, — сказал я.
Все вскинули руки. О, сколько радости на лицах! Вместо унылого вторника — веселый квест «Найди Инну»! Знали бы они, что случилось!
Не радовались только влюбленные в Инну: Илья, Памфилов и Кабанов. И Лихолетова, на лице которой читалась напряженная работа мысли: она пыталась сопоставить двухдневное отсутствие Инны и дурацкую предрассветную прогулку — ну кто перед школой идет к морю? Очень, очень многое не сходилось, но вопросы Рая еще не сформировала.
Ну а если начнет выпытывать, скажу, что мне тоже ничего неизвестно, что родители сказали, то и передаю.
— Можно использовать доску? — обратился я к химичке.
Никитич отцепила плакат и протянула мне мелок. Я нарисовал извилистую линию, более-менее передающую конфигурацию берега.
— Сколько нас человек? — развернулся я к классу.
— Шестнадцать, — сказал Илья. Подразумевая тех, кто точно пойдет.
— Семнадцать! — поднял руку Райко. — Я иду с вами. Можно?
— Нужно, — кивнул я.
Баранова зашипела на него, но Петя ее проигнорировал.
— Нас посчитали? — спросила Попова, сидящая с Белинской.
— Посчитаем, — ответил Илья, на них не глядя.
Баранова сидела, выпучив глаза и разинув рот. Даже наш мажорик от нее отвернулся! Гегемония рухнула, ну и фиг с ней. Сейчас главное — найти Инну.
  
Глава 5
 
Красный флаг
 
Директор остался посмотреть, что я буду делать — надо же вникнуть и проконтролировать. Может, поучиться управлять оболтусами. Я еще раз пересчитал желающих и вдруг понял, какой у нас маленький класс!
— Толпой шастать не будем, — распорядился я и расчертил береговую линию на отрезки. — Поодиночке тоже. Разобьемся на группы. Помимо этого, нужно два-три человека, которые останутся здесь и будут держать руку на пульсе. Вдруг Инну уже нашли, а мы будем лазать по берегу до темноты. У тех, кто останется, самая ответственная миссия: оповестить поисковиков.
Директор, притаившийся возле двери, шевельнул надбровным валиком и кивнул — правильно, дескать, грамотно.
— Кто хочет остаться? — спросил я.
Белинская и Попова переглянулись и подняли руки. К ним присоединилась Ниженко.
Я повернулся к дрэку.
— Это ваши. Если милиция или родственники Инны что-то узнают, сразу же скажите девочкам. — Директор кивнул, я обратился к девчонкам. — Поскольку ни раций, ни сигнальных ракет у нас нет, чтобы хоть как-то оповещать друг друга, нам остается только рассылать гонцов, вы и есть гонцы. Синим мелком я разделил нарисованный берег на три сектора и подписал: Натка, Аня, Ксюша. — Поняли, да, что делать? Несетесь на свой сектор, находите наших и рассказываете им.
— А что делать, если Инну найдем мы, поисковики? — спросил Заславский.
— Сейчас распределимся — расскажу. — Белым мелком я выделил границы отрезков жирнее и вписал в каждый по две фамилии. — Вот за эту территорию, от памятника до воинской части, ответственны вы. — Я указал на Барика и Пляма, который сразу же подорвался.
— Можно приступать?
— Пока нет.
Как самым безответственным, я выделил им участок, где Инна вряд ли окажется, но исключать его нельзя.
— Дальше, от воинской части до мыса — зона ответственности Игоря Заславского и Пети Райко.
Мажорик, который последнее время ходил с поджатым хвостом, воспрянул, выгнул грудь колесом. Заславский козырнул и ответил:
— Будет исполнено, товарищ начальник!
Подумав немного, я разделил большой отрезок, что возле нашего поселка, на две части поменьше.
— От мыса и до погранцов — Саша и Рая. От погранцов и до конца села — Люба, Юля. — Я посмотрел на замызганных Желтковых и Фадееву. — Ну и самые сложные зоны. Отсюда, — я ткнул в точку, где заканчивался поселок, — и до мыса — Саня и Ден. С обратной стороны горы и до мыса — я и Илья, туда мы поедем на мопеде и стартуем из соседнего села, соответственно, информация от нас поступит позже всех.
  
— А мы? — возмутился Димон Минаев.
— Димы обыскивают этот пустырь возле воинской части. Рамиль — окрестности у реки и болотца.
— А мне шо делать? — обиделся Карась.
Я потер подбородок и придумал ему задание.
— Ты будешь сигнальным. Наверняка со времен Союза в школе осталось много красных знамен так ведь, Геннадий Константинович?
Дрэк кивнул. Я продолжил:
— Сколько?
— Штук пять должно быть.
— Один отдадим Сане Заворотнюку. И бинокль, я видел его в нашем краеведческом музее. Саня пойдет на гору, выберет точку, откуда просматривается село, и засядет там. Команды, которые получат флаги, обнаружив Инну, должны оповестить остальных. Проще всего это будет сделать, подав знак. Выходите туда, откуда будет видно красную точку — Саню, машете ему знаменем. Саня видит сигнал и машет флагом остальным. Остальные бегут звонить ментам.
Никитич слушала, сидя за учительским столом и подперев голову рукой. Дрэк кивал.
— Если разные группы позвонят одновременно, нестрашно.
— Пойду поищу флаги. — Директор направился к выходу, полностью довольный собой.
— Общий сбор — под платаном. — объявил я. — Если никого не найдем — в два часа дня будем решать, что делать дальше.
Я смолк, одноклассники разговорились, расшумелись, поднимая тему, что могло случиться с Инной: утонула. Нет, на нее напали гопники на пустыре. Нет, встретила кого-то и просто задержалась, вообще ни к чему это все.
Илья сделал приглашающий жест, но я остался у доски. Следовало сказать еще кое-что, но язык не поворачивался. Только сейчас до меня дошло: дети могли найти труп, что нехорошо для их неокрепшей нервной системы. Тем более это труп одноклассницы. Или — любимой девушки. Девушки, которую я невольно убил. И ясно, что моей вины нет, но это понятно, когда ты над ситуацией, а изнутри все видится по-другому. И все-таки стоит провести инструктаж, вряд ли Инна будет невредима и в сознании.
Откашлявшись, я продолжил чужим голосом, хриплым и низким:
— Еще кое-что. Вы ж понимаете, что с Инной могло случиться что-то плохое. Очень плохое. Если она без сознания, вытащите тело из воды и не пытайтесь привести ее в чувства. Вызывайте медиков, все равно помочь вы не сможете, только навредить.
— Та шо, она помереть может? — округлил глаза Карась. — Прям ваще?
Сглотнув вязкую слюну, я кивнул.
— Да. Вы должны понимать, что это — не веселое приключение, а ответственное задание.
Одноклассники смолкли и запереглядывались.
— Еще раз напоминаю: не трогать Инну. Вызвать профессионалов и оставаться рядом.
Ввалился директор, положил на учительский стол пыльный мешок, кое-где проеденный мышами, разрезал веревку, и из мешка, будто потроха, вывалилась красная ткань. Дрэк принялся раздавать флаги, какие-то дырявые, какие-то — с золотистыми кисточками.
Двух знамен не хватило, я забрал один у Барика и отдал Гаечке.
— Все равно вас никому не видно, как и нас с Ильей. Поэтому, парни, — я посмотрел на Кабанова и Памфилова, — если что-то выяснится, уж доберитесь к нам и расскажите — вы к нам будете ближе всех.
— Сигналка есть одна, — сказал дрэк. — Кажется, ее разумно отдать сигнальному.
Карась аж зааплодировал себе — впервые в жизни он не на подтанцовках или в роли декорации, а ему доверили что-то ответственное.
— По позициям, — скомандовал я. — Или есть вопросы?
Все замотали головами и начали расходиться, беспомощно оглядываясь на меня. И я понял, чего не сделал, объявил:
— Памфилов, Гайчук, Чабанов, Райко, Борецкий, Фадеева — главные в парах.
Мажорик не ожидал, что его так легко примут обратно в стаю и раздулся от гордости, теперь он под каждый камень заглянет, землю рыть будет.
— Расходимся, — скомандовал я.
— Удачи, ребята, — сказал директор.
Наверное, теперь мы у него будем самым любимым классом. Вот так, и задницы лизать не надо, чтобы ладить с людьми.