Лаберилльская Пудра (СИ)
Убыстрив движения, входя до конца и почти выходя, вызывая протестующие всхлипы пары, закинув руки Аталины за голову, сжал их одной своей рукой. Другой же поглаживая влажный клитор, чувствовал, как течёт его девочка. Как стонет, честно и неподдельно. Не закрывая глаз она смотрела на него… Восторженно? Да ладно…
Это возбуждало. Возбуждал и её взгляд, и её движения навстречу, и её желание и готовность принять его. Не выпуская когтей, тронул рукой грудь. Прикосновение оставило слабый след на коже: розовый и быстро проходящий.
— Ещё!!! — крикнула Аталь — Рэндар, ещё! Быстрее…
Не хотел он быстрее… Ему было мало, хотелось любить её дольше. Но раз она просит…
— Маленький мой… — выдохнув ей в плечо, слегка прикусил зубами кожу — Чего же ты так… торопишься?
Внутри она была уже горячая, как раскалённая печь. Хрупкое тело сотрясала дрожь. Аталина сдавила ногами его поясницу, по розовым от поцелуев щекам покатились крупные слёзы…
Не в силах больше выносить сладкую пытку, девушка застонала.
— Кончай, девочка моя… Вот так…
Она закричала ему в грудь, опаляя криком кожу и слух. Лаская диким, животным воем звериное начало, отбрасывая назад пластик современных наработок. Возвращая себя и своего самца к истокам, к влажным тропам смутного естества…
Выгнувшись, прокатив крепкие мышцы под нежной кожей, вонзила ногти в бронь плеч, рассыпала пряди волос по подушкам и теням деревьев, ведомых сильным ветром…
— РЭНДАР!!!
Резкий крик слился с раскатом грома, гроза пришла, наконец… Жадная и новорожденная.
— Аталина, девочка…
Она разметалась по постели, переводя дыхание.
— У меня сердце зашлось… Что это было, Рэндар?
— Принятие.
— Что это? — Аталь попыталась высвободиться, но остановилась, передумав.
Поняла, что нравится ей эта его каменная тяжесть. Придавленная броней, телом своего мужчины, женщина чувствовала себя в безопасности.
— Ты приняла меня. — он провёл пальцами по полосатому от ветреных теней лицу — Ты моя пара. Я думаю, пришло время представить тебя Семье.
— Стае? — хихикнула Аталина.
Корделл кивнул:
— Если хочешь, то да. Стае. Что смешного ты нашла в этом?
Девушка заворочалась под ним:
— Выпустите меня…
— Называй меня на " ты", хорошо?
— Хорошо.
Аталина спустила ноги на пол.
В ванной, подставив разгоряченное тело под тугие струи воды, ловила вразнобой скачущие мысли:
" Стая… Звери. Звери же, плотояды… Убийцы. Хотя, как сказать… Просто хищники. Люди убивают ради забавы. Мутанты вот тоже… А Хорсетты и нэйды — чтобы жить. Как — то так… "
Как — то так, Аталина Баррет.
Глава 16
Рэндар остановил лайр напротив входа в дом Хорсеттов. Здание было странным. Оно чем то напоминало и его особняк в окрестностях Ронгора, и Дом Наблюдателей на Белых Горах. Первые два этажа были стеклянными, из — за плотных, аккуратно убранных штор лился неяркий матовый свет. Три следующих этажа — забранных камнем — утопали во мраке и выглядели нежилыми. Крыша была точной копией крыши Священного Дома в Белых Горах.
Аккуратный небольшой парк, светильники и скамейки. Высокий кованый забор. Раздвижные тяжёлые ворота.
— Боишься? — он посмотрел на Аталину, отмечая про себя то, как девушка нервничает и суетится — Перестань. Все пройдёт хорошо, я знаю.
Аталь поморщилась, щёлкнула замком сумки, доставая круглое зеркальце:
— Идиотская причёска. — сказала она, трогая волосы, уложенные непривычно аккуратно, скреплённые золотыми заколками, перевитые бусинами и тонкими нитями — Бабкин зачёс. Парикмахер идиот! Я выгляжу сейчас лет на сто, не меньше… И задница чешется от этого платья!
Оборотень расхохотался.
— А ты бы хотела что? Драный свитер, штаны и клинок на креплении?
Корделл утёр слезы, выступившие от смеха. Аталина фыркнула:
— Ты сам вот попробуй все это напялить и походить так… Ненавижу такие платья! Жёсткое, как шкура…
Он вылез из лайра и, обогнув его, открыл дверцу.
— Давай, выходи. Не ворчи. Ты выглядишь прекрасно! Как женщина, по крайней мере.
Она вышла, опираясь на руку Рэндара. Пока купол лайра медленно опускался, Корделл смотрел на Аталину. Она не отследила взгляд, занятая созерцанием тёмного вечернего парка и дома. Взгляд — хищный, замутнённый первобытным желанием, скользнул по стройному телу, затянутому в серебристую жёсткую ткань, по худеньким ногам, по чуть обнаженным плечам и спине. Платье было скромным, приталенным, без откровенных вырезов и громадного модного декольте. Оно скрывало все, но именно этим тааак будило фантазию…
Купол лайра отрывисто щёлкнул, входя в пазы и Рэндар вздрогнул, возвращаясь в реальность.
— Пойдем. — он положил руку на талию Аталины, борясь с искушением опустить ладонь ниже…
Какую ладонь… Сейчас ему хотелось содрать с девчонки праздничное одеяние и оттрахать её прямо здесь. На этой тёплой траве, прямо перед парадным входом в долбаное родовое поместье.
— Ничего домина… — буркнула Аталь — На пятьдесят семей хватит! Сколько тут ваших живёт?
— Старшие*** особи. Четверо. Три семьи приехало. И все ради тебя! Представляешь, Аталина, какого ты навела шороху?
Девушка попыталась стряхнуть его руку:
— Вот сейчас и будут они пялиться на меня, словно я дрессированная зверушка на ярмарке… Зря это все. А вдруг у нас ничего не выйдет, Рэндар?
— Выйдет. Уже выходит. Или… Все — таки нет?
Он рывком развернул её к себе. В вечернем свете невозможно было увидеть её глаза. Но только не для него…
— Аталина, послушай меня. Я хочу, чтоб ты осталась со мной. Очень хочу. Ты мне подходишь. Теперь осталось сделать так, чтоб и я тебе подошёл. Не на срок договора, а навсегда. Ты вот говоришь — не любишь… Знаешь, а ведь любовь не является твёрдой гарантией долгих отношений!
Он перевёл дыхание и посмотрел в сторону дома. Дверь отворилась и мягкий, уютный свет залил лужайку.
— Пойдем. — сказал Рэндар — Нас ждут.
Аталина ожидала чего угодно. Высокомерных, холодных улыбок, надменности, насмешек, откровенного презрения или, наоборот, показного радушия и гостеприимства. К этому она была готова. Готова девушка была так же и к тому, что ей укажут на дверь.
Но, когда она шагнула в залитую тёплым светом гостиную дома Хорсеттов и попала прямо в центр доброжелательных взглядов, горячих рукопожатий и даже робких объятий сестры Рэндара и её матери, Аталь растерялась…
— Добро пожаловать, Аталина. — это было сказано спокойным, мягким тоном — Проходите, давно ждём вас…