Деревенщина в Пекине 3 (СИ)

— Стоп! — неожиданно окликает её Лян Вэй. Все присутствующие поворачиваются к нему. — Давайте не будем спешить расходиться. Господин Ван, наши договорённости минуту назад ещё были действительными. Извините, но произошли изменения. — он многозначительно указывает глазами на Ван Япин и её бойфренда.
Мажорка в бессильной злобе сжимает кулаки и сверлит Лян Вэя полным ненависти взглядом. Как он посмел войти в доверие к её отцу и заслужить его расположение? В её голове не укладывается, откуда у этого деревенского выскочки столько наглости и самоуверенности. Хоу Ган задумчиво хмурит брови.
  
— Конечно, я вас слушаю, — отвечает Ван Мин Тао с искренним интересом глядя на собеседника.
— Позвольте прояснить ситуацию. Вот ваша родная дочь и её парень, — он указывает в сторону пары. — Мы с ним, мягко говоря, не приятели. Вы знаете, кто я — простой деревенский парень, тракторист третьего разряда, получивший права в свои семнадцать. А он, — Вэй кивает на Хоу Гана, — большая шишка в Пекине, запросто открывающий двери ногой в министерства обороны и внутренних дел, в академию. Я отдаю себе отчёт, что сейчас он намного выше меня по статусу. Между нами вражда и я почти уверен, что он будет мне мстить.
Лян Вэй делает паузу, подбирая верные слова. Обвинять Хоу Гана и тем более раскрывать детали своего разговора с Ван Мин Тао не вариант. Он благодарен бизнесмену за предупреждение и отвечать на добро подставой точно не собирается.
— Простите, до этого момента я как-то упускал этот нюанс из виду, — продолжает юноша, глядя Вану прямо в глаза. — Не думал, что мы прямо так столкнёмся. Когда он начнёт мне мстить, это может очень негативно отразиться на нашем совместном проекте. Ведь неизвестно, каких исполнителей из каких служб он привлечёт, как простимулирует финансово. Но я уверен, что это коснётся нашего дела.
— Что ж, ваши опасения имеют под собой веские основания, — цедит бизнесмен, бросая на дочь с кавалером холодный пронизывающий взгляд. — Предоставьте улаживание этого вопроса мне.
Хоу Ган порывается что-то ответить, но Ван Япин проворно зажимает его рот ладонью.
— Можешь считать, что этот вопрос уже улажен, — вклинивается в разговор дочь, сверля взглядом Лян Вэя. — Считай, что для серьёзных поползновений я тебя забыла. Я очень люблю папу. Да, меня возмущает, что у вас есть какие-то общие дела. Но, так уж и быть, выражу ему своё почтение. Однако имей в виду: в университете мы по-прежнему заклятые враги. Обычное дело для конкурирующих студентов, ничего личного. На ближайшие пять лет объявляю перемирие. Даю слово.
Договорив, Ван Япин со всей силы заезжает локтем бойфренду по рёбрам. Тот лишь молча кивает, всем своим видом демонстрируя согласие с её словами. Но это только для вида, на самом же деле Хоу Ган мысленно просчитывает следующие шаги в отношении Лян Вэя. Полицию и подставы придётся отложить, но есть масса других способов насолить деревенщине. Дело чести, тем более после того, как этот деревенщина посмел его очернить в глазах будущего тестя.
— Кто знает программу на три года вперёд, тому угрозы преподавателей не сильно страшны, — снисходительно отвечает Лян Вэй.
— Что ж, надеюсь, этот неприятный инцидент исчерпан, — сухо резюмирует Ван Мин Тао.
Он достаёт телефон и набирает короткое сообщение. Через пару минут к ним из общего ряда машин на стоянке подъезжает автомобиль.
— Спасибо, что уделили мне время. Водитель отвезёт вас обратно, — Ван Мин Тао учтиво кивает паре.
Парочка забирается в машину, которая плавно трогается с места и вскоре скрывается из виду.
— А вы двое — за мной, — командует бизнесмен дочери и её жениху, решительно шагая к лифту.
Хоу Ган обеспокоенно переглядывается с Ван Япин. Сейчас их определённо ждёт очень неприятный разговор
Едва двери лифта смыкаются за их спинами, как Ван Япин начинает:
— Пап, зачем тебе иметь какие-то дела с этим деревенским отбро…
Ван Мин Тао пронзает её таким суровым взглядом, что девушка прикусывает язык на полуслове.
— Я действую исключительно в интересах семьи, — сухо отрезает он.
— Нет! В своих ты действуешь интересах! На меня и мои потребности тебе всегда плевать! — вопит Ван Япин почти плача. — Папа, ну какой же ты эгоист!
Эти слова больно жалят Ван Мин Тао, но виду он не подаёт. Да, Япин порой так инфантильна, не видит дальше собственного носа… Но посвящать её в свои планы, разжёвывать все нюансы попросту бессмысленно, это только навредит ей же. Поэтому он отвечает коротко, но веско:
— В моём возрасте эгоизм — непозволительная роскошь. Поверь, я делаю всё исключительно для блага своего ребёнка и будущих внуков. Очень надеюсь, что однажды ты это поймёшь и оценишь.
Дочь понуро опускает голову. Бесполезно препираться с упёртым как скала отцом. Это его только разозлит. И что он только нашёл в этом Лян Вэе? Явный проходимец, мечтающий поживиться за счёт их семьи, не более того. Проку с него, как с козла молока.
— Папа, мы с Ганом хотим пожениться, — вдруг выпаливает она.
В этот момент лифт мягко останавливается, и створки дверей бесшумно разъезжаются. Ван Мин Тао застывает с ногой на пороге.
— Неожиданно, — цедит он спустя пару секунд и шагает в сторону апартаментов.
Хоу Ган и Ван Япин ошарашенно переглядываются и следуют за главой семьи. Оказавшись в гостиной, жених почтительно обращается к будущему тестю:
— Господин Ван, позвольте спросить — означает ли это, что вы даёте своё родительское согласие?
— А разве оно необходимо согласно букве закона? — вскидывает бровь отец невесты.
— Нет, но в моей семье чтут традиции, — с волнением отвечает Хоу. — Без вашего одобрения мой отец ни за что не допустит этого брака.
— По вполне понятным причинам, — усмехается Ван, проходя на кухню.
Бизнесмен прекрасно понимает, что ни один здравомыслящий отец не позволит сыну жениться на девушке, за спиной которой не стоят ни связи, ни капиталы её семьи. Брак в их кругах — это прежде всего стратегический альянс. И если смотреть на эту партию исключительно с точки зрения выгоды, то семья Хоу в лице сына вполне способна при необходимости позаботиться о Япин как положено. Под присмотром надёжного мужа его дочь будет в безопасности, главное успеть всё сделать до того, как начнутся проблемы.
— Папа, ну так что? — нетерпеливо вопрошает Ван Япин уже в спину отцу.
— Поднимись в свою комнату, — холодно бросает Ван Мин Тао, не оборачиваясь и направляясь в сторону бара. — Мне нужно кое-что обсудить с Хоу Ганом наедине.
Девушка еле слышно фыркает, но всё же подчиняется и, гордо вскинув подбородок, поднимается на второй этаж.
Бизнесмен молча достаёт два стакана, ставит их на мраморную барную стойку и плавным движением откупоривает графин с янтарным виски пятидесятилетней выдержки.
— Итак, раз уж ты собрался взять в жёны мою дочь, просвети меня — каковы, по-твоему, основные обязанности мужчины в семье? — интересуется он, наполняя стаканы ароматным напитком.
— Прежде всего — быть основным добытчиком и кормильцем. Обеспечить жильём, нести ответственность за благосостояние собственных родителей и родителей жены… — загибая пальцы озвучивает Хоу.
— А ещё? — Ван Мин Тао легким жестом подвигает один из стаканов к собеседнику.
— Оплачивать образование детей, принимать ключевые решения, от которых зависит будущее семьи… — продолжает парень, пригубив виски.
— Это верно. Но главное — что обязан делать глава семьи?
Хоу задумчиво хмурит брови.
— Поддерживать статус и достоинство своей семьи в обществе, представлять её интересы перед другими. Брать на себя принятие ключевых решений, заботиться о благополучии семьи.
  
— Заботиться о благополучии семьи… — задумчиво повторяет Ван Мин Тао, внимательно вглядываясь в лицо собеседника. — Послушай, я хочу, чтобы мой будущий зять защищал Япин. В том числе и от неё самой. Она ещё так юна, неопытна, руководствуется эмоциями, а не разумом. А это чревато. Я не вечен, не всегда смогу быть рядом, направлять её, оберегать. И если понадобится — решать проблемы, которые она сама же и создаст.