Стикс (ЛП)

— Черт, — шепчет он после этого и быстро отворачивается. Он хватает меня за руку и ведет к своему байку. — Поехали.
Я пытаюсь сосредоточиться на том, что буду сидеть позади него на мотоцикле и обнимать его за талию, но все мои мысли лишь о слове люблю, которое он только что произнес. Даже если он не имел в виду я тебя люблю.
Мое сердце бешено колотится, а во всем теле я ощущаю слабость.
Этот человек значит для меня гораздо больше, чем я предполагала. Он забрал мое сердце. И я очень надеюсь, что он не вырвет его из моей груди.
Мы приближаемся к дому его родителей, все его тело напрягается, смотря на пустую подъездную дорожку.
— Все в порядке? — спрашиваю ему на ухо. — Здесь есть кто-нибудь?
Он заглушает двигатель, но не делает ни одного движения, чтобы слезть с байка.
— Да, моя мама здесь. А отца — нет.
Я улыбаюсь и растираю его плечи.
— Это ведь хорошо, да? Может, он пропустит ужин, и тебе не придется…
— Это не очень хорошо, — рычит он, помогая мне слезть с байка. — Поверь мне. Это далеко не хорошо.
Взяв меня за руку, он быстро целует меня в губы, а затем ведет к дому и толкает входную дверью
— Мы пришли, мам.
Красивая женщина примерно моего роста выбегает из кухни, торопливо убирая с лица светлые волосы и закалывая их назад.
— О. Боже.
Она останавливается передо мной и оглядывает меня, затем берет меня за руку, выхватывая ее у Стикса.
— Мидоу прекрасна. — Я нервно посмеиваюсь, а она разворачивает меня и обнимает. — Ты идеально подходишь моему сыну. Только подумай о прекрасных малышах, что у вас получатся.
— Серьезно? — смущенно говорит Стикс. — Давай не будем пока говорить о детях, потому что она со мной всего лишь месяц. Черт, мам.
— Значит, вы встречаетесь? — спрашивает она с таким видом, словно добыла информацию намного проще, чем ожидала. Она обнимает меня и шепчет с улыбкой: — Ты — первая женщина, которую он когда-либо назвал своей. Ты для него особенная, и это делает тебя особенной для меня.
— Ладно. Ладно. Постарайся не спугнуть Мидоу до того, как она доберется до обеденного стола. А теперь, где Фрэнк?
Его мама улыбается еще шире и целует его в лоб.
— Люблю тебя, малыш, — говорит она, игнорируя его вопрос. — А теперь пойдем и поедим.
Стикс берет меня за руку, а его мама спешит вернуться на кухню, чтобы избежать дальнейших расспросов об его отце.
— Моя мама немного волнуется по поводу сегодняшнего вечера. Поэтому, не обращай внимания на то, что она говорит. Она не привыкла, чтобы я приводил с собой женщин.
Я улыбаюсь и сжимаю его руку, радуясь этому опыту.
— Она мне нравится. Очень милая. Мне нравится, что она взволнована, так что давай попробуем забыть о твоем отце и насладимся временем с ней. Мне хочется, чтобы она была счастлива. Я хочу, чтобы вы вдвоем улыбались сегодня вечером.
Быстро целую его и направляюсь на кухню, чтобы помочь его матери.
Вскоре, Стикс идет за мной. Он направляется к шкафу с посудой, чтобы накрыть на стол.
— Мидоу, милая, — она поворачивается и смотрит на меня, одновременно запихивая в рот кусок мяса от гамбургера. — Не могла бы ты достать сыр с нижней полки холодильника? Я забыла его вытащить. После этого все будет готово!
— Без проблем, — говорю я, отвечая ей с улыбкой. — Спасибо, что пригласили меня на ужин. Здесь восхитительно пахнет.
Она смеется.
— Я училась у своего сына. Я была таким себе поваром, когда он был маленьким, и вся моя еда была безвкусной.
Улавливаю смех Стикса, который заканчивает накрывать на стол.
— Это правда. Я неделями пропускал ужин, только чтобы не есть ее стряпню.
— Эй! — Его мать запускает в него тортильей от тако. — Это не правда! Ты говоришь так, будто я кормила тебя собачьими консервами в детстве, — подмигивает она. — Это была кошачья еда.
Мы садимся готовить наши тако и я не могу сдержать свой смех.
Я определенно вижу от кого у Стикса такой характер.
После ужина мы проводим еще час поедая закуски, играя в карты, а также слушая истории из подросткового периода Стикса.
Улыбка не сходит с наших лиц с тех пор, как мы сели за стол. И, должна признаться, это лучший ужин, который у меня был с тех пор, как я была ребенком.
Я уже забыла, как это — иметь семью. Рада, что Стикс не один, и что у него есть возможность проживать эти моменты.
Есть только одна вещь, которая беспокоит меня.
Каждые несколько минут я наблюдаю, как Стикс смотрит в сторону гостиной с озабоченным выражением лица, будто ожидая, что отец может появиться в любую минуту.
Хотела бы я знать, как убрать его беспокойство. Но я не знаю, и меня это раздражает…
  
Глава 20
 
Стикс
Я ИЗО ВСЕХ СИЛ СТАРАЮСЬ наслаждаться вечером с двумя самыми важными людьми в моей жизни, но не могу перестать думать об этом мудаке и о том, когда он, наконец, появится и все испортит.
Он должен заявиться с минуты на минуту. Я чувствую это всем телом и приложу максимум усилий, чтобы защитить их обеих от него. Эта ночь вряд ли закончится хорошо, и мне не нравится, что я поставил Мидоу в такое положение.
Я пристально вглядываюсь. Жду…
Ну, давай, ублюдок, покончим уже с этим.
— Стикс! — Мама, смеясь, бросает в меня картой, пытаясь привлечь мое внимание. Это, наверное, уже раз пятый, когда ей во время игры приходится одергивать меня. Я изо всех сил стараюсь не отвлекаться сейчас, но не могу. Черт, как же сложно сосредоточиться. — Снова твой ход. Давай! Не заставляй своих дам ждать весь вечер. Это грубо.
— Простите. Я просто хотел… — Я отвожу взгляд от гостиной и готовлюсь сделать свой ход, когда входная дверь распахивается. Все за столом подпрыгивают от удивления. Включая меня, и я ненавижу свое тело за такую реакцию.
Я и так провел все детство, боясь этого человека, но с меня хватит. Никогда больше не доставлю ему удовольствия видеть в моих глазах страх. Я скорее умру, нежели позволю этому произойти.
— Ох, черт, — шепотом говорит моя мать, в панике сдвигая все карты в кучу.
Мидоу, должно быть, замечает ее беспокойство, потому что вскакивает и тоже принимается собирать карты, не задавая лишних вопросов.
— Давайте я помогу вам. — Ее руки дрожат, она дотягивается до рук моей матери и накрывает их своими.
— Я сама. Все в порядке.
Встав, разминаю шею, наблюдая, как пьяный ублюдок входит на кухню и останавливается.
Ну конечно, делай вид, будто ты не знал, что мы будем здесь. Тебе нужен этот спектакль, чтобы появился повод для злости.
Не сводя с него глаз, наблюдаю, как он допивает остатки пива и бросает пустую бутылку в раковину.
— Что за дерьмо тут происходит, Лили? — Он хватается за раковину, а после ударяет рукой по столешнице. Затем разворачивается лицом к нам. — Ты не сказала, что у нас будут гости. Я обязательно пришел бы домой сразу после работы.
Моя мама переводит взгляд с Мидоу на меня и виновато качает головой.
— Я говорила тебе вчера, помнишь? Еще собиралась за продуктами для тако…
— Черт тебя побери, — кричит он, поднимая ближайшую к нему вещь и швыряя ее через всю комнату. Его взгляд падает на карты, которые Мидоу запихивает в коробку, и я вижу, как сжимается его челюсть. — Ты, блядь, играешь в карты без меня, Лили? Иди-ка сюда. Сейчас же.
— Пошел ты, — рычу я, закрывая свою мать от его взгляда. Он не доживет до момента, когда сможет снова причинить ей боль. Пускай сделает хоть одно движение, чтобы прикоснуться к ней. — Она не обязана подходить к тебе. Никогда больше не разговаривай с ней так. Лучше тебе уйти.
— Мне лучше уйти? — Он пальцем указывает себе на грудь и заливается смехом, как всегда и делал. С таким видом, будто он неприкасаемый. Теперь уже нет. — Это мой дом. Я оплачиваю счета. Никто не указывает мне, что я могу делать в собственном доме. Даже твоя стерва-мать.