Черно-белая любовь (СИ)

— Спасибо Абла! Ты моя спасительница! — обнимаю я женщину.
— Молодой господин…почему вы тут? — замечает она малыша за моей спиной.
— Мама…кто это..? — тянет он меня за край футболки и я сажу его на колени.
— Это мамина спасительница, она лечит раны твоей мамы, что бы мне скорее стало лучше. — улыбаюсь я солнышке.
— Если вы нлавитесь маме, тогда Альпу тоже нлавитесь! — выдаёт он и наконец расслабляется, начиная улыбаться.
— Что тут происходит? — шепчет мне потеряно женщина.
— Позже Абла. — говорю и сажу малыша вновь на диван, где он продолжает рисовать.
— Ну расскажи же мне, как съездила? Как тебя встретили? — интересуюсь у сестры и она начинает рассказывать о том, как удивлены ее родные были ее приезду.
— Ну я рада, что ты хорошо отдохнула, абла. — сжимаю я ее ладонь.
— Альп, пора заниматься. — заносит Адам учебники и малыш лениво следует за ним к маленькой доске, что поставили сегодня в моей комнате.
— Теперь расскажешь, что произошло? — не терпится женщине и я пододвигаюсь к ней ближе.
Я в деталях говорю о событиях минувших дней и Гизем абла с открытым ртом смотрит то на меня, то на Альпа.
— Хотя меня и наняли сюда недавно и только для твоего лечения, но я многому наслышана об этом малыше. — начинает она шептать. — Я слышала, что мама его умерла, когда ему было несколько месяцев от роду. — мое дыхание замирает и мурашки проходятся по телу. — Он был немногословен, ходячий робот, но сейчас я вижу совсем иную картину…а вот мама его умерла при загадочных обстоятельствах, но рабочие тут говорят, что ее убили.
— Я догадывалась, что с его мамой могло что-то произойти, но то, что она умерла…я не думала. — начинаю я заикаться и мне от всего сердца становится жаль малыша.
— Ты уверена, что хочешь остаться тут? Я переживаю за тебя, вдруг они и тебе что-то сделают? Это ведь не простые люди. — остерегается она, но я уверенно киваю.
— Я тебе уже рассказывала абла, что если я выйду отсюда, то точно в живых не останусь, здесь даже безопасней. — женщина заметно поникла и опустила голову.
— Что же за судьба у тебя такая..- осипшим голосом говорит. — Как тебе станет лучше, я уеду отсюда и места себе найти не смогу, переживая, как ты тут. — протяжно выдыхает она, ну вот, в глазах моих вновь слёзы.
— Абла! — обнимаю я крепко женщину. — Все со мной будет хорошо! И как только я выберусь отсюда, я первым же делом навещу тебя! — пытаюсь я ее утешить, да и себя тоже.
— Несмотря ни на что, я знаю, что ты очень сильная. И двери моего дома всегда будут открыты для тебя, не забывай. — нежно шепчет она и я крепче обнимаю ее. Эта женщина стала такой родной за эти месяцы, я и представить себе не могла, что так привяжусь.
Гизем абла уходит распаковывать вещи и Альп как раз подбегает ко мне, мы принимаемся кушать торт, угощая и Адама, после чего начинаем играть.
Ближе к ночи Адам с Альпом выходят, что бы абла осмотрела меня и помогла с перевязкой.
— Совсем не заботилась о себе! Ты посмотри, как опухло! — ругает она меня, разглядывая опухшую и пульсирующую ногу. Я виновато улыбаюсь.
— Столько свалилось за пару дней, я была неаккуратна, прости. — протяжно вздыхаю и охаю от боли, когда абла проводит пальцами по ноге.
Она злится и молча обрабатывает раны, и словно по волшебству ее рук, нога перестаёт так сильно ныть.
Я перевожу тему, что бы абла перестала злиться и постепенно ее брови разглаживаются, лицо приобретает обычный вид. Так то лучше.
Через пару дней нам привозят одежду и мы с малышом начинаем тут же все мерить.
Мы устраиваем небольшой модный приговор, выходя из примерочной и демонстрируя Адаму и Гизем абле наши пареные костюмы с Альпом.
— Мама!! Как же класиво!! — в восторге визжит малыш и я начинаю хохотать.
— Мне тоже нравится! Теперь мы будем очень модными!! — беру я малыша на руки и абла начинает хлопать.
— Действительно выглядите супер! Молодой господин, вы словно принц! — тискает она щеки малыша. И я замечаю как Адам достаёт телефон, начиная щёлкать Альпа.
— Молодой господин, посмотрите сюда. — зовёт его Адам и малыш начинает позировать. Божечки, что за ангелочек. Без него этот дом был бы таким мрачным.
 
— Ты помнишь, чему я тебя учила? — идём мы на встречу с Хакан беем и я подготавливаю Альпа.
— Помню! Я сплавлюсь! — уверенно говорит и тут же бежит к отцу на руки. На лице его мрак, я сглатываю ком в горле.
— Папа! Мне так нлавится новая одежда! Мама купила ее нам, только ты не злись холошо! Альп так счастлив!! — начинает он улыбаться во все зубы и Хакан бей заметно расслабляется. Хуххххх! Сработало! Надо было раньше действовать через малыша, ему то он ни в чем не откажет.
— Хорошо, главное, что тебе нравится! — целует он сына в макушку и больше не говорит и слова.
А я ликую в душе, я смогла усмирить тигра! Мне должны премию за такое дать!
****
И так проходит ещё месяц. Мы с Альпом становимся словно одним целым, уже и я не могла и шагу без него сделать. Я понимала, как привязываюсь к малышу и как больно мне будет его отпускать, когда это все закончится. И смогу ли я вообще это пережить? Я не знала. Неизвестность о будущем убивала.
Гизем абла тоже уехала, и я лишилась собеседника, друга и сестры. Но мне стало лучше, я спокойно передвигалась сама и поэтому ее работа на этом закончилась, держать рядом я ее тоже не могла, ее ждала семья. Прощание с ней было долгим и мы много плакали. Абла дала мне записку с ее данными и номером и просила по возможности звонить. Не знаю получится ли, но я постараюсь связаться с ней. Кого бы я ни встречала в жизни, люди всегда были жестоки ко мне и относились как к мусору, но не она. женщина буквально стала мне родным человеком, и если бы не Альп, я бы уже сошла с ума. Только он смог меня отвлечь и заполнить пустоту от потери сестры своими объятиями.
— Мама, тебе уже лучше? — спрашивает малыш и я ему киваю. — Тогда я покажу тебе свою комнату! — улыбается он и тянет меня на второй этаж.
Как оказалось его комната была напротив комнаты его отца.
Живу здесь уже третий месяц, а до сих пор не знаю и половины дома..
— Воть! — открывает малыш дверь, но я не замечаю ничего красочного в ней. Она была оформлена как и все другие комнаты, чёрно-белый стиль, с оттенками серого. Вот только игрушки, разбросанные по комнате говорили о том, что здесь живет ребёнок.
— Сколько у тебя игрушек! — сажусь я с малышом за столик и он начинает показывать мне все свое добро, переходя к рисункам.
Последнее особенно меня интересует. Я осторожно беру у него листы и вижу на них везде Хакан бея и Альпа. Рисунки все были бесцветные, только те, которые он рисовал со мной, были полны красок. Глаза зацепили три рисунка, где Хакан бей говорит с кем-то по телефону за оградой, а малыш грустно смотрит в окно. Как для человека, что разбирается в искусстве, я могу понять, что он испытывал в тот момент. Мой нежный мальчик..
На последних рисунках стала появляться и я, рисунки обрели куда приятный смысл. Но вот ему бы почаще бывать с отцом… их встречи такие редкие, разве малышу хватает видеться лишь рано утром и за ужином вечером?
— Мама, ты тоже лисовала вчера! Покажешь? — тычет он в мой блокнот и я тянусь к нему.
— Конечно. — протягиваю я рисунок малыша и он в восторге начинает пищать.
— Это же я!! Мама, как ты класиво лисуешь!! Я тоже так хочу!! — начинает он прыгать, а я улыбаюсь до ушей.
— Мама тебя научит! У тебя и сейчас неплохо получается! — целую я его в лоб.
Я так давно не рисовала, и лишь на днях я вновь взялась за карандаш. Малыш цеплял мой глаз и поэтому я его нарисовала.
— Мама, налисуешь ещё? — смотрит он на меня своими неземными глазами и я киваю.
— Конечно. Для тебя я буду хоть каждый день рисовать! — я оглядываюсь и замечаю белую стену. Такая большая и такая манящая что-то на ней изобразить… лампочка срабатывает в голове.
— А давай мы нарисуем картину на стене, что думаешь? — его изумруды начинают светиться.