Тени исчезают в Раю (СИ)

– Мистер Вальтер, – раздался голос за спиной, и Алекс обнаружил, что пока он пялился китиарке на очертания нижних «девяносто», к ним подошел худощавый молодой человек. Для инструктора его появление тоже оказалось полной неожиданностью.
– Я только провожу, – одними губами сказал ему Коллингейм, изображая идиота, на которого свалилось нежданное счастье, и он теперь не знает, что с ним делать.
Чет невнятно пожал плечами. Детектив решил считать это типа разрешением проводить типа его девушку и пошел хвостиком за китиаркой.
– Ты с ним кокетничаешь, – прошипел Алекс, когда они отошли достаточно далеко.
– Ты что, ревнуешь? – фыркнула Роул с легкой усмешкой, и Коллингейм вдруг вспомнил сцену в исследовательском центре на Атоване, когда эту фразу произносил он.
– Да, ревную. А что я, по-твоему, должен от радости в ладоши хлопать?
Конечно, он тогда повелся на Данаю, как озабоченный придурок. Собственно, он и был на тот момент озабоченным придурком, и виновата в этом была Роул, если уж вдуматься. Но Коллингейм хотя бы не играл.
Тайни бросила на него короткий нечитаемый взгляд.
– Алекс, до отеля не так далеко, а ты же наверняка подошел не просто так, – констатировала она всё тем же нейтральным тоном.
– Я хотел сказать, что Лола, скорее всего, занималась с Четом. Девушка слово в слово повторила его присказку про доску. Может, это выражение здесь все подряд используют…
Роул пожала плечами:
– Не знаю. Я не очень плотно общалась с другими инструкторами, но попрошу у Себа поинтересоваться у местных сёрфингистов, чтобы проверить гипотезу.
Она задумалась.
– Тай, я еще хотел спросить. А не могут девушек воровать для здешних гаремов? Подожди, сейчас поясню, что у меня не стыкуется, – остановил он кириарку, которая уже стала открывать рот, чтобы ответить. Ему самому нужно было поймать ускользающую мысль. – Вот смотри. Саманта говорила, что местные богачи в гаремы берут только аборигенок, потому что «неверных» они не могут даже касаться. А если пропавших девушек заставляют принять новую религию?
– Алекс, всё не так просто, – ответила Роул неторопливо. – Иммамианство, которого придерживаются коренные жители Парадиза – это в первую очередь именно вера, а не религия. Главный грех для них – неверие в Творца. Поэтому насильно обратить в иммамианство невозможно. Но даже если на какой-то момент закрыть глаза на суть веры, несмотря на существующее на словах равноправие всех верующих перед Творцом, новообращенные по факту имеют более низкий статус в обществе. Институт наложниц и любовниц здесь не приветствуется и как таковой отсутствует. Только законные жены. Так что вряд ли владельцев гаремов привлекают приезжие девушку. Но, честно говоря, всё, что связано с местными традициями, я знаю чисто теоретически, потому что подобные общества закрыты, и мы знаем о них только то, что они сами хотят о себе рассказать…
– Это всё очень познавательно. Только я не понял: они могут девушек воровать или нет? – уточнил Коллингейм.
– Потенциально любой человек, вне зависимости от религии и места проживания, способен на что угодно.
– То есть ты не знаешь.
– То есть ты просишь меня погадать на кофейной гуще на личность преступника. Если бы я это умела, то гениальным детективом была бы я, а не ты.
– Жаль, – признался Алекс.
– А мне-то как жаль, – глубоко вздохнула Тайни, пробуждая желание шлепнуть ее по хитрой попе идеальной формы.
Порывы ветра гнули пальмы и толкали глупых человечков, решивших поспорить со стихией, к безопасной каменной гавани. Доска и правда неслабо парашютила, прибавляя ускорения. Спереди на Алекса надвигались стены отеля (на самом деле, Алекс надвигался на них, но еще Эйнштейн с Древней Геи доказал, что это не имеет значения), сзади – нагоняли тучи. Редкие тяжелые капли посыпались с неба, когда до дверей отеля Роул оставалось метров двадцать. Они с Тайни вбежали в тот самый холл, где утром детектив пробивал данные о пропавшей ясонянке.
– Спасибо, что помогли, – Тай протянула руки к доске, нейтрально-благожелательным тоном напоминая про роли.
 
– Не за что, – широко улыбнулся Коллингейм и спросил: – Может, поужинаем вместе?
Во-первых, потому что его роль, продемонстрированная здесь ранее, требовала активных действий. А во-вторых, Алекс просто хотел побыть с Роул подольше. Путь от пляжа до отеля, по ощущениям, занял пару минут от силы. Гораздо меньше, чем обычно. Время в жизни детектива обычно летело так, что он оглядываться не успевал. Но рядом с Роул ему словно кто-то моторчик подкручивал до гиперскорости. Фюить! – и пора расставаться.
– Может, в следующий раз, – китиарка ободряюще похлопала его по предплечью.
Нужно просто найти похитителей, и уже никто не помешает им ужинать вместе. И завтракать тоже.
  
Глава 10
 
Алекс по привычке направился в свой отель по улице. А нужно было по крытой галерее, понял он на полпути. Тропический ливень очень способствует промыванию мозгов. И промоканию до нитки. Поэтому перед ужином Коллингейму пришлось подняться в номер, чтобы обсохнуть и переодеться в приличное. Ужин пролетел так же незаметно, как время в пути до отеля. Детектив пытался размышлять над новыми вводными по похищению, но по факту скатывался в воспоминания о том, как целовался с податливой Тай на теплом камне. И где-то за грудиной ёкало не то сладко, не то горько. И этот пряный вкус перебивал ощущения от еды, хотя блюда – осознал Алекс постфактум, – были традиционно хороши. Бокал легкого вина добавил романтичности и без того расплющенному состоянию. В общем, когда детектив запустил продолжение записи знакомства Роул с сёрфером, его переполнял пацифизм. Какой смысл бить морду Чету Элу Вальтеру, если Тайни ему светит только в эротических сновидениях? Разве правильно наказывать человека за фантазии? Конечно, лучше бы он свои фантазии – и конечности – держал при себе. Но Тай училась стоять не доске, и ее камера постоянно опускалась к ее груди и ногам, и Коллингейма развезло окончательно. Ракурс был непривычный, но за неимением лучшего и так неплохо «вставляло». В какой-то момент Алекс осознал, что вообще не понимает, о чем Роул говорит с инструктором. На записи ее голос звучал ниже, и на фоне шума прибоя действовал на детектива, как крутой афродизиак. Душ в сочетании с известными упражнениями для снятия сексуального напряжения вернули Коллингейма в удоборабочее состояние. Он пересмотрел последний отрывок на трезвую голову и убедился, что ничего важного не пропустил. Вальтер сыпал комплиментами, рассказывал о здешних красотах, пользе моря, солнца и здорового питания. В общем, ничем не отличался от рекламного агента туристической фирмы. Ножки Роул были залипательны, и Алекс досмотрел запись до конца, хотя не видел в этом никакого практического смысла.
Запись встречи с Мисимой привлекла гораздо больше внимания. Знакомый дом встретил его привычной тишиной и умиротворенностью. Псевдоджапан был в той же одежде – или в очень похожей. Но Тайни он встречал у порога: когда дверь в комнату для массажа распахнулась, Мисима стоял за ней, опустив руки вдоль туловища. При виде клиентки он открыто улыбнулся и слегка поклонился в приветствии.
– Мисс Хэлли Купер? – уточнил он.
– Мистер Кэндзабуро Мисима-сан? – ответила Роул с более глубоким поклоном.
– Проходите, прошу вас, – с еще одним мягким полупоклоном пригласил массажист и показал рукой в сторону «чайного» столика.
– Благодарю.
Голос Тайни звучал медленнее и глубже. Китиарка и обычно была несуетлива. Но ее поведение оставляло ощущение маски, под которой много чего есть, только это не дано увидеть обычным смертным. Кем бы ни был лже-Мисима-сан, он не был обычным смертным. Рядом с ним Роул была собой. Может, это тоже была маска. Но обычно она скрывалась под парой других, наружных.
Тай опустилась возле столика на пятки и положила руки на колени.
– Чего мисс желает? – полюбопытствовал массажист, будто у него был не массажный салон, а гипермаркет.