Остров Покоя

В тот же день Сян Цзин, мэр острова Радости, покончил жизнь самоубийством дома.
Когда Цзи Ши говорил о Сян Цзине, его глаза наполнились слезами. Когда-то они были хорошими друзьями. Сян Бэй был еще совсем маленьким, Цзи Ши позаботился о похоронах Сян Цзина и оплатил все расходы.
– Дядя Цзи, вы когда-нибудь сомневались в причине самоубийства Сян Цзина? – Шэнь Ко увидел, что Цзи Ши поменялся в лице, и быстро добавил: – Я думаю, что Сян Бэя это не отпускает. Он не верит, что его отец покончил жизнь самоубийством, поэтому мне тоже хотелось бы услышать ваше мнение.
  
Цзи Ши выпил вино из бокала залпом с явной горечью, написанной на его лице:
– После стольких лет немного невежливо обсуждать то, что произошло тогда, но самоубийство мэра Сяна может быть связано с его пренебрежением служебными обязанностями.
– Вы имеете в виду тот факт, что не были приняты меры по предотвращению тайфунов, что привело к гибели некоторых островитян?
– Ходят также слухи, что он злоупотреблял служебным положением и занимался незаконной деятельностью для получения прибыли. Поскольку кто-то сообщил об этом анонимно, он испугался, что об этом станет известно широкой общественности, поэтому решил покончить жизнь самоубийством. Конечно, я не верю ни одному из этих слухов и в моем сердце он всегда будет честным человеком.
– Он покончил жизнь самоубийством в ту же ночь, когда исчез остров Покоя. Как вы думаете, есть ли какая-то связь между этими двумя событиями? – спросил Шэнь Ко, поглаживая подбородок.
– Да, странное совпадение. – Цзи Цзе хлопнула в ладоши и согласилась с предположением Шэнь Ко.
– Ха-ха, у вас, молодые люди, действительно богатое воображение, – улыбнулся Цзи Ши. – Но я мало что помню о смерти мэра Сяна.
– Я никогда раньше не думал об этом, но на этот раз я приехал на остров Радости и почувствовал, что что-то не так.
– О? Скажи мне. – Цзи Ши был очень заинтересован.
Не известно, из-за страданий, которые он перенес в эти дни, или из-за того, что он выпил немного вина, Шэнь Ко начал говорить. Он рассказал Цзи Ши обо всех трагических событиях, которые он пережил за последние несколько дней. Закончив рассказ, он расслабился, и на лице его появился пьяный румянец.
– Если вам понадобится помощь на острове, сразу же обращайтесь ко мне, и я сделаю все возможное, чтобы помочь вам, – пообещал Цзи Ши.
– Тогда позвольте мне поднять еще один тост за вас, дядя Цзи. Я верю, что с вашей помощью мы скоро сможем узнать правду. – Шэнь Ко сменил тему: – Но, дядя Цзи, есть кое-что, в чем мне действительно нужна помощь.
– Говори, в чем дело.
Шэнь Ко достал половину записки, которую нашел в гостевой комнате, и передал ее Цзи Ши.
Мужчина взял записку и застонал от удивления.
– Эта записка только что была спрятана под дверью моей комнаты, – сказал Шэнь Ко.
– В моем доме? – Цзи Ши не поверил.
Шэнь Ко и Цзи Цзе согласно кивнули. Цзи Ши с подозрением взглянул на Шэнь Ко и спросил:
– Ты видел человека, который подсунул записку?
– Я нашел ее, когда открыл дверь, заходя в комнату. За дверью никого не было.
Цзи Ши потер нос и положил записку на стол, не собираясь возвращать ее Шэнь Ко. Край в верхней части записки был очень неровным, кто-то оторвал фирменный бланк, первоначально напечатанный на бумаге. Цзи Ши был хорошо знаком с размером и сортом бумаги. Этой бумагой он пользовался для заметок дома, и она была в каждой комнате. Человек, написавший записку, должно быть, находился в доме, но он не смог определить, чей на ней почерк.
Шэнь Ко был пьян, и у него развязался язык. Говорил, говорил, и его сморил сон. Он просто лег на стол, чувствуя холод от мраморной столешницы на своих щеках, и его веки сомкнулись.
Цзи Цзе и Цзи Ши о чем-то пошептались, и кто-то мощный быстро поднял Шэнь Ко.
– Господин Шэнь, я отведу вас в вашу комнату отдохнуть. – Это был голос секретаря.
Шэнь Ко хотел открыть глаза, но свет падал прямо ему в глаза, поэтому ему пришлось закрыться от света руками. Он продолжал что-то говорить секретарю о Чжао Вэньхае с закрытыми глазами, но тот нетерпеливо отвернулся, чтобы не чувствовать неприятного запаха алкоголя изо рта.
Через несколько секунд после того, как его отправили в кровать, Шэнь Ко погрузился в глубокий сон.
Секретарь вышел, выключил свет и осторожно закрыл дверь.
Услышав звук дверного язычка, врезавшегося в дверной паз, Шэнь Ко открыл глаза. Он совсем не был пьян. Он внимательно прислушался к шагам уходящего секретаря и сел на кровати.
Нащупав в темноте дверь и приложив к ней ухо, чтобы убедиться, что снаружи никого нет, Шэнь Ко нажал на ручку, медленно открыл дверь и вышел в коридор. Внизу все еще горел свет и были слышны звуки шагов и разговоров людей. В это время все должны быть внизу.
Шэнь Ко взялся за перила лестницы и на цыпочках поднялся на третий этаж. В конце была темно-коричневая деревянная дверь. Он нажал на ручку, дверь была не заперта и открылась.
В комнате было очень темно, и Шэнь Ко не осмелился включить свет. Он мог полагаться только на свет своего мобильного телефона, чтобы медленно исследовать и обыскивать комнату. Когда он увидел Фан И из казино в доме Цзи Ши, у Шэнь Ко возникли подозрения. Разговор с Цзи Ши за едой усилил эти подозрения. Цзи Ши говорит о событиях пятнадцатилетней давности так четко и ясно, словно это произошло на прошлой неделе. Если это не имеет для него большого значения, значит, у него сверхчеловеческая память. Шэнь Ко не поверил ему, когда Цзи Ши сказал, что не помнит подробностей смерти Сян Цзина, поэтому решил притвориться пьяным и тайком пробраться в его кабинет, куда вход обычно закрыт.
Хотя Цзи Ши всего лишь бизнесмен, его статус на острове Радости не имеет себе равных, он внес значительный вклад в развитие местного региона реальными деньгами. Можно сказать, что все, что сегодня есть на острове Радости, есть благодаря Цзи Ши. Его влияние на острове можно поставить в один ряд с влиянием мэра.
После того как его глаза привыкли к темноте, Шэнь Ко в тусклом лунном свете рассмотрел планировку всей комнаты. У окна стоял деревянный письменный стол. По текстуре дерева он понял, что дорогой. За письменным столом стоит высокий вращающийся стул. На стене справа от стола висит несколько каллиграфических свитков и картин, монохромное изображение бамбука и исключительной красоты скоропись с печатями – о такой каллиграфии говорят «взлет дракона и пляска феникса». На стене напротив письменного стола висела карта острова Радости. Когда Шэнь Ко подошел ближе, он обнаружил, что на карте нарисован небольшой вопросительный знак, обозначающий точное расположение острова Покоя.
На шкафах у стены стоят различные предметы антиквариата. Рядом с одним из них находится рамка с фотографией Цзи Ши с маленькой Цзи Цзе на руках, они стоят в жаркий летний день на берегу моря. На фотографии Цзи Ши ладонью заслонил Цзи Цзе от солнца, закрыв от камеры половину лица.
На полу рядом со шкафом лежала стопка старинных журналов. Шэнь Ко небрежно пролистал их и нашел среди них потертый порнографический журнал. Подумав, что Цзи Ши так и не женился повторно после потери жены, хотя прошло уже много лет, Шэнь Ко опустился на колени и снова засунул его вниз стопки. Тут он заметил, что конструкция шкафа немного странная. Он надавил пальцами на нижнюю доску – она, казалось, немного расшаталась. Внизу шкафа на самом деле было потайное отделение с черным ящиком внутри.
Ящик выглядел знакомым, но, поскольку в отсеке было слишком темно, чтобы что-то разглядеть, Шэнь Ко решил достать его и рассмотреть. Он неожиданно оказался тяжелым, его пришлось поднимать двумя руками. Ящик сделан из дерева, поверхность не очень гладкая и кажется шероховатой. Когда он открыл крышку, внутри были две круглые белые фарфоровые чаши для го.
Это они!
Это папины чаши для го.
Шэнь Ко коснулся их пальцами: на крышке под белой глазурью были вырезаны легкие плавные линии с изображением дракона, захватившего всю шахматную чашу. Голова дракона с открытой пастью находится на верхней части крышки, а его конечности и когти окружают шахматную коробку. Этот уникальный узор все еще свеж в памяти Шэнь Ко.