Остров Покоя
Он побежал трусцой по дорожке, которая вела из ворот храма Мацзу. Причал расположен на западной стороне острова Покоя. Скалы, выступающие в море, покрыты деревянными досками, а между черными стойками с обеих сторон подвешены железные цепи. В конце деревянного настила швартуется единственная лодка на острове Покоя – «Восходящее солнце». Название ее выбрано дедом, в него входило то же слово «Сюй» – «Восход», как и имя отца. Это была рыбацкая лодка, старая, наверное, как этот пирс. Ее палуба и трюм были покрыты красной ржавчиной, и уже невозможно было определить их первоначальный цвет. Глядя на то, как ее швыряет на волнах, становилось страшно, что в любой момент она может развалиться.
За рулем «Восходящего солнца» был Е Хаолун, который был еще одним жителем острова Покоя, не считая семьи Шэнь Ко из трех человек и дяди Фана. Е Хаолуна можно считать молодым жителем острова Покоя. Он был на двенадцать лет старше Шэнь Ко. Они оба были обезьянами по гороскопу, и в их судьбах есть некоторое загадочное сходство.
Е Хаолун был сиротой. В марте того года, когда он родился, в день выхода в море около сотни рыбацких лодок собрались на острове Покоя и провели грандиозную церемонию поклонения в храме Мацзу. Людей в тот день было много, толпа заполнила всю дорогу от причала к храму Мацзу, и расходиться рыбаки начали только после полудня. Шэнь Сюй начал убирать золу из курильницы, сложил ее в мешок, отнес на дальнюю гору, вырыл яму и глубоко закопал. На полпути он вдруг услышал плач ребенка, пошел на звук и обнаружил, что на сухой траве между двумя камнями лежит голый малыш. Лицо мальчика было мокрым, и он не знал, были ли это слезы или слюна. Он беспокойно дрыгал ногами, кожа на его коленях тоже была содрана, а ткань, которая первоначально прикрывала его, была отброшена в сторону. Шэнь Сюй, подросток, которому в то время было всего семнадцать лет, не знал, что делать с двухмесячным ребенком.
Шэнь Сюй отложил мешок с золой и собрался поднять мальчика с земли. Он приблизился, наклонился и протянул руки, но внезапно вздрогнул и резко отдернул их.
Перед ним предстало уродливое зрелище: верхняя губа мальчика была вывернута наружу с обеих сторон, а посередине виднелась дыра, в которой извивался язык. Позже он узнал, что мальчик родился с врожденным пороком развития полости рта и челюстно-лицевой области, который широко известен как «заячья губа». Возможно, именно из-за этого врожденного порока его бросили на острове Покоя. В то время смотрителем храма Мацзу был еще дедушка Шэнь Ко. Пожалев малыша, он решил оставить его на острове. Человек, бросивший мальчика, не оставил никаких предметов, которые могли бы указать на его личность, был только кусок ткани, прикрывавший его тело, на котором был вышит темный узор в виде дракона. Поэтому дедушка усмотрел в этом намек на легенду о Е-гуне, любителе драконов, и назвал его Е Хаолун, Е – любитель драконов. Он позволил ему поселиться в храме Мацзу и растил как собственного сына. Чтобы отплатить за доброту отцу и сыну семьи Шэнь, Е Хаолун также от всего сердца охранял храм Мацзу. Все ресурсы и материалы на острове Покоя были привозными, их доставляли с острова Радости. Став взрослым, Е Хаолун отвечал за доставку всего необходимого и транспорт между двумя островами.
Для Шэнь Ко Е Хаолун был родным человеком, они вместе ели, работали, жили. Хотя он и не был родом с острова Покоя, он привязался к острову не меньше, чем Шэнь Ко. Он присутствовал на похоронах его деда, свадьбе его отца и матери, поздравлял их с рождением Шэнь Ко. Можно сказать, что Шэнь Ко вырос в лодке, которой управлял Е Хаолун. Шэнь Ко запрыгнул в лодку и крикнул Е Хаолуну:
– Дядя Е, давайте скорее отправимся!
– Сейчас! – Е Хаолун вышел на палубу, держа в руках деревянный ящик, и положил его на груду других. Он аккуратно закрепил все ящики железными цепями, места на и без того маленьком судне стало еще меньше.
Е Хаолун боком протиснулся в проход и вошел в кабину капитана. Вскоре он завел мотор.
– Сяо Ко, хочешь попробовать? – Е Хаолун похлопал ладонью по рулю.
– Правда можно? – Е Хаолун никогда раньше не позволял Шэнь Ко прикасаться к рулю.
– Сяо Ко сменит меня и в будущем будет водить «Восходящее солнце».
– А ты уедешь отсюда?
– Ах, я не это имел в виду, я просто наблюдаю, как ты растешь день ото дня. Однажды тебе придется полагаться только на себя.
– У меня есть дядя Е, и так хорошо, – по-детски ответил Шэнь Ко.
Е Хаолун улыбнулся. Хотя черты его лица были напряжены, Шэнь Ко знал, что это было счастливое выражение.
«Восходящее солнце», которой впервые управлял Шэнь Ко, направилась к юго-восточному причалу острова Радости. Путь от острова Покоя до острова Радости занимал минут сорок, но мотор на их старой лодке был не слишком мощным, и они дошли за час.
Море между островами Покоя и Радости изобилует рифами, здесь легко сесть на мель. Кроме местных рыбаков с обоих островов, знакомых с этим маршрутом, другие суда практически никогда не заходят сюда.
Е Хаолун, почти каждый день курсируя между двумя островами, знал этот район моря лучше всех. Он мог благополучно добраться до места назначения даже темной ночью при свете луны.
В четыре часа пополудни «Восходящее солнце» причалила к северному пирсу острова Радости. Мощные деревянные сваи уходили глубоко в морское дно, прочный пирс выступал в море больше чем на сто метров и был похож на деревянного дракона, захватившего поверхность воды. Он был как две капли воды похож на пирс на острове Покоя и, скорее всего, был построен в тот же период. Деревянный настил разъело от морской воды и непогоды, заклепки проржавели вместе с деревом. К счастью, древесина была обработана антикоррозийными и влагостойкими средствами, поэтому пирс лишь немного деформировался и опасности обрушения не было.
«Восходящее солнце» с выключенным мотором двигалась по инерции, медленно приближаясь к пирсу. Е Хаолун неторопливо завел швартов, в два счета закрепил его на причальном кнехте и причалил к берегу.
Как только Шэнь Ко сошел на берег, он помчался быстрее ветра, размахивая руками, словно кролик, вырвавшийся из клетки.
– Я пойду к Сяо Бэю!
– Осторожнее! – громко крикнул ему вслед Е Хаолун.
Шэнь Ко похлопал себя по левой стороне груди, поднес два пальца к бровям и отдал честь Е Хаолуну.
Е Хаолун тоже поднял два пальца в знак приветствия.
Шэнь Ко оставил далеко позади пирс и Е Хаолуна и направился в гору по тропинке через рощу – эта тропинка примыкала к главной дороге острова, ведущей к бабушкиному дому. По обеим сторонам дороги расположены магазины жителей острова. Дом бабушки Шэнь Ко находится на той же улице. Она открыла магазин вместе со своими соседями и продавала соломенные шляпы и корзины, сплетенные ею самой.
Издали увидев свою бабушку, сидевшую у двери, Шэнь Ко пригнулся и повернул к соседнему дому. Он встал на цыпочки у окна и увидел в комнате хмурого мальчика, который сидел за письменным столом, почесывая голову и глядя в раскрытую тетрадь с домашним заданием.
– Сяо Бэй, ты все подготовил? – прошептал Шэнь Ко мальчику.
Сян Бэй поднял глаза, увидел Шэнь Ко и тут же радостно улыбнулся:
– Давно все готово.
– Тогда пойдем!
– Нельзя, – грустно сказал Сян Бэй – Папа сказал, что я могу играть только тогда, когда сделаю домашнее задание.
– Тогда я буду ждать тебя на старом месте.
– Допишу и найду тебя, – тихо согласился Сяо Бэй.
Временно расставшись с другом, Шэнь Ко направился к книжному магазину в конце улицы. Его владелец держал в руках газету и так увлекся чтением, что не заметил его.
Шэнь Ко пригнулся и незаметно прокрался внутрь под прилавком. Он был тут не первый раз и направился прямиком к стеллажу с книгами о настольных играх. Он обвел глазами книги: все, что было на полках об игре го, он уже прочитал. Он терпеливо просматривал ряд за рядом, боясь пропустить что-нибудь. В нижнем ряду Шэнь Ко обнаружил новую книгу о го. Словно обретя сокровище, он сел на пол и самозабвенно принялся ее читать.