Тайна архангела (СИ)

Виолетта глубоко задумалась, поджимая губы.
— Так вот, я говорил о том, — воспользовался паузой Сергей, — что в раю все любят друг друга, и каждый знает свою цену. Бесценную цену. Маленькие и высокие, со светлыми волосами и темными, они знают, что красивы красотой, которую, как скульптор, Создатель выбрал для их изваяния. И никто не претендует…
— Подожди, подожди, — попросила Виолетта. — Я так быстро не успеваю…
— Ладно, буду помедленнее, — пообещал Сергей.
— Ты говоришь… Михаил… Он ведь изгнал Князя из рая?.. — Виолетта сама испугалась своих слов.
— Да. А еще я говорю, что все ангелы любят друг друга. И это естественно.
— А мы нет…
— Но ангелы любят и тех, кто пал. А значит и нас. Они не перестают ждать нашего возвращения.
— Ждать?..
— Ага. Архангел мне так и сказал. Прежде чем пнуть сюда похлестче, чем Князя… — добавил Сергей.
— Он сказал, что тебя ждут?.. А меня они ждут?.. Я ведь давно отпала, — Сергей увидел, как лоб Виолетты прорезала поперечная морщинка.
— Конечно, ждут. Они всех ждут. Ангелы своих не забывают.
— Значит… Они меня любят, как и раньше?..
— Любят, — Сергей кивнул.
Он умолк, и она тоже молчала, обдумывая его слова.
«Интересно, она мне верит?» — подумал он. Виолетта перевела взгляд на него.
— А ты меня любишь?.. — прозвучал вопрос.
Сергей посмотрел в ее глаза. «Верит», — понял он.
Любит ли он ее?.. Похоже, что на сегодня ее вопрос призван задвинуть его в тупик. Он медлил с ответом, осознавая, что это уже не то, что рассуждать о горнем мире в бесконечным туманных эпитетах. Сейчас он должен был конкретно решить, что он и кто он.
Сергей знал, что теперь он темное злобное существо, адский демон, в жилах которого течет тухлая кровь. И хоть разум его еще пребывает с небом, сам он месяц назад пал в адское лоно. Любит ли он?.. Любовь — это было его призвание, его жизнь. Он отказался от призвания во имя любви. От любви во имя ее самой?.. Такое реально?.. Что он чувствует теперь?..
Мысли эти были мучительны, как пилы, расчленяющие сознание и тело. Сергей готов был отдать себя на вечные пытки, лишь бы сказать да. Но он понимал, что адские часы вытянули из него все, что могли. Он не чувствовал ни любви, ни способности любить. Он был демоном, в котором не было света, не было Бога, не было истины.
Виолетта прямо смотрела в его глаза. И он ловил в ее зрачках надежду. Она так хотела услышать это от него. Что ж, она услышит.
— Да, я люблю тебя, — ответил Сергей.
— И я тебя тоже люблю… — прошептала она. Ее рука, вздрагивая, несмело прикоснулась к его щеке, еще секунда и она всем телом прижималась к нему.
— Не надо плакать, — проговорил Сергей, видя, что она опять утирает тихо капающие слезы.
— Хорошо… — пискнула она.
И как ребенок-ангелочек впервые обнимает воспитателя, она желала потеряться в его руках. Сергей прикусил верхнюю губу, мучительно слушая биение внутри себя. Имел ли он право врать?.. Но он уже соврал. Сергей ощутил во рту противный вкус и разжал зубы, морщась от появившейся на губе крови.
Виолетта вытерла глаза кулачками и хлюпнула носом.
— Это так здорово, что ты теперь у меня есть… — сказала она.
— Да, я тоже очень этому рад, — согласился Сергей. — Слушай, Виа… Тебя ведь так ласково называют?..
Она не сразу поняла, о чем он.
— Меня?.. Вообще Вика. Но ты можешь и Виа звать…
— Договорились, — улыбнулся Сергей. — Знаешь, я здесь еще ничего не успел узнать… А мои знания по аду со школы прихрамывают: меньше лясы точить надо было на уроках. Не могла бы ты мне все заново объяснить в подробностях, что здесь за жизнь и с чем ее едят?..
— Мы не едим. Но я все объясню, — согласилась Виолетта.
* * *
Теория преисподней. Шикарные уроки шикарного Гавриила. Сергей покривил душой: на этих занятиях не болтал никто. Только сам Габри периодически отвлекался на всякую ерунду, безбожно (ведь рассказывал о преисподней) отклоняясь от темы. Поэтому ученики часто забывали, о чем он говорил до этого, из-за чего приходилось тратить уйму времени, чтобы разъяснить все недоразумения, и потом приходилось объяснять все заново. Уроки Габри растягивались в часах, как жевательная резинка. Зато в итоге ни один ребенок не выходил от архистратига вдохновения без четких знаний, откуда у Земли растут ноги.
 
Сергей за время своего служения успел накопить достаточно опыта и потому хотел лишь освежить теорию в памяти, а заодно узнать ад глазами демона и, в конце концов, просто сделать Виолетте приятно, воспользовавшись ее помощью.
Виа начала свой рассказ издалека, с одной из тех адских легенд, что, обрастая все новыми интерпретациями, жили в этих стенах собственной жизнью.
Архангел Самуил был вторым по рождению из девяти братьев, созданных полубогов горнего мира. Архистратиг власти, самый прекрасный из чина архангелов, он светом восходил на небосклоне, освещая собой лики бесплотных. Денница, заря, — это было его второе имя. Говорили, что он сиял такой неземной красотой, что затмевал собой созданные небесные светила, и образ его — светлые, как день, волосы и зеленые изумрудные глаза — стали эталоном для всех будущих поколений. И под стать ему была его неизменная подруга — обворожительная золотоволосая Диана, солнце самого солнца.
Легенды расходились, как ветвилось русло реки, когда речь шла о падении в ад. Одни говорили, что Михаил повздорил с Самуилом из-за первородства, которое якобы было присвоено первым архангелом, на самом деле родившимся на долю секунды позже; другие утверждали, что служение силы столкнулось со служением власти и вместе им не нашлось места в раю; третьи настаивали на том, что сам Бог поздно пожалел о сотворенном мире равных Ему, и лишь у Самуила из девяти братьев хватило смелости отказаться подчиниться лишавшей его самостоятельности воле.
Но сама Виолетта была убеждена, что размолвка между двумя архангелами произошла из-за Дианы. Эта версия пользовалась в аду огромной популярностью.
— Она такая красивая, что мужчины обязательно из-за нее подерутся, — коротко аргументировала Вика.
Как бы то ни было, Самуил покинул рай в сопровождении прекрасной Дианы и семи своих сторонников. Вместе они основали преисподнее Царство и повели борьбу с небесным миром. Покоренный прельстительной женской красотой Самуил женился на Диане и нарек ее Княгиней ада. Его ближайшие соратники заняли ключевые посты рядом с его троном.
Сергей уловил, как легенда сминала и коверкала сцену архангельского боя. Якобы Михаил использовал запрещенный прием, а Самуил вовсе и не нарывался своим хамством на защищающий достоинство ангельского мира ответ. Но Сергей промолчал на этом месте — перебивать было нехорошо.
Преисподняя была сделана среди цельных камней и представляла собой огромную сеть катакомб, по форме напоминающих звездочку, с расходящимися от центра волнообразными улицами, которые в свою очередь местами соединены проулками.
«Скорее уж мишень напоминает», — подумал Сергей.
Улицы имеют вид коридоров, в стенах которых высечены комнаты — места обитания адских демонов. На востоке к улицам примыкают огромные пустующие пространства — равнины, бесконечные каменные плоскости. На них сейчас и находятся Сергей и Вика. Говорят, если долго-долго идти вперед, то можно найти выход из ада на Землю. Но Виолетта не знает, так ли это: она никогда не ходила… Искусители же выходят из ада почти из любого места. Войска выступают воевать чаще всего с равнин.
К северу отсюда есть очень страшное место. Это сделанные в каменных скалах бездонные и бескрайние темницы, входы в которые всегда закрыты железными решетками. Решетки эти прилегли к равнинам, служа их ограничительной линией. Кроме них равнины очерчены только краем адских улиц, в остальные стороны: на запад и юг, — они бесконечны.
В темницах равнин маются людские души, определенные собственной жизнью в ад. Лишенные жизненных сил и надежды, они день и ночь стонут и хватаются руками за клетки. Но к ним никто не подходит, только стражники — изредка. Виолетта видела один раз издалека. Приблизиться она не решилась — страшно. Темницы — это отстойник адской цивилизации. Души грешников после смерти лишены всякой энергии и способности к служению, и Князю больше не нужны.