Тайна архангела (СИ)

Но Сергей не стал бить. Чуть не кувыркнувшись на пол, он вскочил с кровати и беспорядочно задвигался по комнате.
— Дрянь!.. Грязная сволочь!.. — процедил он сквозь зубы. — Я убью ее своими руками!..
— Ты ее знаешь?.. — пискнула Виолетта. Ее грудь вздрогнула, она уяснила, что проклятия адресованы не ей.
— Знаю, черт ее возьми! — вскричал Сергей. — Она — любовница Варфоломея! Уже месяц ко мне домогается!..
— Любовница?.. К тебе?.. — губы Виолетты застыли.
— Да, любовница! Ты что, не знала?! Эту шваль в аду знают все! — крикнул Сергей. — Как ты могла за ней пойти, я спрашиваю?! Как ты могла поверить в эту ересь?!..
— Я не знаю!.. Я не знала ее! Я испугалась за тебя! — руки Виолетты вцепились в подол платья.
— Испугалась?! И поэтому пошла с ней?! Как ты могла поверить, что я тебе изменяю?! Ты думаешь, я тебе врал, да?!.. Думаешь, что я от любовницы каждый день прихожу уставший как собака?! Может, это она на мне пашет как на лошади?! — накинулся он на жену.
— Откуда я знала?! Она такая красивая!.. Я только потом поняла, что она врет! Я умереть хотела, когда она после всего призналась, что пошутила и велела передать тебе привет!.. — в отчаянии воскликнула Виолетта.
— Привет? — рот Сергея перекосило. — Нет, мне надо было сразу умереть!..
Рука Сергея достала из кармана увядший цветок и безжалостно порвала его на части. Кусочки лепестков полетели на пол, и он со злостью наступил на них ногами. Не имея мочи выдержать этого зрелища, Виолетта вновь расплакалась. Она никогда не видела Сергея таким. Он словно потерял всякий контроль.
— Какая же дрянь!.. Как я ее ненавижу!.. — произнес Сергей, вкладывая в слова самые страшные чувства. — Господи, зачем мне на пути повстречались женщины?!..
— Сережа, прости меня… — взмолилась Виолетта.
— Простить?.. — он перевел на нее посуровевший взгляд. — Я-то прощу. Вот только что это изменит?..
Он опять зашагал по комнате. Виолетта сквозь слезы следила за ним.
— Любовь!.. Верность!.. — саркастично проговорил Сергей. — Какая прелесть!.. Какой прелестный бред!.. Для такого идиота, как я!.. Нет, не просто идиота, а идиота, который еще и хорохорился, как облезлый петух!.. Моя любовь, она есть!.. Бездна возьми, как она была права!.. Ни черта в этой дыре нет, кроме паршивых элитников и вонючих сил!..
Сергей остановился у стола, его взгляд ненавидяще устремился на изображающую рай салфетку.
— Впрочем, как это: ничего?.. — промолвил он, рассуждая. — Еще мокрицы и мрак. А еще Жанна… И моя привязанность к этой жизни…
Виолетта молчала. Сергей ощущал, что его сейчас разорвет пополам от неуемной злобы. У него тряслись руки, настолько хотелось пойти и свернуть шею этой Жаше, этой женщине, которая была совсем как мужчина. Он ненавидел ее сильнее чем Князя, чем работу, больше весь этот мир.
И тем более была ярость Сергея, чем яснее он сознавал, что виноват во всем сам. Какой черт дергал его за язык кичиться своей любовью, когда он знал, что никакой любви у него нет? Какой дьявол заставил перед ней выпендриваться, как пацана, своей несчастной Виолеттой, которая готова была свалиться от любого искушения, как осенний лист от дуновения ветерка?..
Сергей мечтал зарезать себя и всех остальных. Внезапно мысль, что она отказала ему и отдалась двум зверям-ублюдкам, добила его с плеча.
— Мрак, какой же я болван — выговорил он, приваливаясь плечом к стене. — Создал себе сказочку про ангельские крылышки и верил, что смогу жить как ангел, что смогу доверять кому-то, дружить, радоваться, надеяться!.. Бездна, какой же я был дурак!..
— Сережа, прости меня! — вновь окликнул его голос Виолетты. — Сама я никогда себя не прощу, но ты прости!.. Я знаю, что я никчемная тварь!.. Но ты остаешься ангелом!..
— Хватит ругать себя последними словами, — ответил Сергей. — Здесь все мы твари. И я в первых рядах. Никакой я не ангел, я проститутка Князя. И ничего с этим не сделаешь.
— Это неправда!.. Слышишь, неправда!.. Я знаю, ты лучше всех!.. — воскликнула Виолетта. — Я люблю тебя!..
 
— Оставь эту блажь, Виа, — его слова прозвучали сухо и резко. — Нету у нас никакой любви. И не было никогда. Ты просто придумала себе рыцаря, который спас тебя с помойки, вот и все. И я с какого-то перепоя поддержал эту ересь. А кольца наши можешь отнести на свалку. Прямо сейчас.
— Ты никогда не говорил так жестоко, — негромко отозвалась Виолетта.
— Мир вообще жесток.
Это была точка. В полумраке комнаты шуршали неведомые насекомые, а с улицы призраком доносилось поскрипывание камней.
— Пропади все пропадом… — прошептал Сергей. — Сгинь все к черту… Все, не могу больше… Окончен бал… Пусть заберет меня эта бездна, пусть они делают со мной все, что хотят, если Бог хочет этого для меня, если Он вообще помнит, что я есть…
— Сережа, не говори такие вещи!.. — вмешалась Виолетта. — Не сдавайся, прошу тебя! Я виновата перед тобой, но ты не должен все бросать из-за меня!.. Хочешь, я уйду прямо сейчас! Ты только продолжай бороться! Ты сам говорил, что надо бороться и тебя простят!..
— «Простят», — криво усмехнулся Сергей. — Говорил… Я много всякой ерунды говорю — это мой главный недостаток. Кто меня простит, если я служу дьяволу?.. Наверное, если только сам Самуил. Здесь нет Бога, Он не слышит меня. И я не слышу Его. Во мне уже давно ничего нет, кроме холодной пустоты и собственной грязи. И я ничего не чувствую: ни слов, ни объятий, ни даже уже боли. Что ж, пусть я провалюсь в это до конца, если так надо…
— Сергей! Нет! Ты слышишь?!.. Я тебя слушала, теперь ты послушай меня: не смей так говорить!.. Не смей отказываться от себя!.. Бог есть!.. Он помнит всех нас, любит и ждет!.. Ангелы ждут тебя на небе!.. — Виолетта отодвинулась от стены и сползла на край кровати.
— Особенно Михаил… Который даже слушать меня не стал… — стеклянно молвил Сергей.
— Что ты говоришь?! Ты же сам ничего не объяснил ему, почему?!.. Почему ты мне не говорил никогда, что тебе плохо?! Может быть, я дура, но даже дура поймет самые простые чувства!..
Она убеждала горячо. Уперлась вдруг рогом, всегда мягкая, как теплое масло, девица. Они были сумасшедшие, эти женщины.
— В бездну понимание. Все в бездну. Ничего больше не хочу, — ответил Сергей, не поворачивая головы.
— Не хочешь?!.. Значит, по-твоему, все, что было, это бред, да?! Да ты… хоть представляешь, — Виолетта задохнулась, — сколько страданий ты сейчас добавляешь в общую чашу?!.. Неужели неправда — все, что ты говорил?.. Каждый раз, когда обнимал, когда успокаивал, все, в чем клялся?! Когда произносил, что любишь?… Нет, Сережа, я тебе не верю…
— Поверь… Увы, я врал, — ответил он с безразличием.
— Я не верю! Слышишь? Не верю! — Виолетта разбуянилась, как когда-то на равнинах. — Я знаю, что я люблю тебя и ничто не в силах это изменить! Твои слова не в силах изменить то, что я чувствую! Никакое это не вранье!.. Разве может быть ложью огонь, который горит у меня внутри?!.. Твой голос, который я слышу теперь вместо ночных кошмаров?!.. Огненные ангелы, которые являются мне, когда я закрываю глаза!..
— Сны… всего лишь сны… — Сергей прикрыл глаза светлыми кончиками ресниц.
— Они летают и оберегают меня и тебя, — не обращая внимания на его реплики, продолжала Виолетта. — Я вижу их каждый раз, когда обнимаю тебя. Когда ночью просыпаюсь и знаю, что отныне все стало по-другому навсегда. Когда утром ты лежишь рядом и спишь. И когда тебя нет, они приходят, чтобы утешить. Я чувствую их. Светильники горят у них в руках. И ничто не сможет погасить пламя, которое они зажгли в моем сердце…
— Светильники… — пробормотал Сергей. Он слышал ее будто с далекого колодезного дна, тихо вдыхая убитый страстями воздух. — Какой может быть светильник… Фонарь… что ли…
Голубые глаза сощурились.
— Погоди… как ты сказала?.. — непредвиденно, как архангельская искра, в его голос вернулась осмысленность. Сергей широко открытыми глазами посмотрел на супругу.