Тайна архангела (СИ)
Снова превратившись в первого архистратига, Ираклий сделал всем ручкой и, насвистывая, вышел из зала.
Князь даже не взглянул на него. Он допил свой кофе и, поставив чашку на блюдечко, взглядом наполнил ее крепкой горячей жидкостью. Взяв в руки бутылку ликера, Самуил скептически оглядел горлышко и, протерев его краем рукава, добавил нужное количество в новую порцию кофе. В комнате вкусно запахло крепким и сладким алкоголем. Конечно же, Князь всегда мог материализовать себе из воздуха любое количество любых напитков, однако в преисподней все знали, что, заранее приготовленные или сворованные с Земли, они намного качественнее. Именно поэтому каждый уважающий себя демон из высшего общества держал дома собственный бар.
Князь облокотился на спинку кресла. Его пальцы звякнули кольцами и в крайнем зеркале, в котором отражалась планета Земля, сменилась картинка. Перед глазами Самуила предстал недавний сабантуй Ираклия и Казимира. Шестой генерал увидел, как Князь поморщился, наблюдая безумные игры одержимых подростков. Его запястье грациозно повернулось, мотая кадры. Пристально глядя на экран, Самуил дошел ровно до того места, когда начался кошмар Казимира, и на горизонте появилась Агнесс в сопровождении синеглазых генералов небесного легиона. Князь остановил запись.
— Общипанная курица… — пробухтел Казимир.
В зеркале отразился неземной блеск ангельского меча. Первая помощница Михаила, сверкая бирюзой метающих молнии глаз, вскинула лезвие на оторопевшего адского генерала и с вырвавшимся из губ криком обрушила на его грудь. Ни тени страсти или азарта не лежало на ее чистом лице, только святая ревность ангельских воинов румянцем пылала на щеках, окаймленных светлой прядью выбившихся из заколки волос. Князь перекрутил сцены назад и затормозил на кадре полного роста.
— Сразу видно, в женщинах ты ни черта не смыслишь, Каз, — произнес Князь, внимательно оглядывая спортивную фигуру прекрасной воительницы, ее широкие плечи и стройные расставленные ноги в обтягивающих брюках, заправленных в высокие сапоги.
Младший генерал проворчал в ответ что-то невнятное типа «главное, чтоб во мне смыслили…», но Самуил его не слушал. Он несколько раз просмотрел с разных ракурсов атаку Агнесс, ставя ее на замедленную скорость. Затем Князь щелкнул пальцами, переводя объектив на другую улицу, на появление Михаила.
— В своем амплуа. Ничего интересного, — движением руки Денница вырубил зеркало.
Он выпрямил плечи и, положив локти на стол, сложил пальцы в замок. Глаза Князя невидяще уперлись в черневшее стекло зеркала.
— Твердая, как скалистый камень, и светлая, как звездная вспышка, — промолвил он задумчиво. — Резвая, как порыв ураганного ветра, и непредсказуемая, как повороты судьбы. Принципиальная, как сталь, и преданная служению, как волна морю. Чистая, как ангельская слеза, и невинная, как весенний цветок. Прекрасная, как олимпийская богиня. Неприступная, как заснеженная вершина, и нежная, как новорожденный котенок. Первая помощница первого архистратига… Жалко, что не первая, зато единственная любовь Михаила…
Казимир стоял как истукан, особенно не вникая в поэтические излияния Князя. По лицу генерала страха читалось, что он порывается что-то спросить, но боится прервать поток сладостных эпитетов. Наконец Князь замолчал, и Казимир все же решился открыть рот:
— Князь, можно попросить…
— Чего тебе? — повернул голову Самуил, недовольный тем, что его отвлек какой-то пугливый генерал последней армии.
— У меня тут повреждение небольшое… — Казимир показал на свою грудь, где виднелись пятна засохшей крови.
— Да я чувствую твою вонь за километр, — поморщился Князь.
— Это случайность, понимаешь, меня врасплох застала эта бест… помощница Михаила, — поправился Казимир.
— Знаешь, мне, вообще-то, абсолютно наплевать, — признался Князь.
— Да, но вот рана болит, бездна ее дери…
— Чего ты от меня хочешь, я не врубаюсь?
— Ведь только ты можешь быстро залечить порез от Божьего меча… — попытался добиться понимания Казимир.
— Слушай, Каз, — Самуил пересел удобнее. Он убрал ноги под стул и, устроив ладонь на колено, начал с плохо сдерживаемым раздражением: — Я тебе скажу по секрету: твоя рожа меня сегодня успела достать хуже, чем за все время твоего пребывания на посту генерала. Поведай мне, пожалуйста, тайну: сколько еще времени до рабочего совещания?.. Угу, вот именно. Так что, будь добр, закрой дверь с той стороны, и не суй свой нос в эту комнату до четырех. Иначе моя архангельская доброта перерастет в нечто большее, чем простые дружеские чувства. Тебе понятно?..
— Понятно, — схватил все на лету Казимир. Он поспешно ринулся к выходу, сопровождаемый движением светлых княжеских бровей.
— И своих дружков проинформируй о том же! — прокричал Князь. — Если что, сердиться буду на тебя!.. За рай, породивший дебилов, — Самуил залпом заглотил кофе, его ноздри хищно раздулись.
Казимир закрыл за собой дверь и, по самую макушку покрытый грозовой тучей, быстро зашагал по улице.
— И чего орет все время на меня?.. Хоть бы раз на Варфа или крысятину Алана, а то: «Каз, да Каз»!.. — бормотал себе под нос генерал. — А Ираклий?.. Не помню, чтобы ему когда-нибудь серьезно давали по рогам, а он-то уж точно больше всех заслужил… Зато Каз всегда крайний за всех…
Сетуя на несправедливость жизни, Казимир остановился, опираясь на стену. Его ладонь зажала зудевшие от боли ребра. Лицо генерала перекосилось. Чертова девка!.. И какого дьявола архангел держит своих баб в легионе?.. Мало того, что она даст по хребту, так еще потом и он сам явится и начнет выяснять, «кто посмел обидеть беззащитную девочку»?.. А то что эта девочка сама кого хочешь через колено переломит, это его не колышет!.. Звери они там все, это точно… Нелюди…
С другого конца улицы показался все еще веселившийся Ираклий. «Дебил», — произнес про себя Казимир, глядя на его довольную рожу. Он убрал руку с груди и пристальным взглядом проследил приближение генерала.
— Слушай, эти демоны из третьей касты — это просто хохма! — проговорил Ираклий, подходя к Казимиру своей вечно танцующей походкой. — Они, как меня увидели в образе архангела, от страха чуть не передохли на месте! Я собрал у них половину сил, как откуп за кровь, и сказал, чтоб они поцеловали меня в задницу! Думаю, им еще не скоро захочется вернуться в рай!..
— Кончено, — хмуро отозвался Казимир. — Ты только не ходи рассказывать об этом Князю.
— Почему это?.. — не понял Ираклий.
— Он не в настроении. Сказал, чтобы все от него отвалили и не показывались до четырех, — нехотя объяснил Казимир.
— Хм, трава, что ль, его уже не веселит? — скривился Ираклий. — Надо чего-нибудь новое придумать, позабойнее… — он наклонился и поймал с земли мокрицу, заставив пропищать ему сколько времени. После этого он раздавил несчастное насекомое пальцами. — Еще целых полтора часа, — сообщил он, вытирая руку о кожаные штаны. — Пойдем Красавчика и Извращенца найдем, и к девкам.
— А Дем с Лопатой? — спросил Казимир.
— Ну их к чертям! — отмахнулся Ираклий. — Один, наверняка, спит где-нибудь в углу, а второй еще не дочитал книгу для мальчиков переходного возраста. Еще к Варфу пристанет по ошибке, а я виноват буду в его смерти. Двигаем.
Пятый генерал нетерпеливо развернулся и зашагал прочь. Казимир засеменил следом, ревниво косясь коллеге ниже спины.
«Интересно, поцеловал кто-нибудь?..» — мелькнуло в голове у младшего генерала.
* * *— Без тормозов совсем!..
Агнесс вместе с генералами легиона бабочкой вспорхнула на облако и остановилась напротив Михаила.
— Представляешь, я стою перед ним, а он и не замечает! Все продолжает радоваться жизни!.. — возмущенно проговорила она.
— Сейчас он точно уже не радуется, — качнул головой Михаил. Он стоял, подперев один бок рукой, и, ловя глазами солнечные блики, смотрел на помощницу.
— Без сомнений. Я его наказала. Именно, что наказала: не стала бить на поражение, — отозвалась Агнесс. — Так, поставила крестик. Ты бы видел выражение его лица.