Любовь и прочие яды (СИ)

Причина не отходила от меня ни на шаг весь учебный день, заставляя мое сердце взволнованно стучать. Винсент, кажется, настолько проникся заботой обо мне, что после ужина я обнаружила его шагающим рядом со мной в женское общежитие.
– Я к себе в комнату, – предупредила мага. – Хочется привести себя в порядок после двух суток насыщенных событий.
– Хорошо, – кивнул Руэда, не сбавляя шага.
– И войти тебя не приглашу! – уточнила на всякий случай.
– Жаль, конечно, – белозубо улыбнулся парень. – Хотя я и не планировал.
– А зачем тогда идешь? – растерялась я.
– Присмотреть, – просто ответил Винсент.
– Что там было? В этих цветах? – нахмурилась я. – Грогон так ничего и не сказал, а арканов его заклинания я не поняла.
Руэда ответил не сразу. Некоторое время парень молча шел, словно размышляя, что стоит мне рассказать.
– Сложно сказать, – проговорил Винсент. – Я знаю заклинание, что использовал Грогон. Оно определяет примеси в воздухе помещения. И это заклинание показало некоторую проблему. Но, – парень вздохнул, – это с одинаковым результатом мог быть яд или цветочная пыльца.
– Ой, да кому я нужна, – легкомысленно отмахнулась я и, предупреждая возражения мага, пояснила: – Побесить тебя – возможно, но пачкать руки?
Руэда промолчал, и сложно было понять, согласен он со мной или нет. Впрочем, мы почти пришли, и эта дискуссия отошла на второй план по одной простой причине.
Моя комната все еще была опечатана.
– Они издеваются! – воскликнула я, подергав ручку двери. Безрезультатно, естественно.
– М-м-м… – многозначительно прокомментировал Винсент, когда я развернулась и на третьей магической скорости рванула искать помощницу коменданта.
Но женщины нигде не было, а сам комендант честно сказал, что понятия не имеет, какие помещения пригодны для жилья в женском корпусе. Зато дал гениальный совет переночевать у кого-нибудь из подруг и выставил меня за дверь.
Головой я понимала, что, наверное, надо идти к ректору и разбираться со всем этим безобразием, но и он быстро вопрос с жильем не решит. Пока вызовет одного, пока другого, пока все эти замечательные люди переругаются меж собой на тему в чьей зоне ответственности находится моя подушка, я умру от старости. К тому же вторые сутки на ногах внезапно дали о себе знать. Из меня как будто в одно мгновение вынули хребет: хотелось упасть бесформенной кучкой прямо на пол в коридоре и уснуть.
А потому я набралась храбрости и, посмотрев на мага, сказала:
– Винсент, у меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
Парень вопросительно приподнял брови, и я решила, что шокировать мужчин у меня выходит лучше всего, ректор не даст соврать, а потому заявила:
– Пусти переночевать, а?
Руэда удивленно моргнул. Посмотрел на меня шокированно и спросил:
– А почему не к Мари?
Я вздохнула:
– У нее Логан.
– Каждый день? – с сомнением спросил Винсент.
– Каждую ночь, – мрачно уточнила я.
– А вторая твоя подружка? Как ее…
– Элис? – подсказала я. – О, к Элис я не пойду даже с лезвием у горла.
– Почему? – еще больше удивился Винсент.
– Потому что… – я замялась, не зная, как бы потактичнее описать щекотливый образ жизни подруги. – Потому что там, как у Мари, только выбор шире и разнообразнее.
Винсент закашлялся.
– Какое у тебя окружение… кхм, интересное, – с трудом подобрал слова маг.
– Не то слово, – мрачно согласилась я. – Так что, пустишь? Я могу на одеяле на полу…
Парень лишь фыркнул на эти слова и повел меня к себе. И уже шагая в неизменную обнимку с Руэда, до меня дошла вся суть ситуации. Я напросилась на ночь в комнату к мужчине! Я! Благовоспитанная леди! Что подумают, когда узнают дома?!
Но дома, хвала богам, об этом никогда не узнают.
По сравнению с прошлым моим визитом, когда я устраивала головомойку магу в унынии, комната Винсента преобразилась радикально. Удивительно, как я не заметила этого, приходя сюда за ректором. Можно было даже так сказать: впервые в жизни я видела помещение, в котором жил мужчина, таким вылизанным до блеска. Нехорошие подозрения закрались сами собой.
 
– Ты кого-то ждал?
– Нет, – коротко ответил Винсент, застилая кровать новым бельем.
– А почему так чисто? – прищурилась я.
Парень пожал плечами и пояснил:
– Я же учился на боевом факультете, нас всех там заставляли соблюдать идеальный порядок в жилых помещениях. Хочешь не хочешь – войдет в привычку.
О, каких мне трудов стоило не ляпнуть: «Странно, а вот по моим братьям и не скажешь»! Буквально в последний момент прикусила язык!
– Ясно, – пробормотала я, осматривая комнату и думая, куда бы пристроиться.
– Ложись, – кивнул Винсент на кровать, а сам кинул на пол плащ и улегся сверху.
Я, конечно, хотела возразить (правда, не очень искренне и не очень горячо), но парень не дал мне даже попытаться изобразить сопротивление:
– Ложись и не спорь. Я столько раз спал на земле во время марш-бросков, что ночь на деревянном полу даже не замечу.
Меня хватило лишь на слабый кивок и тихое «спасибо», а дальше я рухнула прямо в одежде на чистые простыни и отрубилась, кажется, в полете.
Но даже сквозь сон почувствовала, как Винсент заботливо укрыл меня одеялом и поцеловал в лоб.
Засыпая вечером, я искренне надеялась, нет, свято верила, что утро будет лучше. Все проблемы решатся, шепотки утихнут, а Винсент… с Винсентом все прояснится.
Увы! Но утром чуда не случилось. Стоило мне высунуться из комнаты Винсента, как оказалось, что всему мужскому общежитию и половине женского, которая что-то забыла тут в это неприлично раннее утро, нужно срочно потоптаться перед комнатой Руэда. Ощущение было такое, будто я вышла не из жилой комнаты, а из аудитории в разгар перемены. И стоило мне шагнуть за дверь, как любопытные адепты замерли, точно по команде, и впились в меня взглядом.
– Доброе утро! – громко и четко произнес Винсент из-за моей спины.
Адепты вздрогнули, видимо, не ожидали мага. Или ожидали, но в приподнятом расположении духа. А тут вместо сытого кота после случки им выдали злющего, как тысячи демонов, Руэда, которому очень не понравилось повышенное внимание к моей персоне. Так не понравилось, что я спиной чувствовала исходившие от него эманации магии.
– Ну? – снова произнес Винсент.
Не знаю, какое выражение лица у него было, но, кажется, говорящее. Потому что весь коридор вздрогнул и ме-е-е-е-едленно, бочком-бочком, боясь поворачиваться спиной к Винсенту, начал расходиться.
Когда коридор опустел, я покосилась на парня. Но так и не поняла, что такого было в нем, что заставило целый коридор, ЦЕЛЫЙ КОРИДОР! любопытных адептов разбежаться. Я такое раньше только у Грогона видела.
– Как ты это сделал? – спросила я, покосившись на мага, когда мы вдвоем зашагали на выход.
– Сделал что? – как ни в чем не бывало спросил Винсент.
– Ну… это, – я обвела рукой абсолютно пустой коридор.
Руэда неопределенно повел плечом.
– Я старше большинства присутствующих здесь адептов. А мужчины, как правило, тонко чувствуют… кхм… – Винсент запнулся, подбирая слова.
– Опасность? – подсказала я, снова посмотрев на парня.
Маг хохотнул.
– Опасность? Я бы выразился прозаичнее – риск получить по лицу.
Я почему-то улыбнулась. Никогда бы не подумала, что это такое приятное ощущение – иметь ненавязчивую защиту. Это не душащая и ломающая волю опека, это… поддержка?
Так что, несмотря на события, утро вышло приятным, и настроение мое было приподнятым. Вот ровно до того момента, как опять не уткнулась носом в опечатанную дверь.
– Это уже ни в какие рамки! – разозлилась я, разворачиваясь обратно с твердым намерением вернуть себе жилплощадь. Ну не могу же я переехать жить к Винсенту, в самом деле!
Первым делом решила отыскать помощницу коменданта. Все-таки она должна меня понять как женщина женщину, что спать непонятно где юной девице не пристало. Или хотя бы угрожающий вид Винсента за спиной должен был на нее подействовать эффективнее, чем на коменданта. Он-то адептов наверняка на своем веку повидал с избытком, ему не привыкать.