Любовь и прочие яды (СИ)

На моем маге буквально висела Келлер!
Я одновременно вздохнула с облегчением и испытала нездоровое желание убивать с особой жестокостью. Нет, вы посмотрите, какой паршивец! Оставила на пять минут одного, и на нем уже девицы висят, как игрушки на йельли!
Меж тем паршивец нашел меня глазами и с пугающей решимостью направился в мою сторону. Я категорически не хотела, чтобы сейчас весь занятый ряд вставал, пропуская парня к моей скромной персоне. Потому что боялась не удержать лицо и устроить склочную разборку, недостойную не то что леди, а вообще любого адекватного человека. Мироздание, кажется, услышало мое искреннее желание держаться подальше от мага, а потому прямо за парочкой вошел лектор. Келлер ловко уволокла Винсента в уголок, и лекция началась.
У этой лекции были все шансы остаться скучной, обыденной и незапоминающейся. Можно было додремать недодреманное, доделать недоделанное или просто погрузиться в фантазии о лучшей жизни. Но нет. Нет, сегодня со всех сторон был мой день.
В идеальной, практически гробовой тишине аудитории, разбавленной равномерным бормотанием магистра Сарима, раздался мой задорный ик.
Даже так – ИК.
Сначала я попыталась сделать вид, что ничего такого не произошло. Ну икнула и икнула разочек. С кем не бывает. Но одним иком дело не ограничилось, и уже спустя пару минут все мирно дремавшие адепты начали усиленно крутить головами, разыскивая источник веселья. А я продолжала икать!!! И делать эти мило и тихо у меня никак не получалось!
Гребаный приворот!
Встать и выйти я тоже не могла – пришлось бы поднимать половину ряда огромной аудитории, а это еще хуже, чем лихое икание в голос. Хотелось провалиться под парту, под землю и вообще под академию. Я поставила тетрадку вертикально, пытаясь спрятаться за ней. Но разве ж такое икание можно спрятать парочкой тонких листиков в помещении с великолепной акустикой?
– Лагерра, – не выдержал Сарим. – Попытки слиться с партой у вас не очень получаются. Выйдите уже, а? И приведите себя в порядок.
– Простите, – пробормотала я, одним махом сгребя все свои бумажки и письменные принадлежности в сумку.
Я встала на ноги. Весь ряд встал на ноги. Откидные сиденья с грохотом спружинили в вертикальное положение, отчего тишина в аудитории стала казаться мне просто физически ощутимой. Я шла на выход, перманентно извиняясь почти перед каждым адептом, которому не посчастливилось оказаться на моем пути, потому что половине я наступила на ноги, а у другой половины смахнула бумаги со стола. И все это – перманентно икая, как веселая детская пищалка. А стоило мне, наконец, протиснуться в проход, весь ряд с оглушающим грохотом опустился обратно на место.
Обхватив сумку руками, я засеменила на выход, и, пискнув очередное «Простите» лектору, икнула на прощанье и выскочила, наконец, в коридор.
Прижалась к стене, прикрыла глаза и медленно сползла на пол.
– Уф-ф-ф… – выдохнула я.
Может быть, даже посидела бы пару минуточек так, гоняя эхо в пустом коридоре своим иканием, если бы не внезапно раздавшийся над головой голос:
– Встань с холодного мрамора, застудишься.
– Ты что тут делаешь? – возмутилась я, смотря снизу вверх на Винсента.
– Спасаю твое счастливое будущее, – с невозмутимым видом ответил маг, одним ловким движением аккуратно, но стремительно ставя меня на ноги.
– Мое счастливое будущее начнется, когда я от тебя избавлюсь, – прошипела я.
Парень посмотрел на меня как-то странно. Вроде бы грустно, но в то же время с пониманием. Затем вздохнул, взъерошил волосы и проговорил:
– Не обижайся на меня, но Скам действительно опасен. Беспринципен. И я не хочу, чтобы ты пострадала.
– Скам?
– Скам Мармаглия. Тот, кто прислал тебе цветы и конфеты.
– И все это, конечно же, только из-за тебя? – ехидно спросила я.
– В основном, – уклончиво ответил Винсент.
– Знаешь, я повидала магов достаточно в своей жизни, чтобы иметь о вас представление. Вы все опасные, беспринципные, самовлюбленные эгоисты!
Парень чуть нахмурился и как-то очень внимательно посмотрел на меня. Мне даже возмущенно сопеть надоело, так он долго вглядывался в мое лицо.
 
– Что? – раздраженно спросила я, не выдержав.
– Давай договоримся, – медленно проговорил он, словно слова ему давались с трудом. – Пока ты под приворотом и не можешь мыслить трезво, ты не будешь общаться или принимать от него подарки.
– А потом? – с вызовом спросила я, скрестив руки на груди.
– А потом мы вернемся к этому разговору, и я надеюсь, что ты поймешь мои аргументы.
– Если твои аргументы будут такие же сомнительные – очень сомневаюсь!
Винсент не ответил, лишь продолжил смотреть на меня своими восхитительно-синими глазами.
– Это запрещенный прием! – прошипела я, чувствуя, что воля моя тает под взглядом парня.
Винсент мое недовольство проигнорировал, пользуясь своим тактическим превосходством.
– Договорились? – повторил он.
– Ладно, – ответила нехотя, рассудив, что сейчас я в любом случае действительно не в силах буду распознать подвох даже под собственным носом.
– Тогда самое время перетряхнуть всю академию на наличие нужных ингредиентов, – заметил он.
– У нас пары, – напомнила я.
– Ну сейчас-то нет.
– Как тебя вообще выпустили? – спохватилась я.
– Я уже слушал курс по философии, – пожал плечами Винсент. – Просто ответил на пару вопросов Сариму, и он меня отпустил с зачетом.
– Несправедливо, – буркнула я.
Мне-то, между прочим, тоже философию читали на домашнем обучении! Только вот с моей легендой сиротки из приюта это не сильно вязалось, приходилось терпеть сонные лекции.
– В жизни, к сожалению, вообще мало справедливости. Наша с тобой ситуация тому прямое доказательство, – мрачно заметил Винсент.
Я кинула взгляд на часы, мирно тикающие в пустом коридоре. Думала, сейчас еще раз задорно икну, но нет, отпустило.
– У нас есть час. Можем порыться в библиотеке, – наконец приняла решение я.
– Тогда идем, – кивнул парень и первым направился в сторону хранилища знаний.
И шел еще такой уверенной походкой, будто это он, а не я тут учился уже полтора семестра!
Хотелось упереться и никуда не ходить. Ну и поскандалить, конечно же. Может, даже с членовредительством аристократическому профилю. Но сопротивляться было бы совсем по-идиотски: антидот нужен мне, направление парень выбрал верное, времени в обрез…
Пришлось идти следом.
Странно было приходить в библиотеку после того, как мы в ней похозяйничали. Я немножко нервничала и ждала, что библиотекарь сейчас ткнет в нас пальцем и завопит: «Ага! Воришки!» или «И хватило же наглости приходить днем!».
Но нет, сонный книжный старичок-паучок пребывал в блаженном неведении, какие криминальные типы к нему явились с утра понедельника.
– Парень, она, конечно, хорошенькая, но ты уверен, что стоит того, чтобы тащить в такую рань в библиотеку? – вместо приветствия заявил как всегда недовольный библиотекарь.
– Даже того, чтобы общаться с вами, – парировал Винсент.
Я подумала, что библиотекарь сейчас выставит нас за дерзость, но старик лишь хохотнул и погрозил магу длинным пальцем:
– Не борзей, малец!
А затем повернулся ко мне и спросил:
– Ну? Зачем пришли?
– Мне бы общий словарь зельевара, – робко попросила я.
Общий словарь зельевара – толмуд толщиной в мое бедро – отличался двумя особенностями. Первое: их было мало. Даже не просто мало, не катастрофически мало, а счетное количество. И второе: их регулярно переиздавали в одном экземпляре.
То есть это тот случай, когда нельзя было найти двух одинаковых книг! И несмотря на все вышеперечисленное, словарь зельевара пользовался сумасшедшей популярностью среди адептов. В этой поистине магической книге можно было узнать полезные магические свойства любой травинки, любого камешка. Никогда не держала его в руках, но думаю, что полезные магические свойства пыли и мусора там тоже можно отыскать.