Варнак. Книга первая (СИ)

Успеваю метнуть копьё и схватить меч, после чего отскакиваю в сторону, а острые наконечники рогов, чиркают по щиту, с лёгкостью вспарывая кожу, как скальпелем. В конце успеваю рубануть по крупу лося, нанеся небольшую рану, а вот копьё, было отбито рогами и сейчас валялось в десяти метрах. Сразу отступаю к соседнему дереву и жду следующую атаку, которая следует без задержки. Приходится огибать ствол сосны, чтобы увернуться от острейших рогов, но лось преследует меня и какое-то время, мы играем в догонялки. Я не могу его нормально атаковать, а он не может достать меня из-за дерева. Понимая, что так я проиграю, в один момент, приседаю, пропуская рога выше себя, и рублю мечом по нагам, со всей силы, подрубая одно из них.
Раздаётся рёв раненого животного, а я уже отскочил и стал обходить его, чтобы напасть сзади. Лось пытается встать, но я ещё раз рублю по задней ноге, подрубая и её, ну а дальше не составило большого труда добить его. Сразу достаю приготовленную кожу, в которую и собираю кровь. Набирается почти полтора литра., часть переливаю в котелок и лезу на своё дерево.
На удивление, кровь девушка пьёт в запой, как только первые капли попадают ей в рот и выдувает почти литр, но глаз так и не открывает, лихорадка ещё не отступила, но постепенно она успокаивается и даже по ощущениям, спадает температура. Всё это происходит за двадцать минут, но сидеть рядом у меня нет времени, нужно заняться разделкой лося. Мяса много не бывает, поэтому спускаюсь вниз и первым делом, снимаю шкуру, которая потребуется на щит, так как старая пришла в негодность и болталась кусками. Следом занимаюсь рогами, и используя топор, выламываю их из черепа, после чего тщательно осматриваю. Рога на удивление невероятно прочные и острые, ударив одним из них по щиту, с лёгкостью пробиваю его. Отличные наконечники для копья, способного пробить любую шкуру, что очень порадовало.
Дальше занимаюсь разделкой и, достав печень, съедаю половину, с трудом останавливаясь, чтобы оставить половину Виктории. Тело охватывает жар, что свидетельствует о воздействие магии на мои каналы, жаль, нельзя выяснить, насколько сильный прогресс в этом деле. Время, когда мясо животного ещё содержит в себе ману, ограничено парой часов, поэтому возвращаюсь в дом и, нарезав печень маленькими кусками, начинаю скармливать её девушке. Как и с кровью, она сразу начинает её есть, проглатывая и практически не пережёвывая, а под конец, открывает глаза, после чего почти минуту смотрит на меня, а затем выхватывает правой рукой остатки и запихивает себе в рот.
— Доброе утро. Есть ещё почки и сердце, свежие, полчаса, как освежевал, будешь?
— Буду, — тихо произносит она и я спускаюсь за ними, после чего Виктория продолжает поглощать мясо, практически не пережёвывая, но зато ей явно становиться лучше.
Меня это порадовало, так как отдавать ей оставшееся зелье малого исцеления не хочется. Оставив девушку одну, занялся разделкой и копчением мяса, благо опыт уже есть, да и ямы копать не нужно, только немного подправить. Тут вспоминаю, что горошины я с кабанопегасов так и не забрал, поэтому, оставив мясо коптиться, отправился к месту, где они оставались, костеря себя за свою забывчивость. Нет, я, конечно, вспоминал, пару раз, когда уже засыпал, но думал это сделать позже, так и забыл в итоге. К моему удивлению, горошины были на месте, только вот выглядели странно, они были крупнее стандартной горошины в три, а то и в четыре раза. Возможно, что лёжа в остатках раскрошенного камня силы, они продолжили расти, а ведь про такие я ничего не слышал, но думаю, они будут более ценные, чем обычные горошины, поэтому нужно будет спросить об этом у моей сожительницы. Забрав горошины и убрав в карман, я направился к тому месту, где убил лося. Горошина нашлась, под мелкими кусочками лопнувшего камня, только вот забирать её я не стал, а закопал поглубже и прикрыл сверху мусором и ветками, чтобы не бросались в глаза. Если такие горошины стоят дороже, то будет несложно добыть их в лесу, но нужно посмотреть, возможно об этом есть в книге, ведь не я один такой умный, наверняка уже кто-то находил подобные горошины, размером с перепелиное яйцо.
  
К обеду, пока я занимался копчением, девушка сама смогла спуститься с дерева и отправилась в ближайшие заросли ельника. Вероятно, организм уже переварил часть пищи и требовал справить естественные потребности. Выйдя, она спросила,
— Где тут можно вод взять?
— если пить, то во фляге, если для других нужд, тут в пяти минутах есть мелкий ручей, можно там.
— Отведёшь?
— Пошли, — ответил ей и проводил к ручью.
Сам ручей был с ладонь, шириной, но я уже сделал небольшую запруду, чтобы было можно спокойно набирать воду и умываться, а чуть ниже ещё одну, где я чистил шкуры. Оставив девушку одну, отправился к дому, занимаясь копчением мяса и приготовлением шашлыка. Кашу опять приберёг, понимая, что достать её смогу нескоро.
Девушка вернулась почти через час, но успела умыться и привести себя в относительный порядок. Она молча уселась рядом на кусок небольшого ствола и стала наблюдать, как я готовлю шашлык.
Через полчаса, я протянул ей один из шампуров, а второй взял себе и принялся есть, стараясь не обращать внимания на неё. Минут через пять, она спросила,
— Я тебе совсем не интересна? Не хочешь ничего узнать обо мне, кто я, что я?
— Ах да, у меня есть вопрос, что ты скажешь про это? — спросил я, достав две большие горошины и кинув одну из них девушке.
— Что это? — удивлённо спросила она, явно ожидая другого вопроса.
— Вот я и хочу у тебя узнать. Нашёл на месте, где убил двух мутировавших кабана, забыл сразу забрать, а через пару дней они немного подросли.
— Забыл забрать? Ты вообще нормальный? Тут ради одной горошины могут убить, а ты просто забыл забрать? Я вот вообще не знаю, как дальше быть, оружия нет, а десять горошин, что я добыла, забрали бандиты, которые, кстати, искали тебя, — сказала девушка, посмотрев на меня с вопросом.
Я молча снял с пояса мачете в ножнах и бросил их девушке.
— И что я за это буду должна? — подозрительно спросила она, пытаясь прикрыть рваные штаны, с
— Ничего, ты ведь служишь мне, а значит, я должен заботиться о тебе, поэтому, можешь не переживать, я помогу закрыть твой долг по горошинам. Лучше скажи, что это такое и сколько они стоят?
— Ты странный. Я же не твой вассал, а клятва, наоборот, обязывает мне служить тебе совершенно бесплатно, ты даже кормить меня не обязан.
— В первую очередь ты человек и относиться я к тебе буду так же, как хотел бы, чтобы относились ко мне. Понятное дело, что спасал я тебя с холодным расчётом, что ты будешь помогать мне, так как уже понял, что в одиночку тут выжить очень тяжело. Так что по поводу горошин.
— Их принимают с коэффициентом, один к трём, так как редко кто будет ждать два-три дня, пока они вырастут. Практически никто из каторжников не забирается в такую глушь, а значит, риск, что их найдёт кто-то другой, очень велик, поэтому предпочитают не рисковать. Если горошина пролежит пять дней, то превратиться в камень силы, при этом не в одиночный, а сразу в несколько, что затруднит его разрушение. Именно поэтому никто не хочет рисковать и стараются собирать горошины сразу, — ответила девушка.
— Значит, мы будем собирать их через три дня, сегодня и завтра занимаемся заготовкой мяса, а послезавтра выдвигаемся на зачистку местности, — рассказал я о планах.
Девушка, посмотрев на заднюю часть туши, которая ждала своей очереди на копчение, спросила,
— Как ты его смог в одиночку убить, если не владеешь магией?
— Было непросто, но я справился, если хорошо подготовиться, то в принципе не так сложно, как может показаться, хотя в одиночку опасность очень велика. Не будь у меня щита, который отнял у наёмника, уже, наверное, сгинул бы в этом лесу. Но теперь всё будет проще, так как у меня появился напарник, правда и норма сбора увеличивается в два раза, да ещё нужно расширить наше жильё. Расскажи лучше, что ты знаешь о камнях силы, а то я про них совсем ничего не знаю, — попросил я.