Гений Медицины (СИ)

Я первым вошёл в палату, и Шуклину не оставалось ничего другого, кроме как войти следом за мной.
— А вот и мой любимый доктор! — радостно воскликнул один из пациентов. — Сегодня вы пришли с моральной поддержкой?
— Он так, просто наблюдает, — буркнул Шуклин. — Как вы?
— Всё так же болят ноги, — заверил пациент. — Хотя сегодня уже получше. Доктор Зубов назначил лечение, и боли потихоньку уходят.
  
— Я рад, — Шуклин развернулся и попытался выйти.
Пришлось его остановить. Если он и до этого опрашивал пациента подобным образом — ничего удивительного, что диагноз он так и не установил.
— Попробуй с самого начала, — вздохнул я. — Боли в ногах — довольно необычный симптом. Как давно они появились, какие ещё есть симптомы? Давай.
— Что ещё беспокоит? — вздохнул Павел.
— Сначала в ногах было какое-то онемение, — ответил Григорьев. — Чувство, словно отсидел их. И мёрзли постоянно. Потом добавилась боль после ходьбы. Ну а потом боль усилилась. Это уже с год беспокоит, но ко врачам долго не обращался.
Уже сходу можно предположить предварительный диагноз. Я проверил диагностическим аспектом и практически убедился, что прав.
— Ты доволен? — снова недовольно буркнул Шуклин. — Что тут вообще можно сделать?
Сложный случай.
— Так, давай вспоминать основные правила опроса пациента, — предложил я. — Анамнез заболевания мы собрали. Давай анамнез жизни.
— Вредные привычки есть? — спросил Павел у пациента. — Курение, магические коктейли?
— Курю уже двадцать лет, по две пачки в день, — кивнул Григорьев. — А по-другому никак. У нас на заводе частые перекуры. Кто не курит — больше работает.
Кстати, всегда возмущал этот момент. Почему-то курящим всегда даются поблажки на работе в виде этих самых перекуров. Они у них бывают чуть ли не каждый час, минут по десять. А остальные в этот момент трудятся. Ведь если некурящий человек решит отдохнуть, тому наверняка прилетит от начальства.
— Курение и боль в ногах, — Шуклин почесал голову. — Что-то такое было… в академии. Сосуды?
— Горячо, — улыбнулся я. — А если точнее, облитерирующий…
— Атеросклероз! — воскликнул Шуклин. — Точно, и свечение в сосудах было. И в анализах липиды повышены!
— Доктор, ну уж так не радуйтесь моей болячке, — пошутил Григорьев. — Но вы правы, именно такой диагноз мне и поставил ваш заведующий.
— С лечением уже сам справляйся, — добавил я. — Мне пора к своему пациенту.
— Спасибо, — неловко сказал мне Павел в спину.
Я кивнул и вышел из палаты. Направился на другой этаж, к своему новому пациенту, Короткову.
Зубов предупредил, что пациент проблемный. Наверняка сложность в характере, но мне не привыкать. С аристократами работать в принципе труднее, чем с простолюдинами.
Мимо меня быстро прошмыгнул санитар и резко задел плечом.
— Извините, доктор, — торопливо проговорил он. — Заработался, видимо.
— Ничего страшного, — кивнул я.
Не видел этого санитара здесь раньше. Новенький. Руки спрятал в карманы, и убежал он в противоположную от их каморки сторону. Странно.
Я нашёл нужную палату и вошёл внутрь.
— Доброе утро! Мне нужен Коротков, — привычно объявил я.
— Это я, — отозвался один из мужчин. — Здравствуйте, доктор!
Пока что ни одного обвинения, что я шёл слишком долго или выгляжу как-то не так. Адекватнее, чем многие пациенты, с которыми мне уже приходилось сталкиваться.
Помню пациента, который собирался писать жалобу на другого пациента из-за назначенного тому холтера.
— Я ваш лечащий врач, Константин Алексеевич, — представился я. — Рассказывайте, что вас беспокоит.
— Живот болит, — начал объяснять Коротков. — Тошнит постоянно, слабость. Давление прыгает то вверх, то вниз. Сердце бьётся как-то сильно, а иногда наоборот, замирает. Руки и ноги сильно мёрзнут. Голова часто болит. Со стулом проблемы, запоры мучают…
А список-то он заканчивать и не собирается.
— Так, стоп, — остановил я его. — Давайте так, расскажите, что больше всего беспокоит на данный момент.
— Сейчас… — Коротков ненадолго задумался. — Сейчас ком какой-то в горле, глотать мешает. И знобит сильно. А, и ноги словно немеют. Всё беспокоит, доктор.
Кажется, я начинаю понимать, почему Зубов назвал пациента сложным. Передо мной типичный ипохондрик. Уверен, в клинику он лёг на платной основе, чтобы ему подтвердили его несуществующие диагнозы.
Я активировал диагностический аспект, пока пациент продолжал перечислять жалобы, и тщательно просканировал всё тело. Так, небольшое свечение в области сердца, небольшое в области желудка. С этого и начнём.
— Давайте я назначу вам обследование, и по результатам уже будет видно, что не так в организме, — спокойно предложил я. — И будем разбираться.
— Только разберитесь обязательно, — кивнул тот. — Мне нельзя болеть, я хочу здоровый организм.
Да он и так здоровее, чем у многих других людей. Но с этой проблемой надо разбираться постепенно.
Я решил начать с клинического минимума. Общий анализ крови и мочи, биохимия, ЭКГ. Заодно можно сделать ФГДС — свечение в желудке всё-таки есть. Уверен, это обычный гастрит, но перепроверить не помешает.
Пока я расписывал направления, Коротков беспокойно смотрел на дверь. А далее в неё раздался мощный стук.
— Мне конец, доктор! — воскликнул пациент. — Меня убивать пришли!
  
Глава 26
 
Подборка самых странных ситуаций в клинике пополнилась ещё одним случаем. Уже даже сложно определить, какой из случаев вырывается вперёд!
— В каком смысле убивать? — нахмурился я.
— Я позже всё объясню, а вы спрячьте меня, пожалуйста! — в панике ответил Коротков, уже приготовившись забираться под кровать.
Я вышел в коридор, ожидая увидеть там кого угодно. И тем неожиданней стало увиденное!
Это была стоящая за дверью невысокая женщина, с копной чёрных волос и маленькой сумочкой в руках. Ростом она едва доходила мне до плеча, и это при том, что была на каблуках.
— Здравствуйте, — кивнул я ей. — Чем могу помочь?
— Коротков здесь лежит? — серьёзно спросила она.
Даже не верится, что это она только что так сильно дубасила в дверь. Я думал, тут действительно стоит здоровенный мужчина.
— Здесь, — кивнул я. — Но вам прямо сейчас к нему нельзя.
— Это ещё почему? — нахмурилась она.
Потому что для начала мне нужно точно разобраться в ситуации. Знал ли Коротков, что за дверью именно эта женщина? И уж не за тем ли он лёг в клинику, чтобы спрятаться от неё? Ипохондрию легко можно было изобразить.
— Потому что прямо сейчас у меня обход, — спокойно ответил я. — А часы посещения в нашей клинике после двух часов дня.
— Ладно, — она резко развернулась на каблуках. — Приду в два. Но передайте, что это вряд ли ему поможет!
Она гордо поцокала в сторону лифта. Так, время разобраться, что это вообще было.
Я вернулся в палату, где пациент успел с головой спрятаться под одеяло.
— Она ушла, — сообщил я. — Теперь рассказывайте, зачем на самом деле легли в нашу клинику.
— Жалобы у меня… — попытался отвертеться Коротков.
— Даже не начинайте, — прервал я его. — Если не хотите, чтобы жену прямо сейчас назад пригласил. Как лечащий врач имею право дать допуск даже не в часы посещения.
Коротков тяжело вздохнул и уселся на кровать.
— Не болит у меня ничего, — вздохнул он. — Я думал себе алиби сделать таким образом. Но просчитался, Алла всё равно всё поняла.
— Какое алиби? — вздохнул я.
— Ночью я был с женщиной, — покраснел Коротков. — Не с женой, разумеется. А жене сказал, что важная встреча по работе. А она узнала, что встречи никакой нет. Стала меня искать. И ведь прибьёт, если узнает. Может, вы мне поможете?
  
Он посмотрел на меня с такой мольбой в глазах, как Клочок, выпрашивающий вкусняшку.
— Ну уж нет, — отрезал я. — Здесь клиника, а не компания по организации алиби. Сами разбирайтесь со своей супругой, она придёт в два часа.