Гений Медицины (СИ)

* * *
Утром Клочок снова с боем порывался идти в клинику, но снова был оставлен дома. Пусть лучше полностью выздоровеет, чем подхватит в клинике какую-нибудь инфекцию, лазая по вентиляции.
В ординаторской уже находились Болотов и Соколов, последний сегодня решил заменить Шуклина и дремал на диване.
— Доброе утро, — поздоровался я. — Как прошло дежурство?
  
— Прошло — и уже хорошо, — простонал он. — Больше даже не вписывай меня ни в какие опросы, блиц-опросы и так далее!
— З-зато честно определили, к-кто будет дежурить, — поправил Болотов очки. — И т-тебе опыт не помешает.
— Да не нужен такой опыт, — буркнул Соколов. — Снова у пациента одного психическое заболевание нашли, перевели к Ларионову.
Ещё один случай, когда в терапии неясным образом оказывается психически-больной пациент. Мне это по-прежнему казалось очень странным.
При поступлении пациента осматривает врач дежурного отделения. И никто ничего не замечает, а потом пациент сходит с ума. Странно…
— Я не опоздала? — вбежала в ординаторскую Лена. — Проспала, бежала всю дорогу!
— И чуть не сбили с ног вашего несравненного руководителя, — добавил Зубов, появляясь сразу за ней. — Так меня в коридорах клиники ещё никто не подрезал!
— Ой, простите, пожалуйста, я вас не заметила, — смутилась девушка. — Просто боялась опоздать очень!
— Ох, и за что же мне этих птенцов подкинули, какая кукушка это сделала? — подняв глаза вверх, пробормотал Зубов. — Так, слушаем и мотаем на клюв! Шуклин всё ещё на больничном, но у нас, как посмотрю, есть отличный заместитель!
Он указал на Соколова, который изо всех сил боролся со сном.
— А значит, сегодня заместитель Шуклина пойдёт к нашей Маргарите Тимофеевне, познавать таинства ЭКГ, — добавил наставник. — Мухой!
Соколов вяло зевнул и уныло вышел из ординаторской.
— Следующий, Болотов, — продолжил Зубов. — Восьмая палата, Хитров. Да простит меня пациент! Тарасова — пятнадцатая палата, Черканова. Боткин — одиннадцатая палата, Сидорова. И постарайтесь где-нибудь накосячить, а то наш заместитель Шуклина ещё одно дежурство точно не переживёт.
По своему обыкновению, я перед этим проверил предыдущих своих пациентов. Лаврентьев, Блохин, Бубнов.
Лаврентьева уже завтра пообещали выписать, так что настроение у того было отличное. Вовсю зазывал Блохина в гости, но тому предстояло полежать подольше. Бубнов старательно придерживался диеты и превратился в идеально послушного пациента. Мои разговоры не прошли даром.
К Кудрявцевой решил не заходить, с её организмом было всё в порядке, а лишний раз натыкаться на её намёки не было никакого желания.
Закончив с ними, я отправился на другой этаж, к Сидоровой.
— Господин лекарь, — едва я зашёл в палату, обратилась ко мне женщина. — Переселите её от нас, прошу! Она ведьма какая-то!
Таких обвинений я ещё не слышал! Что-то новенькое.
— Успокойтесь, ведьм не существует, — ответил я. — И пациентка останется в той палате, куда её распределили.
— Тогда я пойду к вашему заведующему, — не унималась та. — Я с ней лежать боюсь!
Да что же эта пациентка успела такого натворить?
— Они боятся моего внешнего вида, — словно прочитав мои мысли, отозвалась женщина с койки у окна. — Сидорова — это я, если вы ко мне.
С таким навыком я и сам ненароком могу подумать, что она ведьма. Словно мысли мои прочитала.
Я прошёл к пациентке, и она поспешно отвернулась к окну.
— Я ваш лечащий врач, Константин Алексеевич, — проговорил я. — Мне надо вас осмотреть, так что не прячьтесь.
— А вы не испугаетесь? — уточнила она.
— Не испугаюсь, — заверил я её. — Я же врач.
Она медленно повернулась ко мне, и я понял, что же так напугало её соседок по палате. Глаза у женщины были очень сильно выпучены, из-за чего она приобретала какой-то безумный вид. Худая, в области шеи — небольшое опухолевидное образование. Диагноз можно ставить практически сразу!
— Я даже не сразу заметила эти симптомы, — торопливо проговорила Сидорова. — Как-то незаметно всё развивалось. А теперь вот. Даже на улицу страшно выходить, все коситься начинают!
— Какие ещё симптомы беспокоят? — спросил я. — Раздражительность, потливость, похудание, ломкость ногтей, выпадение волос?
— Да, всё именно так, — удивлённо ответила пациентка. — И это меня тут ещё и ведьмой называют!
— Ну, врачи все немного ведьмы, — улыбнулся я. — Давайте осмотрю вас.
Сначала провёл стандартный осмотр, прощупав щитовидную железу. Увеличена, но пока что не сильно. Можно будет обойтись консервативным лечением, без операции. Затем активировал диагностический аспект.
Так, подсвечивается щитовидная железа, глаза, лёгкое свечение в головном мозге. Сердце пострадать не успело, и это очень хороший признак. Длительно повышенные гормоны щитовидной железы могут оказать негативное влияние на сердечно-сосудистую систему.
— У вас диффузный токсический зоб, — объяснил я пациентке. — Заболевание, при котором щитовидная железа увеличивается и начинает продуцировать очень много гормонов. А они, в свою очередь, негативно влияют на весь организм.
— Так это у неё болезнь просто? — опасливо уточнила та самая пациентка, которая порывалась идти к заведующему.
— Да, — вздохнул я. — Так что вам стоило бы перед ней извиниться. Не самое лучшее поведение для соседки по палате.
Хотя видал я и похуже. Конфликты в палатах здесь встречаются каждый день.
Так, назначить обследование. Кровь на гормоны щитовидной железы, УЗИ щитовидной железы, обязательно ЭКГ для контроля за состоянием сердца.
— А это лечится? — тревожно спросила Сидорова, когда я закончил с направлениями.
— Лечится, — успокоил я её. — Я вызову вам эндокринолога для консультации. Возможно, он заберёт к себе в отделение. И там подберёт подходящее лечение.
Со своей стороны я напишу все необходимые рекомендации, но решать будет специалист с эндокринологическим аспектом. Который у меня тоже есть, но, как и все, развит минимально.
Я успел с его помощью также проверить пациентку, убедиться, что остальные гормоны в порядке.
— Простите меня, — выдавила наконец из себя соседка Сидоровой по палате. — Просто не каждый день такое увидишь… Мне стыдно-то как!
— Всё в порядке, — заверила её Сидорова. — Я прекрасно понимаю, что моим лицом можно детей пугать.
Я оставил их самих разрешать конфликт, занёс направления и отправился в ординаторскую.
В ординаторской оказалась Лена, и мы решили спокойно выпить чай.
— Слушай, а ты в социальных сетях сидишь? — вдруг спросила девушка.
— Нет, — покачал я головой. — И в жизни проблем хватает, зачем ещё и виртуальные добавлять?
Хотя Клочок и пытался меня несколько раз зарегистрировать, называя несовременным. Но мне всё это было не нужно от слова «совсем».
— Понятно, — как-то задумчиво ответила Тарасова.
— А что-то случилось? — решил спросить я.
Каким-то слишком подозрительным показался мне вдруг этот вопрос.
— Нет-нет, — заверила Лена. — Просто спросила.
Я хотел ещё что-то уточнить, но в коридоре послышался какой-то шум, и я поспешил проверить.
Выйдя из ординаторской, я стал свидетелем очень странной картины.
По отделению со всех ног убегал Болотов, и его пытался догнать какой-то высокий мужчина.
— П-помогите! — прокричал Болотов. — Он меня сейчас убьёт!
  
Глава 16
 
Я уже скоро совсем перестану удивляться чему-либо в этой клинике. Пропавшие направления и препараты, спорящие соседи по палате, споры и опросы, бегающие по отделению пациенты… Не скучно, это точно!
  
— Костя, п-помоги, — Болотов добежал до меня и спрятался за спину. — П-пожалуйста!
— Так, стоп, — резко сказал я пациенту, который начал стремительно приближаться. — Иначе я сейчас санитаров вызову, и вам успокоительное насильно введут. Что здесь происходит?
На психа этот мужчина не похож. Скорее похож на сильно рассерженного человека, который привык все проблемы решать одним способом. Грубой силой.