Гений Медицины (СИ)

  
Гений Медицины
   
Глава 1
 
— Только один из вас получит работу в этой клинике, — заявил наш руководитель Михаил Анатольевич Зубов. — И я сделаю всё, чтобы это место занял достойный интерн! Это престижная должность, и я не позволю, чтобы она досталась какому-то проходимцу!
  
Сказав это, Михаил Анатольевич посмотрел на меня. Из всех присутствующих статус моей семьи был ниже всех. Из-за этого и отношение было предвзятым.
Ещё на вступительных испытаниях Михаил Анатольевич прямо сказал, что мне просто повезло.
Однако везение здесь ни при чем. Сыграли роль знания из прошлой жизни.
Всего нас было пятеро, лучшие студенты академии, которые смогли получить места в интернатуре в элитной клинике «Империя здоровья».
— А все остальные? — робко поинтересовался один из интернов, Евгений Болотов.
— Я ждал этого вопроса, — хмыкнул Зубов. — Остальные пойдут лесом, так понятнее? Я могу выразиться ещё конкретнее, но пытаюсь быть с вами максимально вежливым, чтобы не ранить ваши неокрепшие врачебные сердца.
Сколько сарказма он поместил в одно предложение. Болотов сжался и торопливо закивал.
— У вас три месяца, чтобы доказать мне свою полезность, — добавил Зубов. — Но если четверо из вас докажут свою бесполезность быстрее — я буду только рад. Всё понятно?
— Да, — кивнули ему в ответ. Кто-то — неуверенно, кто-то — решительно.
Я смотрел на четырёх своих конкурентов. Каждый из них много работал, чтобы попасть в интернатуру именно сюда. А для этого мало иметь связи среди аристократов. Всем нам приходилось сдавать вступительные испытания, думая своей головой.
Каждый из нас не согласится просто так сдаться после такого пути.
— Тогда держите первого пациента, — Михаил Анатольевич протянул нам тонкую историю болезни. Грубо говоря, один только заглавный лист. — Левашов Денис Иванович, седьмая палата. Опросить, осмотреть, поставить диагноз, расписать лечение. Потом прийти ко мне, выслушать ошибки, опозориться.
Я первым протянул руку и забрал у наставника историю. Опозориться, как же. Не в этой жизни. Не для того я год готовился к этому моменту, вытаскивая предыдущего владельца этого тела из полной ж…
В прошлой жизни я был величайшим лекарем, основоположником главных догматов. Я первый в истории дошёл до ранга абсолюта среди целителей. Под моим контролем лекарское дело процветало, и большую часть заболеваний удалось уничтожить.
Быстрое развитие ремесла не всем оказалось по душе, и я помешал планам одной влиятельной алхимической гильдии, снизив их приток покупателей. Они подослали мне убийцу под видом ученика, зная, что я никогда не откажу в передаче знаний другим. И… одной тёмной ночью он меня и убил.
Но с тех пор потомки пошли по другому пути. Стали лечить болезни лекарствами куда охотнее, чем магией. И она стала угасать… Появились новые недуги.
Год назад я очнулся в теле Боткина Константина Алексеевича. Студента шестого курса врачебной академии, который был на пороге отчисления.
Памяти предшественника не осталось, но благодаря интернету я смог быстро адаптироваться. Пришлось пересдавать абсолютно все предметы, чтобы получить место в этой интернатуре.
Мне больно смотреть на происходящее сейчас. На то, что сделали с моим наследием. А потому, переродившись в этом теле, я вновь занялся медициной.
— Михаил Анатольевич, у нас будет один пациент на пятерых? — снова раздался робкий голос Болотова.
По краю лезвия прям ходит.
— Мне и перед ним-то неудобно, что отдаю его на растерзание полуврачам, — отозвался наставник. — Не прибейте мне хотя бы одного!
Много чего мог бы ему ответить, но лучше показывать что-то делом, а не словами. Так что я просто развернулся и отправился на поиски седьмой палаты. Остальные интерны поплелись за мной.
С учётом того, что «Империя здоровья» являлась крупнейшей клиникой, а экскурсию Зубов нам провести не соизволил, поиски палаты уже превратились в настоящий квест.
Терапевтическое отделение, куда нас распределили, занимало целых два этажа. Холлы с мягкими диванами, процедурные кабинеты, палаты…
— Заблудились, молодёжь? — окликнул нас бодрый женский голос.
Мы обернулись и увидели невысокую черноволосую женщину, одетую в медицинскую форму. В руках у неё был поднос с лекарствами.
— Нам нужна седьмая палата, — ответил я. — Мы интерны, с сегодняшнего дня приступили к работе.
— Да знаю я, Зубов мне уже все уши прожужжал, — отмахнулась она. — Полдня вчера придумывал планы, как поскорее избавиться от вас. Ну да вы не обращайте внимания, такой уж он человек. А седьмая палата прямо по коридору и направо, не пропустите.
— А вас как зовут? — обратился к ней ещё один интерн, Роман Соколов.
— Ольга Петровна я, старшая медсестра отделения, — представилась женщина.
Соколов ловко подскочил к ней и одним движением забрал поднос из её рук.
— Чудесно выглядите, — прощебетал он. — Давайте я вам помогу. Негоже такой прекрасной женщине таскать такие тяжести.
Он в своём репертуаре. Это можно было бы расценить как добрый благородный жест, если бы я не знал Соколова. Всё, что он делает — это всегда часть какого-то плана. Чаще всего максимально простого и выгодного.
Так, сейчас он хочет подмазаться к главной медсестре, чтобы в будущем получить от этого какие-то преимущества.
Подобным образом он сдал один из итоговых экзаменов в академии, как рассказала нам его одногруппница на вступительных испытаниях в эту клинику. Закрутил роман с преподавательницей из комиссии и расстался с ней сразу после выпуска. Получил максимальный балл. Вот неожиданность.
— Да сама я донесу, — ответила ему Ольга Петровна. — Идите к пациенту, нечего его ждать заставлять.
А она тоже не так проста, как показалось изначально. Ловко вернула поднос себе и гордо удалилась, оставив растерянного Соколова позади.
— Пойдём, — сказал я, устав наблюдать за всей этой сценой.
Но не успели мы пройти и пяти метров, как из ближайшей палаты выбежал пациент. Размахивая руками, он прокричал:
— Это всё ты! Ты спал с моей женой!
Он указал на Павла Шуклина, ещё одного интерна, оставляя всех наблюдателей в полном замешательстве. Кроме меня…
— Что? Вы меня с кем-то спутали, — сразу отреагировал Шуклин.
Пациент ринулся на интерна, намереваясь вступить с ним в драку.
Но кулак остановился в пяти сантиметрах от лица Шуклина. Я перехватил мужчину за запястье.
— Как? Ты же дальше всех стоял… — Шуклин поднял на меня удивлённый взгляд.
Но вместо ответа я окликнул медсестру:
— Галоперидол внутримышечно один кубик, срочно! И позовите психиатра.
Пока я держал пациента, медсестра вколола нужный препарат. Тут подоспели и санитары, перехватив уже вялого мужчину и уводя в палату.
Лекарь-психиатр быстро вправит ему мозги. Но сначала выяснит из-за чего появились эти бредовые мысли. Если, конечно, они таковыми являются.
* * *
Барон Жуков уже тридцать лет занимался археологией. По своей специальности он был алхимиком: искал забытые древние рецепты и воплощал их в жизнь.
Сейчас он сидел в своей палатке на очередной экспедиции в Римской империи. Полжизни он потратил, чтобы найти его… И уже был готов смириться с очередной неудачей, как в палатку вбежал младший помощник:
— Михаил Игнатьевич! Мы раскопали тело!
— Что? То самое тело⁈ — барон Жуков не поверил своим ушам.
После стольких лет поисков! Неужели⁈ Он должен лично увидеть его и убедиться.
Михаил Игнатьевич вскочил со своего места, разом забыв обо всём, о чём думал до этого.
  
— Показывайте, где нашли! — велел он.
Юный помощник быстро отвёл руководителя на раскопки, где уже собралась вся команда археологов. Они расступились, пропуская профессора.
Михаил Игнатьевич остановился у ямы. Время было позднее, но помощники умело расставили световые кристаллы. Останки освещались так же точно, как днём.