Третий флот (СИ)
Глубокой ночью, лишая офицеров заслуженного отдыха, генерал Ли созвал совет. Традиционные отчеты о потерях, о состоянии подразделений. Нелегко далось это сражение Армии Старого Владыки: почти тысяча убитых и раненых. И всё — исключительно из-за того, что они не были готовы к бою со слонами. Гванук рассказал о принятых им решениях и о том, как гренадеры могли бы противостоять элефантерии в будущем. Ли Чжонму эту мысль сразу записал.
На совещании Гвануку стал более понятен и общий ход боя. Оказывается, отступление Дуболомов в центре было запланированным. Генерал организовал его, едва понял, что пушки на большом расстоянии слонов поразить не способны. Мушкетеры буквально подвели монстров под центральные батареи, которые прекратили стрельбу и тщательно наводили пушки на приближающихся слонов. Поговаривали, что несколько орудий генерал Ли нацеливал лично.
А вот левофланговый ротавачана канониров вышел слонам во фланг по личной инициативе. Ли Чжонму похвалил парня и повернулся к Сун Чахуну:
— Отдай ему под командование сухопутный полк! Хватит держать всё в своих руках! Ты бригадир и должен смотреть шире!
Правый фланг, где стояли минцы, на самом деле, почти рухнул. Солдаты бригады Шао не бежали при виде чудовищ, хотя, слоны для них тоже оказались в диковинку. Но остановить их им было нечем, так что пришлось отступать в бессилии. Почти половину людей бригадир Хун Бао отвел на болота, куда слоны идти не решились. Там минцы совместно с лучниками Гото Ариты успешно отбивали атаки сингальской пехоты, а потом перешли в наступление вместе с конницей, которая именно с правого фланга начала атаку.
Получается, что левофланговые слоны — единственные, кто уцелели в завершившейся битве. Около трех десятков их бежали, куда глаза глядят — даже погонщики не могли успокоить взбешенных и перепуганных зверей. Всего же, в сражении участвовало 160 слонов.
«Надо же, — неприятно удивился Гванук. — А мне казалось, что их было гораздо больше».
— Ладно, — хлопнул ладонью генерал. — С текущими делами покончено. Теперь перейдем к главному вопросу.
И в походный шатер вошел… Рамаканну Муккувар! С ума сойти, оказывается, раджа Батикалоа в день сражения был здесь? Статный владыка прошел на предложенное ему место и сел так, что спина его оставалась строго вертикальной. В своей аристократичной позе цейлонский князь невольно возвышался над всеми.
— Вы спасли нас, — без долгих предисловий начал он. — Доказали свою силу, разбив столь могучее войско… Не обольщайтесь, это далеко не все силы Котте, но… но ничего подобного я раньше не видел. С этого дня я — ваш верный друг и союзник. Мои силы, мои богатства — я всё готов отдать на нашу общую борьбу.
Гванук с радостью услышал и о первом, и о втором. Что ни говори, а в Сингапуре они уже привыкли, что на любые военные задачи деньги у них есть. Теперь же приходилось затянуть пояса. Силы — тоже дело хорошее. Не войско раджи — у бригадира О уже сложилось не очень лестное мнение о цейлонских воинах. Однако, в недавней битве Армия Старого Владыки понесла заметные потери — нужно восполнять. Требуются рекруты, нужно снова налаживать систему обучения и тренировок.
«Батикалоа станет неплохой базой для этого» — улыбнулся Гванук.
Но раджа еще не закончил.
— Сейчас, когда главные силы Паракрамабаху разбиты, многие княжества Ванимай захотят сбросить иго Котте. Кроме одного. Я предлагаю нам вместе объединиться и нанести по нему удар. Ибо это владение обречено на самую несчастную судьбу. Не так давно, в счастливые времена, княжество Путталам процветало под властью Муккуваров. Мудрые господа заботились о тучности полей, вели торговлю, добывали жемчуг в щедром заливе Маннар…
Его речь начала превращаться в исполнение сказочной баллады… Гванук уже начал позёвывать, но раджа сменил тональность.
— Конечно, подлому Паракрамабаху такое не могло быть по нраву. Несколько лет назад подговорил он Караияров с западного берега острова, нанял Караияров из Тамил Нада, чтобы они захватили чудесный город. 7700 Караияров взяли в руки копья и мечи, семь вождей повели их в поход, а главным среди них был Маника Талайван. Муккувары сражались, как львы, но силы были слишком неравными. И, хотя, сам Маника пал в битве с ними, в итоге Караияры захватили Путталам. А подлый Паракрамабаху настолько не скрывал свое участие в этом, что даже усыновил детей Маники. Говорят, что старший из них — Сапумал — уже ходил с приемным отцом в военные походы… Впрочем, я отвлекся. Я предлагаю нам объединиться и освободить Путталам от Караияров, нарушивших законный порядок.
Это было интересное предложение. Но Гванук печенкой чуял какую-то недосказанность.
— Сиятельный Рамаканну. Ты рассказал о несчастьях неких Муккуваров, но ведь и твое полное имя — Муккувар. Значит ли это, что Караияры изгнали твою собственную семью? Или племя?
Раджа удивленно округлил глаза.
— Что? Нет, конечно. Муккувары живут по всему побережью Цейлона… Кроме юга, конечно. И теперь — кроме запада. Я — Муккувар по рождению. И они были Муккувары по рождению. Это каста, — закончил он пояснение совершенно незнакомым словом.
Видимо, почувствовав всеобщее недоумение, Рамаканну добавил:
— Странно, что вы этого не понимаете. Муккувары — это люди. Люди, объединенные судьбой, ниспосланной богами. Дхарма обязывает нас следовать судьбе. Своему предназначению. В этом-то и было нарушение высшего закона: Муккувары всегда были высшей кастой на обоих побережьях, все правители были из нее. Мы плаваем, мы ловим жемчуг, мы — хозяева земли. Разве что в Джафне земли находятся у касты управителей вод Веллаларов. Но Караияры порушили дхарму, захватили власть в Путталаме. Они, конечно, тоже почтенная каста, но это нарушение воли богов.
— Прости, сиятельный, мою несведущность, — неуверенно продолжил Гванук, но, буквально, почувствовал всеобщую поддержку. — Каст… несколько? И люди, входящие в них, могут заниматься только одним делом?
— Всё верно, славный воин, — с вежливой улыбкой кивнул раджа (а Гванук почувствовал себя ребенком, прочитавшим детский стишок). — Каст много. Есть касты людей благородных и достойных людей. Веллалары, Паллары, Налавары и Ковияры — почтенные владельцы земель. Но у каждой из этих каст есть своя уникальность: первые владеют поливными землями, вторые — работают в низинах, третьи — хозяева пальмовых плантаций и делают вино, четвертые служат при храмах. Есть Коллары — кузнецы, есть Татчары — плотники. Ремесленники — уже не столь уважаемые касты. Но есть и еще более низкие: Турумбары — это прачки, Ваннары — слуги. Каст не меньше двух десятков…
— И рожденный в одной касте не может заниматься ничем другим? — уточнил генерал.
— Ибо так разумнее всего, — кивнул Рамаканну. — Тот, чьи предки растили рис, будет хорошо растить рис. Тот, чьи предки умело управляли кораблями, отлично поставит парус. А если это поменять?
— Кто знает, на что нас всех уготовил Бог? — пожал плечами Ли Чжонму и указал на Гванука. — Видишь этого юношу? Восемь лет назад он был слугой. А сегодня стал одним из лучших моих полководцев. Вчера он первым придумал, как разгромить ваших жутких слонов.
Раджа Рамаканну Муккувар по-новому посмотрел на бригадира О. И Гванук сразу почувствовал что-то неприятное в этом взгляде.
— Не стоит мне говорить плохое нашим защитникам и союзникам… но боги не прощают обмана. Лишь стойкое следование пути дает душе возможность восхождения в океане сансары. Кто примет карму текущего бытия — в следующем перерождении возвысится. А кто пытается сломать законы судьбы… — правитель виновато развел руками, мол, всё и так понятно. — Кастовое общество — наиболее разумная форма существования. Недаром, даже у сингалов, не чтущих истинных богов, всё устроено точно также. У нас Веллалары, у них Гоигамы. У нас пальмовый сахар делают Кантарсы, у них — Вахумпуры. У нас барабанщики Параияры, у них — Берава. Слуги тоже есть у обоих народов — Ваннары и Амбаттары. Знаете ли вы, что, несмотря на вражду между народами, тамильский Веллалар может взять жену из сингальских Гоигам? В этом нет искажения дхармы. Но даже простой и бедный Муккувар ни за что не женится на девушке Ваннар из своей же деревни.