Третий флот (СИ)

Он не прощался с Сингапуром. Генерал Ли смотрел исключительно на покрытые пенистыми барашками воды Большого Пролива. Он был весь уже ТАМ…
— Бригада Звезды полностью размещена, мой генерал! — бодро отрапортовал Гванук. — Какие будут приказания?
— Никаких, — пожал плечами Ли Чжонму. — Ты же знаешь: на море командует Чжэн Хэ. Мы так договорились. Мне — Армия, ему — Флот. Сейчас его время.
  
Бригадир О на несколько вдохов молча постоял рядом с начальством, не зная, как продолжить разговор. Попрощаться и свалить в каюту?
— Хотя, погоди… — генерал взял его под локоть и отвел в сторонку. — Смотри…
В его пальцах появилась маленькая круглая медная подвеска. Простенькая круглая плашка с тремя (почему-то) дырочками. На лицевой стороне подвески — литая лошадка. Плохонькая работа, мастера Цитадели плевались бы от такой.
— Полтора года назад в мою спальню проник ниппонский шиноби, — буднично произнес Ли Чжонму, а юноша вздрогнул, вспомнив этих страшных убийц с почти забытого Тиндэя. — Но он не лишил меня жизни. Наоборот, предложил мне службу. И он неплохо служил мне, если ты понимаешь, о чем я.
Гванук задумался… и вдруг понял! Полтора года назад. Как раз примерно тогда был обнаружен тайный лагерь Девяти Царств, а потом и большой лагерь их войска. Невероятные сведения, которыми владел главнокомандующий, просто поражали… Теперь понятно, откуда он их черпал!
— Он на многое открыл мне глаза. На проворовавшихся людей Толстяка, на слишком наглые махинации Полукровки. Этот человек известен под именем Эйдзиро Тоно. Но я зову его Буцефалий.
Гванук почесал затылок. Знакомое имя!
— Погоди, сиятельный! Это не тот ленивый стражник, которого разжаловали в обслугу?
— Тот самый, — кивнул генерал, показывая рукой, что говорить надо тише. — И сейчас он стал матросом на «Бесконечном пути». Дело в том, что Буцефалий создал целый тайный клан… Как он говорит: для службы мне. Это шпионы, убийцы… Я не знаю, кто в него входит. Это может быть твой личный денщик или… Гото Арита! Кто угодно. Этот клан и в правду мне помогает. Но я совершенно не контролирую их. А я очень не люблю то, что не могу контролировать.
Он снова повертел подвеской.
— Единственное, что я знаю — у каждого члена этого клана есть такой знак. По нему они опознают друг друга. И я могу опознать, если кому-то приспичит ко мне обратиться, — Ли Чжонму повернулся к бригадиру. — Мальчик мой. Во всем этом мире я никому не доверяю так, как тебе. Я прошу тебя: займись поисками этих людей. Тихо, осторожно. Если кого-то привлечешь к поискам — то самых надежных людей. Найди моих шиноби. Я хочу знать, кто входит в этот клан. Хочу иметь возможность остановить их… если ситуация выйдет из-под контроля.
«Дивные дела!» — мысленно протянул Гванук, но вслух твердо сказал:
— Сделаю, сиятельный!
Хотя, пока даже не представлял, как к этому подступиться.
Этой ночью, от новых сведений, спалось ему плохо. А уже утром Чжэн Хэ отдал приказ — и Золотой Флот двинулся в великий Западный поход.
Первую неделю он, конечно, не выглядел великим. Корабли шли по знакомому Проливу, отлаживая движение строем. Остановку сделали в Ачехе, на самом краюшке Суматры. Пополнили запасы свежей воды…
И ушли в бескрайнее море. Вернее, сначала поднялись к островкам Никобар, а уже после них развернулись строго на запад — и всё. Началось одно сплошное, бескрайнее море. Долгие недели пути, когда даже непонятно: движешься ты или стоишь на месте. Вообще, можно было бы и быстрее двигаться, но море неумолимо растаскивало корабли Золотого Флота в разные стороны. Чтобы не потеряться, каждые два-три дня флагманы делали остановку. Разворачивали ребристые паруса вдоль ветра, сбрасывали гигантские якоря — и ждали, когда все к ним подтянутся.
В такие часы отдыха командующие собирались на «Вечной Весне Неба» (в походе флагман адмирала считался главным) и обсуждали будущее. Опыт Чжэн Хэ тут был бесценным, ибо он не раз бывал на Цейлоне. И даже, как оказалось, воевал там!
— На острове есть два царства, достойные внимания, — сочным басом повествовал евнух-адмирал. — На севере лежит Джафна. Народ там говорит на тамильском языке, веруют они в своих богов: Шиву, Вишну и прочих. На юго-западе — Гампола. Там все говорят по-сингальски, люди же, в основном чтут Будду. Между ними имеется горстка мелких княжеств того и другого языка и самых разных верований. Есть даже немного мусульман.
— И какое из них нам лучше врагами избрать? — уточнил Ли Чжонму.
— Я бы предложил объединиться с Гамполой против Джафны. Последняя, насколько мне известно, в далекие времена была частью империи Чолы, против которой ты и затеял поход.
— Не надо ухмыляться, адмирал. После отплытия из Сингапура можешь забыть про все мои слова о мести Чоле. Есть другие аргументы? Более практичные.
— Есть, — Чжэн Хэ посерьезнел. — Мой флот бывал на Цейлоне 19 лет назад. Тогда Гампола находилась в совершенно расстроенном состоянии. Джафна давила на нее с севера, а местные князья совершенно не слушались своего правителя. Один из них — Вира Алакешвара, раджа города Котте, даже захватил верховную власть в стране. Мы тогда не нашли понимания… В Гамполе находилась святыня — зуб Будды. Я потребовал, чтобы такая ценная вещь была передана империи. Но Алакешвара напал на нас, прогнал на корабли.
Чжэн Хэ сам не заметил, как начал улыбаться от воспоминаний.
— Нельзя так поступать с империей… Мы вернулись через три года, я высадил наши отряды — и мы пленили Виру Арамешвару. Я лично нашел внука последнего законного царя Гамполы — юного Паракрамабаху — и предложил местной знати возвести его на престол. Так были восстановлены законность и порядок. Я думаю, правитель Гамполы сохранил нам благодарность. К тому же, мы можем быть ему полезны в войне с Джафной. Слабый правитель всегда может быть полезен.
— Шестнадцать лет назад, — протянул Ли Чжонму. — С тех пор многое могло поменяться.
— Шесть лет назад мы не заходили на Цейлон, — пожал плечами адмирал. — Но я слышал наверняка, что Паракрамабаху всё еще оставался у власти. Так что мое предложение в силе…
— Погоди, адмирал! — улыбнулся Гванук. — А что с зубом-то стало? Ты одного царя пленил, второго усадил — не за просто так же? Что с зубом?
— Зуб Будды пропал, — резко рыкнул евнух, давая понять, что больше ни слова не скажет.
Но через несколько дней Гванук всё же попытался его разговорить. Бессмысленно… Ну, а что делать, когда уже более двадцати дней одно только море и ничего кроме моря? Хорошо генералу: он планы строит. А что делать бедному несчастному бригадиру О, который, по глупости своей, даже от Белки избавился? Только стоять на носу «Драгоценности» и высматривать землю.
 Глава 27 
— Где мы?
Вопрос Наполеона утонул в тишине. Золотой Флот достаточно успешно пережил два шторма (правда, старики Армии заявляли, что те не шли ни в какое сравнение со страшным ураганом после Цусимы). Пережил и, наконец, организованно вышел к какому-то побережью. Корабли построились в три линии и пошли вдоль полосы суши в поисках крупного города, пренебрегая рыбацкими селениями. Странное побережье. На многие и многие ли — песчаная полоса, за которой находилась плоская зеленая низменность, а дальше — кажется, снова вода… за которой снова зелень! В конце концов, они добрались до узкого канала, который уходил куда-то вглубь суши, а на его берегу — широко раскинувшийся город. Насколько широко можно раскинуться на узкой песчаной косе.
  
Наполеон вопросительно повернулся к Чжэн Хэ.
— Мне незнаком этот город, генерал. Но думаю, это все-таки Цейлон. Мао Кунь после последнего шторма замерял широту — нас не сбило с курса. Мы по-прежнему на широте острова. Просто мы бывали только на юге и юго-западе, в районе Гамполы. А это, видимо, какой-то город Ванимай — мелких князей. Видишь вон те сужающиеся башни? Это явный ковил — тамильский храм кого-то из их богов.