Третий флот (СИ)

Потери были страшные. Я быстро восполнил выбывших их резервных отрядов и повел десять плутонгов вглубь территории Джелебу. Там, мой генерал, была уже не война, а один сплошной грабеж. Мы жгли их села и выносили всё ценное. То есть, в обратном порядке. А как только услышали о подходе войск других нагари, бежали в родные болота.
Зато добычи было столько (по местным меркам), что все выжившие стали героями народа семаи. Сбылось пророчество Токетока (только не говори ему этого — ты и так его испортил) — так что в наши резервные плутонги снова повалили добровольцы.
  
Дав трехдневный отдых войскам, заменив раненых свежим пополнением, я повел егерей на Паханг. На войну теперь уже просились! Так что я взял двенадцать плутонгов, хотя, войско это еще очень «сырое». В землях пахангов нас, конечно же, преследовал успех. Правда, недолгий: на этот раз соседи ждали удара и прислали им подмогу быстрее. Но пограбить врага мы успели.
По итогу: полк крепнет, потери велики, но все восполнены. А войско в Клуанге вряд ли получит ополчение Джелебу. Не исключено и то, что паханги сами вернутся домой, ведь горят их собственные дома.
Жду дальнейших распоряжений, мой генерал!
С наилучшими пожеланиями, полковник О'.
Это письмо Наполеон прочитал вслух на заседании штаба; со всеми хамскими и дурашливыми оборотами Гванука. Офицеры слушали в тишине и с завистливым блеском в глазах. Вдруг Ли Сунмон встал на ноги, переглянулся с остальными полковниками и решительно заговорил:
— Мой генерал! Мы тут… многое обсуждали все эти дни. Не может и не должна Армия Старого Владыки позорно отсиживаться в обороне! Не этому ты учил нас, сиятельный. А… после такого письма… Мой генерал, нам нужен другой план войны!
…На многолюдной площади возле северо-западной гавани, в самый разгар торжища, разворачивалось представление. Представители «старых людей», разряженные в пух и перья (и шкуры, и клыки, и когти) выстроились рядком напротив света Армии Старого Владыки. Разумеется, во главе с самим «сиятельным Ли Чжонму».
— Мы — Отцы славного народа Оранг Асли — пришли сюда, дабы просить справедливости! Нечестивые Девять Царств вот уже сто лет притесняют нас, отнимают наши исконные и законные земли, убивают наших сыновей, жен и отцов! Мы пришли, дабы просить Сингапур о помощи и защите! Ибо сами боги видят, что правда на нашей стороне!
Многосотенное людское море (где собрались многие западные торговцы с султанатов Суматры, из Малакки и даже далекой Индии) взволнованно зашумело.
— По вашей просьбе, по воле богов и во имя справедливости! — Наполеон почти орал заученные слова. — Мы дадим вам помощь и защиту!
Вот так. И неважно, что в роли «Отцов Оранг Асли» выступили егеря из канаков, джакунов и еще нескольких племен. Неважно, что никакого «народа Оранг Асли» вообще не существует, а есть кучка малосвязанных небольших племен. Важно то, что сотни глаз видели, а сотни ушей слышали: Нагари Сембитлан — агрессоры; Оранг Асли — жертвы. А Сингапур всего лишь помогает слабым.
Во имя справедливости.
Теперь народная молва быстрее ветра разнесет это по всему Проливу. И людям султана Малакки труднее будет обвинить Сингапур в агрессии.
Также неважно, что враги теперь узнают о том, что Сингапур вступает в войну.
Потому что большая часть Армии Старого Владыки уже вчера покинула остров. Сейчас, скорее всего, она уже высаживается с кораблей в верховьях притоков Джохора.
Чтобы защитить добрых и несчастных «старых людей».
 Глава 20 
Барабаны дружно грохнули сложным ритмом по тишине леса — и плутонги егерского полка (который все давно уже прозвали полком Женихов) один за другим начали выходить за границу густых джунглей. Таиться и красться смысла не было — всё равно такую толпу не утаишь. Войско Девяти Царств наверняка знало о том, что неподалеку от Клуанга появился враг.
Оранг асли не имели своих духовых инструментов, так что Гванук ввел в полку исключительно барабанную сигнальную систему. Но и ее местные ребята понимали не особо. По счастью, в каждом плутонге имелось по несколько солдат из Армии Старого Владыки, так что они быстро доносили информацию до остальных.
Полк Женихов начал вторжение в долину Клуанга.
Это была странная местность: на востоке — заросшие мелкой растительностью отроги большого нагорья, на западе — начало бескрайнего лесного океана. А внутри: пологая вогнутая ложбина, где — то тут, то там — торчали одинокие каменные зубья или не менее одинокие пучки деревьев. В основном же — пустое пространство, которое местные, как могли, приспособили под поля.
На западной стороне как раз стоял городок Клуанг, а на восточной — огромный лагерь Нагари Сембитлан. Когда егеря вышли из-под защиты деревьев, они увидели, как внутри этого лагеря просто клубится бесчисленное людское варево. Многие и многие тысячи. Сколько — Гванук и сам не знал. Он очень надеялся, что их прошлые нападения на сембитланцев приведут к тому, что те не решатся уводить ополчения из родных земель. Даже слышал, что, вроде бы, паханги решили вернуться домой для защиты своих селений.
Но сейчас стало ясно видно, что большинство царств-нагари выслали сюда свои войска. Врагов было, по меньшей мере, тысяч шесть-семь. А, скорее всего, еще больше. И полковник О ясно видел страх в глазах многих оранг асли из его плутонгов. Еще вчера они видели свои силы, и им наверняка казалось, что более грозной армии не может существовать… А было их меньше шести сотен. Гванук принял решение взять с собой 17 плутонгов — полностью укомплектованных и наиболее обученных. Три самых «зеленых» остались сторожить лагеря (иначе их свои же семаи разграбят).
Разумеется, лезть на такого врага с имеющимися силами — было верхом глупости. Но генерал Ли в своем последнем приказе написал ясно: на сембитланцев первыми должны напасть именно местные. «Старые люди». Только так предстоящая война примет вид законной и справедливой. Насколько вообще бывают справедливыми войны. Ли Чжонму четко указал день и место, где должен появиться полк Женихов. Как вести бой — уже писать не стал. Но у Гванука и вариантов особо не было: вышел он к долине с севера. Отсюда и атаковать.
Уже один только шестидневный переход дался ему непросто. Заставить всех Женихов вовремя собраться, вовремя выйти, вовремя пройти положенное расстояние — это была непростая задача и для него, и, особенно, для плутовачан — командиров плутонгов. Но они справились. И сейчас старательно отрабатывали приказ Ли Чжонму — на Девять Царств нападали именно оранг асли.
Барабаны грохотали, полк выстраивался на открытой местности, а позади него на лысой каменистой возвышенности в торжественном царственном паланкине восседал Вождь и Генерал Царства Оранг Асли, осененный священным знаменем царства — злобным черным зверем на белом поле. Буоронг Негаке был одним из старейшин общины семаи. Гванук выбрал его, потому что тот лучше всех понимал свою фиктивную роль в этом представлении. Нет, наверняка этот пятидесятилетний мужик не так прост. И надеется с помощью странных людей с Сингапура подчинить своей власти всех семаи, а, может быть, и прочие племена «старых людей». Но в генералы он точно лезть не собирался, оставив реальное командование Гвануку и Торо Минэ. Последние взяли под свое управление левый и правый фланг егерского полка.
  
Зато разряженный в шкуры и перья Буоронг Нагаке сидел на самом видном месте. Его паланкин захватили во время одного из нападений на сембитланцев (кажется, это было транспортное средство какого-то купца), быстро украсили накладками из меди и золота, задрапировали самыми яркими тканями, чтобы тот выглядел «достойно». А «священный флаг» неделю назад нарисовал лично Гванук. Черный зверь стоял на задних лапах, выпустив длинные когти на передних лапах. Его длинный хвост был задран, как дубина, и шерсть на нем торчала дыбом. Зверь стоял меж двух вертикальных полос, которые слегка сходились книзу. Полковник О объяснил всем, что линии символизируют Малайский полуостров и то, что Царство Оранг Асли собирается властвовать на всей его территории. Но он никому не стал объяснять, что грозный черный зверь с хвостом трубой — это всего лишь белка. Ратуфа. Маленький и робкий с виду зверек… Но в определенных условиях он способен своим коготками исцарапать даже спину великого воина.