Третий флот (СИ)

— Значит, так. Мне нужно, чтобы до начала Восьмого года мы знали о них всю необходимую информацию. А до наступления лета обнаружили, разбили, а еще лучше — уничтожили полностью. Это приказ.
Он встал, недовольно отряхиваясь.
— На этом заседание штаба окончено. Я иду спать, и даже не вздумайте меня будить, если у вас нет новостей о враге.
Разбудил его холод стали у горла.
  
 Глава 16 
Кажется, его позвали… Или Наполеон сам открыл глаза? Открыл и замер: изогнутая полоска ножа мягко лежала на его шее. Глаза быстро привыкали к полумраку: в углу спальни ненавязчиво темноту разгоняла масляная лампа. Это он забыл ее потушить или…
— Кто ты?
За кинжалом шла рука, за рукой тело… Почти без доспехов, но в знакомой одежде… А вот и лицо; лицо, подсвеченное лампой, но даже эта помощь не оказалась полезной.
— Да кто ты такой⁈
— Не узнаешь, сиятельный? — убийца слегка улыбнулся, и, словно, волна пробежала по его лицу. Говорил он на отличном французском, может быть, даже лучше, чем Гванук.
— Я узнаю форму роты стражи. Ты убил кого-то из них и так прокрался сюда?
Убийца стер улыбку и нарисовал новое выражение — глупое и счастливое, полное желания исполнять приказы свыше…
— Погоди! Я узнаю тебя. Ты… Про тебя ротавачана докладывал, что ты пропал десять дней назад.
Как же его имя? Наполеон даже забыл о кинжале — так сильно разозлился на себя. Он же знал всё своё окружение поимённо. А этот дурковатый солдат, кажется, в страже уже давно… Кажется…
— В Цитадели меня зовут Эйдзиро Тоно, сиятельный. Но это не мое имя. И, как ты уже сам понимаешь, я — не твой стражник Эйдзиро.
— А кто же ты?
— Если ты проявишь благоразумие, господин, и не станешь кричать, я отведу сталь от твоей шеи и расскажу.
— Обещаю, — этот фальшивый стражник явно не планирует его убивать… у него какие-то другие цели. Надо подыграть.
Кинжал тут же скрылся в складках одежды.
— Я не Эйдзиро Тоно, но имя мое тебе знать нет нужды. Моя семья живет в провинции Ига. Ты вряд ли знаешь о ней, господин. Но тебе стоит знать, что испокон веков в ней власть имели не даймё, а шиноби. Я — воин тени.
Наполеон вздрогнул. С этими тайными убийцами ему уже не раз приходилось сталкиваться. Но где и когда⁈ На Тиндэе, лет пять назад. Неужели мстительные аристократы Ниппона захотели добраться до него даже здесь?
«Стоп! — остановил он себя. — Этот парень служит в роте моей личной охраны из полка Монгола. А туда не берут кого попало».
— Не мучайся, я сам тебе всё расскажу, — улыбнулся воин тени, опять изменив свое незапоминающееся лицо. — Сёгун обратился к моей семье с заказом на убийство заморского генерала Ли Чжонму. И семья послала на Тиндэй меня. Изучив обстановку, я под видом беглого асигару вступил в Армию Старого Владыки. Стало понятно, что сторонним людям подобраться к тебе нелегко. И я решил стать твоим охранником. Правда, сначала попал в полк Ли Сунмона.
Убийца тяжко вздохнул.
— Это был хороший план. Медленный, но надежный. Однако, мне не повезло: именно тогда ты посадил всё войско на корабли и увез его неизвестно куда… — шиноби хихикнул. — Но мой приказ никто не отменял. Я верно служил полковнику Ли Сунмону, показывая свою полезность. Тогда мне требовалось быть ярким и заметным. На Формозе, при разгроме пиратов Гаосюна, я совершил немало подвигов. И как раз тогда в роте твоей охраны скоропостижно скончался один из воинов, а я в доверительной беседе рассказал полковнику, как мечтаю своей грудью прикрывать генерала от всех опасностей… — снова тихий смешок. — На Лусоне я попал в твою роту стражи.
Воин тени всё время сидел абсолютно неподвижно, так что внезапный жест — он почесал левой рукой плечо — заставил генерала вздрогнуть. Такой обычный, человеческий жест этому воину совсем не подходил.
— Моя цель становилась всё более достижимой. Через какое-то время за мной перестали следить, я оказывался в караулах, где мог бы безнаказанно убить тебя, господин. Убить и уйти… Но мы находились уже за полмира от моей Иги. Куда я подамся потом, как моя семья узнает, что я не предал ее, а выполнил требуемое? И нужно ли его выполнять, если ты, генерал, и вся твоя армия давно покинули Ниппон?.. В общем, у меня изменились цели.
На Наполеона опять смотрел совсем другой человек. Вроде бы, все черты те же, скудные, малоприметные — а человек опять был совсем новый — жесткий, решительный. Пугающий.
— Уже несколько лет я от чистого сердца служу твоему делу, сиятельный. Ведь только так можно было попасть в твое ближнее окружение. Здесь нельзя быть верующим наполовину. Иногда мне кажется, что я слишком вжился в эту роль…
У Наполеона замерло сердце. Кажется, сейчас с ним будут торговаться.
— И чего же ты хочешь? — осторожно спросил главнокомандующий.
— Исполнить волю моей семьи, — прошипел шиноби.
В тот же миг рука его метнулась с неразличимой стремительностью, а шею Наполеона ожгла лютая боль!
— Ты!!!… — заорал он, но сильная (маленькая, но очень сильная!) рука стиснула его рот.
— Тише, господин. Ты же обещал не шуметь.
Наполеон испуганно схватился ладонью за шею. Та враз намокла от крови, но… но он толком не нащупал раны. Кривой кинжал пролетел стрижом в темноте и чиркнул ровно настолько, что рассек самый верхний слой. Кровь пошла, но шея практически цела. Хотя, боль такая жгучая!
— Идиот! Ты мог промахнуться.
— Меня учили не совершать таких ошибок.
«Ладно, Эйдзиро или как там тебя, ты показал, что очень умелый убийца. И что дальше?».
— И что дальше? — просипел он, всё еще боясь убрать ладонь с шеи.
— Я исполнил поручение моей семьи. Я добрался до тебя, генерал, пустил твою кровь, и могу уйти также безопасно, как и пришел. Моей семье не в чем упрекнуть меня. И дальше, — он выделил последнее слово. — Я ухожу из нее. Мои долги уплачены, мои обязательства исполнены. Так что дальше я обращаюсь к тебе, генерал. С нижайшей просьбой: позволь мне основать новый клан шиноби. Который будет служить исключительно тебе.
Наполеон опешил. Да, он подозревал, что убийца захочет служить ему. Но создать целый клан! Тайную организацию!
— Понимаю твое молчание, господин, — опять глупо хихикнул воин тени. — Что ж, я подготовился. Ведь недаром, я пришел к тебе именно сейчас. Когда ты и твоя Армия оказались в трудной ситуации. Подожди.
Шиноби поднялся с колен и бесшумно удалился куда-то за кровать. Наполеон спешно сел в постели и услышал какой-то глухой скрип. Как будто, заработали жернова. Потом в темноте послышалось сопение и пыхтение.
«Неужели воин тени не может быть бесшумным?» — задался вопросом генерал, но тут же сам обнаружил ответ. Убийца тащил за собой другого человека. Тот был связанным, практически голым (кроме набедренной повязки и каких-то сандалий). А еще про таких говорят: на нем живого места нет. Весь в кровоподтеках и порезах, синюшный и опухший. Видно, что человек уже смирился с болью, но невольно постанывает, покряхтывает.
Шиноби усадил пленника перед генералом, вынул кляп изо рта.
— Помнишь, что будет, если ты зашумишь? — незнакомец испуганно задергался и кивнул. — Самое главное — это всё равно тебе тут уже не поможет. Перед тобой — владыка Сингапура. Расскажи ему, кто ты. Только тихо.
Тяжело дыша, пленник разлепил опухшие и багровые губы.
— Меня зовут Масхи Келанг. Я лесной воин из нагари Джохол, — он говорил на очень странном, но понятном наречии мелайю.
— Ты не всё сказал, — воин тени говорил мягко, почти нежно.
— Я командовал отрядом, который нападал на Сингапур! — заученно и крайне испуганно протараторил полуживой Келанг.
  
Вот это да… Наполеон переводил взгляд с одного незваного гостя на другого.
— Я решил доказать тебе свою полезность делом, господин, — кивнул убийца. — Дюжину дней назад я покинул остров, чтобы найти логово врагов. И я нашел его. Примерно, в 30 ли к северу, за нежилыми лесными зарослями возвышается каменная гряда. Из мягкого камня — она вся источена пещерами. Вот там есть временный лагерь наших врагов. Я наблюдал: там обитает менее сотни бандитов. Но иной раз может собраться и до трех сотен. Тогда я высмотрел их старшего и забрал.