Приют Русалки
– Вам не хватает целых трех трупов для работы? – Ху выпучил глаза. – К тому же после такого прилива воды никаких следов не осталось – ни хрена мы там не найдем!
Ван Сяньцзян замолк, опустив веки.
– Кстати говоря, а вы ничего не обнаружили, когда спускались?
Сяньцзян покачал головой. Это заставило заместителя Ху вспылить еще больше:
– И что это значит?!
Тай Вэй осторожно вклинился в разговор, взглянув на Ван Сяньцзяна:
– Нельзя сказать, что мы совсем ничего не нашли…
– Снова ты за свое, я же говорил тебе… – на выдохе произнес Сяньцзян.
Заместитель Ху сдвинул брови:
– Не томи, что там у тебя?
– Школьный значок, – голос Тай Вэя звучал еще более неуверенно. – Четвертая школа…
Ху застыл в своем кресле:
– И какие же у тебя подозрения на этот счет? Какой-то школьник провалился в канализацию?
Тай Вэй начал, заикаясь:
– Я… думаю…
– Это все хрень собачья! – Терпение заместителя лопнуло. – В какой семье не побегут заявлять в полицию о пропаже ребенка? Ты проверял журнал учета?
– Проверял, – он говорил все тише, – ничего нет…
– Поэтому вы и принесли этот долбаный школьный значок, чтобы стоять тут и дурачить меня? – Ху хлопнул ладонью по столу. – Лао Ван, твой ученик совсем без мозгов? Если он ничего не может – тогда быстро заменяйте его другим!
– Я с ним поговорю. – Ван Сяньцзян поспешно поднял руку, чтобы разрядить обстановку. – Он еще совсем молод – опыта мало…
Заместитель Ху хмыкнул и, поднявшись, вышел из кабинета.
За длинным столом остались только Тай Вэй и Ван Сяньцзян. Последний, скрестив руки на груди и свесив голову, неотрывно смотрел на поверхность стола. Тай Вэй же робко начал:
– Учитель, я…
– Скажи, ты сможешь еще раз достать то оборудование? – У Ван Сяньцзяна и в мыслях не было обвинять его, но вид его был глубоко задумчивый. – Весь город, мать его, напичкан камерами. Никто не сможет ускользнуть от нас.
Тай Вэй опешил:
– Я… попробую достать.
* * *Добравшись до своего кабинета, Тай Вэй, к своему удивлению, обнаружил Гу Хао, сидящего за его столом.
– Отец, почему ты здесь?
Он положил папку, которую нес в руках, и принялся расторопно заваривать чай и искать сигареты. Гу Хао остановил его жестом руки:
– Не суетись, я к тебе по делу.
Тай Вэй сел рядом с ним:
– Что случилось?
Гу Хао не торопился.
– Ты очень занят?
– Как сказать… – Вэй горько усмехнулся. – Вроде и очень, но при этом нет ничего стоящего, чем можно было бы заняться.
Он говорил правду: дело об убийстве трех женщин лежало на столе, поэтому не взяться за него не представлялось возможным, но с теми уликами, которые полицейские сейчас имели на руках, было трудно понять, с чего начинать.
Гу Хао нахмурил брови:
– В каком смысле?
– Ничего, у меня есть время. – Тай Вэй хлопнул по коленям, с трудом улыбнувшись. – Говори, отец.
– Можешь ли ты мне помочь… – Не решаясь продолжить, Гу Хао сделал паузу. – Найти ребенка.
– Ребенка? – удивился Тай Вэй. – Какого возраста?
– Это девочка, ей шестнадцать-семнадцать, – задумчиво произнес Хао. – Сейчас вроде во втором классе старшей школы…
На ум Тай Вэю пришла кое-какая мысль – и он усмехнулся:
– А ты, отец, похоже, зря время не терял…
Гу Хао опешил, но тут же пнул крестника по ноге:
– Вот щенок! Что ты болтаешь?
Но Тай Вэй по-прежнему озорно улыбался:
– Неужели твоя внебрачная дочь?
Гу Хао, схватив папку со стола, пригрозил:
– Еще раз будешь нести чушь – прибью!
– Ладно, ладно… больше не буду. – Он достал блокнот с ручкой. – Как ее зовут?
– Не знаю, – произнес Гу Хао, задумавшись. – Возможно, Су Линь или Су-что-то там-Линь…
Тай Вэй поднял голову:
– Ты даже имя ее не знаешь?
Хао вздохнул:
– Она моя соседка. Фамилия ее отца Су, родители обычно зовут ее Линь-Линь, поэтому я и предположил…
Тай Вэй все еще был ошеломлен:
– Она же тебе никто, почему ты за нее так переживаешь? – На его лице снова возникло лукавое выражение. – Соседи, значит… ха-ха!
Гу Хао пришлось кратко рассказать историю знакомства с девочкой, чтобы этот щенок больше не строил грязных догадок.
– Зачем же тратить столько сил на поиски малознакомой девочки? – Тай Вэй поджал губы. – Вполне может быть, что родители отправили ее на экзамены в другой город.
Если б все было так просто… От девочки до сих пор ни слуху ни духу. Ее младший брат, который все время проводит дома, вдруг начал ходить в школу. Родители ведут себя весьма странно… Более того, та девочка у ворот школы явно врала ему.
– Можешь думать, что мне на старости лет нечем больше заняться… – Гу Хао прикрыл глаза. – Просто скажи: поможешь или нет?
– Помогу, – заметив, как мрачнеет лицо старика, незамедлительно ответил Тай Вэй. – А как помочь-то?
– Если девочка и правда перешла в другую школу, значит, ее родная школа проводила оформление каких-то документов… – Хао сделал паузу. – Придумай любую причину, но обязательно проникни туда и узнай, было ли это на самом деле.
Тай Вэй внимательно смотрел на него:
– А потом?
– Если это правда, значит, можешь считать меня слишком мнительным; если же нет… – Гу Хао резко замолк, глядя на Тай Вэя.
– Хорошо. – Тот, поведя плечами, вновь взял шариковую ручку. – Какая школа?
– Четвертая.
Ручка остановилась в паре сантиметров от бумаги. Тай Вэй медленно поднял голову, в растерянности посмотрев на Хао.
– Четвертая?..
– Ага… – Гу Хао немного озадачила его реакция. – А что такое?
Вэй выдвинул ящик и, достав оттуда пакет с вещественными доказательствами, положил перед Гу Хао. Это был тот самый значок четвертой средней школы.
– Это же…
– Отец, я думаю, мы оба с тобой сумасшедшие. – Тай Вэй опустил руку на плечо Гу Хао, лицо его потемнело. – Однако этим сумасшедшим есть о чем поговорить…
Глава 8
Луч света
Какой-то майский день, 1994,
погода неизвестна
Запись в дневнике без даты еще можно считать за дневник?
Эта проблема действительно показалась мне забавной. Запертая под землей, не обдумавшая план, как отсюда выбраться, – я все еще терзаюсь, соответствует ли мой дневник стандарту…
Это значит, что я пока еще не потеряла самообладание.
Поначалу, когда я пыталась найти выход, спрятавшись от Ма На и ее компашки, в моей голове все еще был туман. Не знаю, сколько я шла, сколько раз поворачивала за нескончаемые углы, но в итоге воспрянула. Воспрянула из-за одной устрашающей мысли, всплывшей в моем сознании, – я потерялась.
Этот мрак отрезал меня от всех источников света, а также вытеснил из меня остатки рассудка. Я-то думала, что другой выход отсюда будет прямо за поворотом, но тьма притягивала еще большую тьму – и вела меня туда…
Я сойду с ума. Я могла лишь двигаться, дотрагиваясь до шершавых влажных стен, словно слепая мышка, которая беспорядочно бежит в неизвестном направлении, спотыкаясь о препятствия на своем пути. В конце концов я сдалась – и бессильно опустилась где-то посреди огромной бесконечной трубы.
Я должна дать себе обещание обязательно найти дорогу назад. Эта чертова канализация такая же запутанная и сложная, как паутина. А в этой кромешной тьме я даже не в состоянии делать пометки на стенах.
Я хочу домой. Я хочу выбраться отсюда! Пусть даже мне придется терпеть побои от родителей, пусть даже завтра я не смогу пойти в школу, мне все же нужно вернуться…
В конце концов я разревелась навзрыд – и так утратила последние силы. Не помню, сколько я рыдала, но вскоре незаметно уснула.
Мне снился сон. Я лежала дома на своей жесткой деревянной кровати. Под ножки для опоры были подложены кирпичи, а в моих руках засыпал мой младший брат. Во сне он был малышом: пухлым, маленьким, с округлым лицом и длинными ресницами. Честно говоря, мне он тогда так нравился… Особенно когда я засыпала с ним в обнимку; вдыхая молочный аромат его тела и касаясь маленьких пухлых ручек, можно было легко погрузиться в сладкий сон…
Вот только этот парень творил все, что ему вздумается, а еще, в свои-то 4–5 лет, мочился в кровать. И, как подтверждение этому, я тут же почувствовала что-то мокрое и прохладное внизу. Я рассеянно поднялась. В нос ударил неприятный запах – и я сразу же шлепнула брата по его маленькой попке, а затем стянула его с кровати. Конечно, ему это не понравилось, он сопротивлялся и в итоге, широко раскрыв рот, громко зарыдал.
Мать с отцом проснулись моментально – и вместе вбежали в комнату. Мама закричала:
– Что такое? Что случилось?
Младший брат обиженно заныл:
– Сестренка меня бьет!
Чувствуя усталость и злость одновременно, я бросила:
– Он снова описался.
Брат, потирая глаза одной рукой, другой указывал на меня:
– Это не я! Это сестренка!
В ту же секунду мама ударила меня по плечу:
– Сколько тебе лет, что ты еще писаешься в кровать?!
Я недоуменно распахнула веки:
– Это не я…
– Только взгляни на свои штаны! – Ее лицо скривилось от отвращения. – А еще наговариваешь на своего брата…
Я опустила голову и, к своему стыду и удивлению, обнаружила, что мои штаны внизу насквозь промокли. Зловонная жидкость сбегала по ногам и собиралась у стоп, затем растекаясь дальше.