Число зверя, или Тайна кремлевского призрака
— Скидывай свои туфельки и надевай это, — он протянул Марине резиновые сапоги с высокими голенищами, — Самый маленький размер, что удалось достать.
— Зачем? — Спросила Марина.
— Затем, что ты там в своей обувке и два шага не сможешь ступишь. Одевай быстрей.
— Ты обещал рассказать об убийце, — напомнила ему Марина.
— Как я понимаю, ты разгадала формулу его поведения?
— На что ты намекаешь?
— На три шестерки.
— Откуда ты знаешь? — Удивилась Федорова.
— Как откуда? Через своих девок. Ты же знаешь, что ни одна разведка мира не брезгует прибегать к помощи проституток, когда нужно получить от мужчины какую-либо информацию. Последние в постели с молоденькими девочками любят компенсировать свою недееспособность рассказами о своих подвигах и хвастаться своей информированностью.
— А где мы сейчас находимся и куда идем?
— Сейчас мы проникнем в заброшенную ветку метро, которую строили для поездок Сталина во Дворец Советов, затем, пройдя ее, попадем через обвлившуюся шахту в древний туннель, который некогда вел из подвалов одного боярина к Кремлю. Он должен привести нас в тайные кремлевские подземелья. Их велел выстроить для своей библиотеки, привезенной откуда-то из Греции и содержавшей тайные знания многих поколений магов, один из русских царей. Затем он отдал подземные казематы вместе с древними книгами и рукописями в пользование итальянскому строителю и алхимику, пытавшему добыть ему филосовский камень для обращения металла в золото. Итальянец, в свою очередь, нашел глубоко под землей останки языческого храма и соорудил из него алтарь для приношения жертв самому сатане. Не правда ли странно, строили метро для генсека, а чуть не разрыли ход, который ведет в ад, к самому дьяволу. — Марков нырнул в пролом, и тут же раздалось его чертыханье и звук падения тела. — Проклятье, чуть фонарь не разбил. Осторожней, здесь две ступеньки.
Марина осторожно, нащупывая невидимые ступени, шагнула вслед за «сутером» в пролом.
— Ну и вонища здесь.
— Это точно, — кивнул Марков, освещая себя фонариком и пытаясь очистить одежду от липкой грязи.
Марина взглянула на него и рассмеялась.
— Ты чего?
— Посмотрел бы ты сейчас на себя. Похож на черта.
— Одежду всегда можно скинуть и залезть под душ. А вот душу под душ не засунешь.
— Ты это о чем?
— Да, — махнул рукой «сутер» — это я так.
— Тогда рассказывай, что тебе еще известно о «Джеке-потрошителе»?
— Я знаю, что сегодня он будет возле алтаря сатаны в Кремле.
— Зачем?
— Ему уже недостаточно денег и того, чем он владеет, он желает абсолютной власти. У него есть древний клинок с выгравированным на лезвии знаком сатаны, через него ему было видение, что он, принеся определенное количество жертв, сможет воспользоваться силой древних заклинаний, использованных при сооружения дьявольского алтаря под Кремлем. И тогда он станет единовластным правителем России, а, может, и всего мира.
— Ты дурак? — Марина остановилась и внимательно посмотрела на Маркова. Одно дело выслушивать какие-то кремлевские страшилки от литераторов, но когда начинают пороть такую чепуху и все остальные. — Что ты несешь? Я думала, что ты…
— Все очень серьезно, — обернулся «сутер». — Ты даже не представляешь, насколько это серьезно. Он сегодня будет в Кремле и будет приносить свою последнюю жертву сатане.
— Кто он?
— Увидишь, там, кроме нас, больше никого не будет, — сказал Марков и продолжил свой путь по тоннелю.
Шлепая сапогами по отвратительной жиже, обходя брошенные вагонетки и перешагивая через какие-то трубы и кабеля «сутер» представил, как вся эта система подземных коммуникаций, — водопровод, канализация, электричество, телефон и компьютерные линии, — едва будет принесена последняя жертва и произнесена молитва великой черной мессы, завибрирует и затрещит. Трубы начнут откручиваются и лопаться, кабели извиваться и рваться. Создастся всеобщая связка и земля заходит под ногами. Можно только представить, что будет твориться на поверхности. Все силы зла и разрушения соберутся над Кремлем, и тогда начнется настоящий шабаш. Многие пожалеют, что вообще родились на свет…
— Ты что-то сказал, — спросила догнавшая его Марина.
— Нет, тебе показалось, — откидывая прилипшие ко лбу волосы, сказал он.
— Далеко еще?
— Нет.
Впереди мелькнуло какое-то светлое пятно. Они прошли еще немного и наткнулись на пересекающую подземный туннель свежую кирпичную кладку.
— Замуровали! — Кинулся к ней Марков, но вдруг резко остановился и прислушался.
Марине показалось, что она услышала смех. Он был похож на перезвон серебренных колокольчиков. Кто-нибудь назвал бы его ангельским.
— Ты слышала? Он где-то здесь. Я его чувствую. — Марков медленно обернулся вокруг своей оси. — Ах, вот ты где!
Он бросился к какому-то светлому пятну проступавшему на свежей кладке стены. Марине даже показалось, что оно излучает свечение. Вполне возможно, это могла быть разновидность какой-либо плесени, слегка флюоресцирующей в темноте, наподобие гнилушек в старых пнях. Марина что-то читала об этом еще в школе. Странно было только то, что этот эффект наблюдался на совершенно новой стене и, что Марков обращался к этому пятну, как к живому существу. Впрочем, он всегда был со странностями.
Тут «сутер» с криком бросился всем телом на стену:
— Я все равно пройду! Ты меня не остановишь!
Кирпичная кладка даже не шелохнулась, но он отскочил от нее как резиновый мячик.
— Ты меня предал! — завопил Марков, потирая ушибленное плечо.
— Предал, предал, предал, — прокатилось эхом по тоннелю.
Нет, с Марины было достаточно! Она развернулась и на ощупь, касаясь кончиками пальцев противной осклизлой стены начала пробираться назад.
Без фонаря это путешествие было не из приятных, возможно, даже опасным, но Федорова не отважилась попросить его у буйствующего сейчас у замурованного прохода Маркова. Что на него нашло? Ладно, шут с ним, ей нужно было сейчас как можно скорей выбраться наружу, вполне возможно она еще успеет на свою «ночную охоту». Зачем только она связалась с этим сумасшедшим? Зря только потеряла драгоценное время, ведь сегодня был последний или, по крайней мере, по соображению Марины, очень важный для этого «Джека-потрошителя» день. Какой, к черту, день! Ночь! А она находится на самом дне города.
Марина вдруг поскользнулась на чем-то и, потеряв равновесие, шлепнулась прямо в зловонную грязь. По ее руке что-то пробежало.
— Крыса! — Взвизгнула она и быстро вскочила на ноги.
С нее все текло. Теперь она выглядела не лучше, чем Марков. Он же, все это время не оставлявший попыток пробиться сквозь замурованную стену, обернулся на крик и увидел отступающую Марину. «Сутер» завопил нечеловеческим голосом и, высоко поднимая ноги и разбрызгивая вокруг себя вонючую жижу, бросился к ней.
— Стой! Куда?! Стоять! Ты от меня не уйдешь!
— Уйдешь, уйдешь, — прокатилось многократным эхом под сводами подземелья.
Огромный, кажущийся совершенно бесконечным туннель со свисающими со сводов белыми сосульками сталактитов, мечущее в поисках тихого уголка эхо, рыскающий из стороны в сторону луч фонаря, которым размахивал двигающийся своей подпрыгивающей походкой «главный сутер», и разбегающиеся в панике крысы. Все это вместе представляло настолько кошмарное зрелище, что Марина, напрочь забыв, что у нее в кармане лежит газовый баллончик, от страха вжалась в склизкую стену. Что-то липкое стекало ей за шиворот, но она не в силах была даже пошевелиться.
Марков подскочил к ней и дернул за рукав плаща.
— Уйти хотела? Уйти! Не выйдет!
Марине вновь показалось, что рядом раздался чей-то негромкий смех и на фоне грязной, покрытой плесенью стены она на мгновение увидела светлый силуэт. Силуэт ангела, стоящего со сложенными на груди руками. Видение было настолько мимолетным и призрачным, что это скорее походило на галлюцинацию. Еще Марина почувствовала запах озона и серы. Это уже не могло быть только ее воображением, у нее было слишком хорошо развито обоняние.