Кромешник. Том 1 (СИ)

Мне даже на секунду стало жаль бедных вурдалаков, но только на секунду.
— Хы-хы-хы, — послышались глумливые смешки берендеев, — Ты не совсем прав. Вурдалаки — не умертвия. Кровь у них имеется, сердце работает в обычном ритме, но без употребления крови, в организме начинают происходить необратимые последствия. Короче, подыхают они без юшки, так что с сексом у них всё нормально, а вот с рождаемостью проблемы. Вампиршам очень редко удаётся забеременеть, и, если это случиться, её берегут всем гнездом как зеницу ока, а уж про ребёнка, вообще, молчу.
  
— Понятно, было очень познавательно. Спасибо за информацию, — задумчиво потёр подбородок.
— Да, не за что, — хохотнули берендеи и уже хотели шагнуть на поле, как я их одёрнул.
— Не стоит на чужое место силы ступать без разрешения.
Я первым поклонился в пояс, давая пример своим спутникам.
Берендеи глупыми не были и сразу поступили точно так же, как я.
— Приветствую тебя, хозяйка полей, разреши нам пересечь твою землю.
Будь я один, дозволения не понадобилось, да и к жителям деревни Мария относилась довольно благосклонно. Погонять могла, морок навести, опять же, но реально навредить не пыталась, а вот как она воспримет берендеев уверен не был.
Шагах с тридцати от нас, словно из ниоткуда, показалась женская фигура. Она не стала приближаться, лишь благосклонно кивнула.
— Полуденница? Серьёзно? Здесь? — Микола изумлённым взглядом уставился на спокойно стоящую нежить.
— А чему ты удивляешься?
— Давно не встречали. На наших полях их нет уже около сотни лет. Я, помниться, только в детстве одну такую видел.
А старейшина у берендеев оказывается очень молодой. Я думал ему не меньше трёхсот, а он даже столетний рубеж не перешагнул.
Перевёртыши ещё раз поклонились Берегине и не спеша пошли за мной, постоянно оглядываясь в её сторону и опасаясь нападения.
— Не тронет вас Мария, — усмехнулся я, видя, как два огромных мужика, умеющих превращаться в медведей, с недоверием и каким-то суеверным ужасом смотрели на русоволосую девушку с отливающими золотом глазами.
Вот странно: вампира — эти двое не боялись, а ведь Валерий не только не уступал, но и скорее всего, превосходил их силой, а обычную Полуденницу испугались до дрожи в коленях.
Неужели знали о ней что-то такое, о чем не догадывался я?
Заморачиваться по этому поводу не стал, ускорил шаг и уже через пять минут мы оказались почти у самого леса.
— Каркуша, подсобишь? — на всякий случай поинтересовался у вороны.
— Кар! — раздалось у прямо над ухом, и пернатая бестия взмыла в воздух, устремившись вперёд.
— Идёмте.
Пришлось ухватить обоих берендеев за плечи и вместе с ними шагнуть под кроны деревьев.
Я уже два раза побывал на Кромке, но до сих пор не переставал удивляться. Почему-то казалось, что я попал в иной мир, но может так оно и было. Здесь даже воздух другой был: тяжелый, вязкий, с гнилостным оттенком.
— Где искать эту вашу оборот-трав?
— Недалеко от Ильмень озера.
— Оп-па, как удачно, — пробормотал себе под нос.
Именно в этом месте почему-то всегда росло очень много полезных трав. Почти все заказанные ведьмами растения можно было собрать у этого озера. Уверен, что и необходимый мне орлинник, я тоже сумею там найти.
— Ну, так мы идём?
— Угу, подождите немного, надо настроиться.
Расслабился, глубоко вздохнул, чувствуя, как энергия Кромки начала проникать в каждую пору и улыбнулся, заметив впереди пространство шириной примерно два метра, заполненное белёсой дымкой.
А вот и переход.
Придётся немного поблуждать в тумане.
— Вперёд, — указал берендеям направление, — только держитесь за меня, чтобы не потеряться.
— Кар! — раздалось из глубины серого марева.
— Иду я, иду, — ответил вороне.
Берендеям явно не нравилось блуждать впотьмах, где практически ничего не было видно дальше собственного носа, а вот мне, наоборот, стало комфортно, словно я находился не на мистической Кромке, а у себя дома.
Пока двигались вперёд, справа и слева раздавались странные шорохи, непонятные звуки, похожие на стоны умирающих зверей.
Берендеи периодически вздрагивали и озирались вокруг, но ничего увидеть, кроме мерцающих зелёных огней, напоминающих горящие глазницы монстров, не могли.
— Это всегда так? — поинтересовался Фрол и зарычал, отшатнувшись назад, когда практически рядом с ним из пелены тумана выступили два светящихся глаза.
— Держи себя в руках, брат, — произнес Микола, — Не смей оборачиваться, если не хочешь на всю жизнь остаться в медвежьей шкуре.
— Да байки всё это.
— А ты на себе проверить хочешь?
— Нет, — послышался голос Фрола, который сжал пудовые кулаки, и чеканя шаг, пошёл дальше, стараясь ни на что не обращать внимания.
Меня же абсолютно ничего не пугало. Я не чувствовал никакой угрозы, Каркуша также не выказывала беспокойства, а значит, можно было смело двигаться вперёд.
Минут пятнадцать нам понадобилось, чтобы добраться до места.
Вынырнули из тумана буквально у кромки воды.
— Пень трухлявый топором — да пополам! — выругался от неожиданности Микола.
Огляделся вокруг, там — где мы оказались, не было ни души, чему я очень обрадовался. Не хотелось лишний раз сталкиваться с местными обитателями. Нет — я не питал иллюзий, что мы сумеем избежать встречи с ними, но чем позже это случится, тем лучше.
Поморщился, понимая, что опять промочил ноги.
Вот что за непруха?
Надо было одевать старые кирзачи, которые валялись у бабы Стефы в сарае или купить новые в Чердыни, но ни того — ни другого я не сделал, поэтому сейчас расплачивался за свою оплошность.
Мы с берендеями стояли по щиколотку в воду, а самих нас окружал высоченный камыш.
Правда камышом это растение казалось только на первый взгляд.
— Не двигайтесь, — глухо произнёс Микола, — Мы в самой гуще прострел-травы.
— И что? — не понял я.
— Если будем делать резкие движения, стебли пройдут через нас насквозь, как нож сквозь масло.
Тихо протянул руку и едва коснулся пальцами растения, проверяя его плотность.
— Ух ты, — восхитился я и зажегся желанием прихватить с собой несколько экземпляров. Судя по тому, что я чувствовал, эти стебли нисколько не уступали металлическим стержням.
— Уи-ии — у-иии, — раздалось из-под моей ноги, и я быстро приподнял ступню, в ошеломлении вглядываясь и вниз.
Сначала подумал, что наступил на Игошу — мертворождённое дитя, загубленное матерью или умершие в течении нескольких дней после рождения, но приглядевшись внимательнее, понял: никакой это не Игоша, а всего лишь камень-плакальщик, который заказывала достать Пелагея.
Повезло, что я нашёл его так быстро.
Аккуратно наклонился, чтобы не задеть убийственные растения, и подобрал небольшой булыжник размером примерно с мой кулак.
На удивление, тяжёлым он не был, да и по ощущениям, оказался похож не на камень, а на кусок глины. Стоило надавить пальцами, как он смялся под моей рукой, а по ушам ударил резкий звук: — Уи-ии — у-иии.
— Тьфу, это не плакальщик, это — камень-сирена какой-то.
  
Глава 26
 
— И как его заткнуть? — поинтересовался у берендеев, вытянув руку как можно дальше от себя и морщась от пронизывающего мозг звука.
Самое забавное, что оборотни на писк каменюки никак не реагировали, хотя, по моему мнению, должны были это сделать. Звериный слух сильнее человеческого в несколько раз, а им хоть бы что: стоят, смотрят на меня и скалятся в обе рожи.
— Так ты не мни его, а погладь аккуратно, тогда замолкнет, — выдохнул, сдерживая смех Микола.
Пришлось последовать совету. На ласку камень-плакальщик среагировал практически мгновенно, начав снижать градус своего визга, а потом и вовсе затих.
  
— Фу-х, кажется, успокоился, — выдохнул облегчённо, и осторожно завернув каменюку в тряпочку, положил в рюкзак, — Куда теперь?