Помощница по вызову (СИ)
- Да, - не так уж уверенно.
- Зря, - уже не подавляю смешок.
- Почему это? - бурчит сердито.
- Хорошие девочки отправляются на небеса, а плохие - куда захотят.
- Уте Эрхард? - вскидывается.
- Просто наблюдение.
- Угу. “Жила-была девочка… сама виновата”...
Какое-то время мы молчим. Но Искра перестает тяжело дышать и съеживаться, значит, не окончательно потухла.
А потом совсем оживает, когда я останавливаюсь перед рестораном:
- Где это мы?
- Я голоден. А плохие мальчики, если их не покормить, становятся совсем кошмарными. И давай без глупых вопросов, можно ли тебе посидеть в машине. Со мной пойдешь.
Искра явно чувствуют себя неуютно.
Скованно снимает верхнюю одежду, знакомо, по-жеребячьи, переступает длинными ногами в простых джинсах. Свитер одергивает и постоянно волосы поправляет, с опаской глядя по сторонам.
Ресторан не самый пафосный, просто один из моих любимых. А Искра - не девочка из глухой деревни, чтобы так переживать.
Она дергается, когда я ей стул отодвигаю. И только тогда до меня доходит - из-за меня нервничает. Из-за того, что оказывается со мной за одним столом, да еще и в общественном месте. Как спутница. Против ожидания, мне это не нравится. Что в меню вцепляется, смотрит только в него, сжимается вся на стуле напротив, как будто хочет быть подальше…
- Расслабься, - хмурюсь, - Или я подумаю, что ты ни разу в общепит не ходила. Сидишь как изваяние, а я может рассчитывал на интересного собеседника...
Напрягается еще больше.
- Интересно, если я тебя посажу на стол и трахну, это сделает тебя более мягкой и разговорчивой?
Её аж откидывает от стола и вжимает в спинку кресла - хорошо хоть не упала вместе с ним. Глазищи круглые, рот удивленно распахнула и меню выронила, задев бокалы, которые здесь всегда стоят в качестве сервировки.
Девочка в шоке, а я смеюсь.
- Согласись, после такого предложения уже ничего не страшно?
- В-вы что это… специально? - слова толчками выходят вместе со страхом.
- А есть что-то, что я делаю случайно? - смотрю на нее внимательно.
Медленно качает головой. Потом к столу придвигается и уже спокойнее бокалы на место ставит, папку с меню берет. И вдруг спрашивает:
- Как это…
- Что?
- Как это - быть настолько уверенным в себе? Знать, что получишь все, что хочешь?
Хм. На интервью если бы меня о таком спросили, скучно мне не было бы. А Искра еще и с настолько жадным, искренним интересом спрашивает, что хочется ответить. Тоже искренне.
- Восхитительно. И, кстати, не всё я получаю...
Не всё, да. Не могу же я и правда трахнуть ее на глазах у всего ресторана? Хотя этот образ, определенно, волнует. Не возможность сексом на публике заняться - это точно не то, что мне нравится. А то, как это могло бы выглядеть…
Скинутая на пол посуда. Её волосы, разметавшиеся по белой скатерти. Определенно, сюда нужно платье. Чулки. Шпильки. Руки за край стола цепляются, чтобы удержаться от моих толчков. Соски съежились. Влажные от моей слюны. Интересно, какого они цвета? А на вкус?
Девочка на меня взгляд поднимает и считывает что-то. Краснеет. И снова утыкается в папку. В итоге откладывает, жалуется несчастно:
- Ничего не разбираю в этих названиях. И вообще не голодная я - целый день почти за столом сидела…
- Да? И прям смогла поесть?
Уж если я что-то в характере Искры понимаю, то вряд ли она под обстрелом родственников проглотила хоть кусок.
Отрицательно головой мотает.
Официанта вызываю и делаю заказ за нас обоих. Несмотря на то, что мы живем вместе, ужинаем вот так впервые. С кем я вообще ужинаю? С любовницами. Иногда. С друзьями - чаще. Бывают деловые ужины… Или один.
Этот выход выпадает из системы.
Под внутренним микроскопом рассматриваю новый вариант - нравится или нет. И прихожу к выводу, что неплохо. Искра не болтает раздражающих глупостей. Вообще не болтает - это я ценю. Умеет себя вести за столом, да и смотреть на нее приятно. Очки свои странные носить перестала, волосы распустила. Красиво лежат. И светлый свитер ей подходит. Правда, делает совсем юной - на контрасте я в костюме, наверное, на ее папика похож.
Но в этом даже есть непошлая притягательность.
- Расскажи мне про свою семью, - говорю, когда она суп доедает. Оправдываю свой интерес тем, что люблю досконально понимать характеры персонажей в моей жизни.
Ежится чуть под моим взглядом. И выдает неохотно:
- Мои дед с бабушкой из русских немцев. Ну вы поняли, наверное, по моей фамилии. Интеллигенты. Папа и дядя не отставали - один доктором стал, другой - юристом. Ну и мы…
- Мы?
- У меня сестра есть, - говорит еще более неохотно. - Она экономический вуз закончила, а я - литературный. Тоже белые воротнички.
- Прям династия, - хмыкаю. И решаю надавить, - И как в такой приличной семье родилась настоящая Искра?
Вздрагивает. Смотрит изумленно и с опаской - знаю уже этот взгляд. Он появляется каждый раз, когда я заставляю её глубже нырнуть.
- Вы о чем? - шепчет.
- О том, что внутри тебя есть темнота. И зря ты не выпускаешь ее наружу.
- Цивилизованные люди должны уметь сдерживать своих демонов! - возражает запальчиво. Сердится.
Юная, милая. Интересно, когда сорвется?
Ведь и правда интересно теперь.
- Ой ли? - головой качаю, - Они должны научиться с ними жить. Об этом вся современная психотерапия. Жить, не бояться и не давать им кидаться на других людей…
- Ваши-то кидаются и кусают, - обиженно поджимает губы.
А я смеюсь. Искренне. С ней я довольно часто смеюсь или улыбаюсь. Для себя - часто.
Обрываю смех резко. И наклоняюсь к ней:
- Поверь, ты еще не видела моих демонов.
Не знаю, к чему хочу подтолкнуть её. К тому, чтобы она заинтересовалась больше? Чтобы попросила показать… всё, что я готов показывать?
Чтобы покончила со страхом нырять в темноту? Или, наоборот, испугалась так, что отодвинулась? Перестала смотреть на меня как на монумент, которому она пришла поклоняться? Или как на жестокого зверя, рядом с которым не стоит делать резких движений... Мужчину увидела. Просто мужчину?
Ладно, не просто. Но увидела.
Мне это всё зачем?
За этим как раз.
Благодаря Искре столько вопросов возникает. А я привык к утверждениям. И в отношении себя, и в отношении других людей.
Только вот с вопросами интереснее...
Не знаю, какой реакции от нее ожидаю, но выдает девочка, как всегда, не ту. Зубы стискивает и спрашивает тихо:
- И многим вы... показывали?
Ревность? Чувство собственности? Брезгливость к моим похождениям? Раздражает даже возможность такая… И смешно тут же.
- Тебе поименно? - склоняю голову набок.
- А у вас хорошая память или специальный блокнот? - дерзит. Опять неожиданно. И подбородок задирает. Вот значит как, Искра... Если что-то тебя задевает, ты мобилизуешься? Это можно использовать в будущем.
- Считаешь меня таким скучным? - прищуриваюсь.
- Значит, не блокнот, - делает вид, что размышляет. А глаза загораются ведь - ей нравится эта перепалка. И фантазии вырисовываются интересные, - Зарубки на кровати? Ящик с бельем - по одному предмету от каждой? Хотя нет, тогда бы все эти предметы мебели пришлось перевозить в новый дом…
Могла бы стать моим любимым интервьюером, если бы я позволил расспрашивать о своей жизни. Хотя… спрашивать ей незачем. Она и так познакомилась с ней настолько близко, как никто другой. Почти никто.
- Только самые яркие впечатления оставляют следы. Так что нет, не поименно, - пожимаю равнодушно плечами.
Странно, но у самого перед глазами - Искра, поправляющая мои брюки. На коленях, так низко, что почти лежит на полу, оттопырив зад.
Не знаю, что у нее перед глазами после моих слов. Но голову опускает и за приборы хватается. Как круг спасательный. Видимо надеется не утонуть после следующего вопроса, заданного хриплым голосом: