Перепиши судьбу, или Второй шанс для герцогини (СИ)

– Да. Он сразу донесет информацию до своего командующего, а тот в свою очередь передаст королю.
– Но справятся ли наши люди с захватом моей бывшей жены? С этой стервой Аламир может послать целую армию.
– Не может! Дорога узкая и неудобная, иначе по ней ходили бы караваны. Много людей незаметно не проведешь. Конечно, сильного мага король с ней отправит, возможно, даже двух, но у нас тоже есть одаренные чародеи, да и место удобное для засады.
Хранвон задумчиво рассматривал носки своих сапог. Он явно сомневался. Нужно было додавить, поэтому Мизраил добавил:
– Если Аламир пошлет слишком сильный отряд, мы захватим Элию позже. Например, во дворце или на церемонии прощания. Кроме того, как вы относитесь к тому, чтобы спровоцировать не только бывшую королеву?
– Продолжай, – Хран оживился.
– К примеру, я свяжусь с миледи Тутукой и начну рассказывать о том, как можно будет продавить ее интересы. После вашей мнимой кончины, эта женщина не будет сдерживаться. Ее ответы запишу на артефакт, а после чудесного воскрешения законного короля, – Мизраил встал и подобострастно поклонился, – дам ей прослушать запись и пригрожу...
– Я понял, что ты хочешь сделать! – перебил Хран и предвкушающе потер руки, представляя, что наговорят его враги. – Таким образом мы сможем получить компромат на моих советников. Прекрасно...
– Значит, я отдаю приказ вашему двойнику? Чатланд сможет приехать уже завтра.
– Да, подготовь все, а я пока подумаю, с кем связаться и что сказать.
«Смерть короля» удалось разыграть идеально. Даже лучшие актеры столичного театра вряд ли справились бы лучше. А потом дни для Мизраила слились в один долгий и тяжелый период, когда он спал по несколько часов в сутки, забывая поесть, и работал, работал, работал.
Им с Хранвоном нужно было побыстрее попасть в столицу, чтобы подготовить встречу для Элии. К сожалению, добираться пришлось на лошадях, потому что короля в каретах укачивало. Дорога сама по себе очень изматывала, а ведь Мизраилу еще приходилось связываться с исполнителями, которые должны организовать засаду на кортеж королевы, а еще говорить с советниками и всеми, кто в теории мог претендовать на власть, выслушивать доклады и пытаться склонить колеблющихся аристократов на свою сторону. Последнее он делал тогда, когда Хранвон не мог его увидеть.
Переложить эти важные задачи на чужие плечи Мизраил не мог, поэтому приходилось все делать самому. От быстрой скачки на лошади болело все тело, но Хранвон запретил ему брать карету и ехать в ней. Если уж король путешествовал верхом, то и секретарю полагалось так же. Тоу скрипел зубами от злости, но терпел.
«Ничего, недолго тебе осталось издеваться надо мной, – думал он, глядя на самодовольно улыбающегося Хранвона. – Ты ходишь, говоришь, но, на самом деле, ты уже мертв. Я не убиваю тебя только потому, что сейчас с нами нет сильного мага, который мог бы сохранить и довезти тело».
Как бы ни старался Мизраил обходиться несколькими часами сна каждую ночь, усталость давала о себе знать. Днем он иногда дремал в седле и дважды едва не свалился под копыта лошади. Когда, наконец, король и его секретарь с небольшой охраной инкогнито прибыли в пригород столицы, Тоу рухнул на кровать в заранее снятом домике и проспал десять часов.
Проснувшись, он почувствовал себя лучше, хотя тело ныло после езды верхом. Быстро связавшись со своими исполнителями, Мизраил узнал, что пока ничего важного не случилось. И это плохо. О смерти короля уже объявили, и по подсчетам Тоу Элия уже должна была перейти через границу тайными тропами. Но глава элитного боевого отряда, сидевшего в засаде, докладывал, что никто мимо них не проходил.
Конечно, Хранвон не упустил случая, чтобы напомнить секретарю о просчете.
– И где же моя пока еще жена и наследник, которые должны были сами попасться в руки? – недовольно спросил он, нервно сжав подлокотники.
Король опять сидел в широком кресле, а Мизраил разместился напротив на неудобном стуле. Разница в социальном положении между Хранвоном и секретарем подчеркивалась даже в мелочах.
  
– Возможно, они появятся завтра...
– Глупости! Ты сам понимаешь, что это слишком поздно, чтобы успеть на прощание с телом и похороны.
– И тем не менее...
– Хватит! – поморщившись, отрезал король. – Надоело слушать этот бред! Ты спланировал мою мнимую смерть ради того, чтобы спровоцировать бывшую королеву, чтобы она и мой сын, которого Элия захочет поставить наследником, прибыли в Кральн. Герцогиня оказалась хитрой тварью и нашла способ тайно приехать в Кральн, да так, что никто не разгадал! Нет, она не могла отказаться от власти, значит, Элия здесь, но мы не знаем, где именно. Столько ресурсов потрачено! Чатланда убили, шпиона Аламира обманули, объявили о моей смерти на весь мир, а что в результате? Ни-че-го!
– Почему? Миледи Тутука и советники... – начал спорить Мизраил, но Хран его перебил.
– Главного мы не достигли, и все из-за тебя. Я не соглашался с этим планом, но именно ты убедил меня! Ты предал мое доверие! Вместо того чтобы работать, валяешься в кровати и ничего не делаешь! Разве так поступают хорошие служащие? Видит Создатель, я долго терпел твою лень и безалаберность, но всему приходит конец! Мое терпение и щедрость имеют границы. Я принял тебя на должность секретаря, отказав более удобным людям...
Хранвон говорил еще что-то, но Мизраил ничего не слышал, его грудь раздирала ничем не замутненная ненависть. Он опустил взгляд, сжал кулаки и изо всех сил сдерживался, чтобы не нагрубить в ответ. Валяется в кровати? Он же неделю до этого спал всего по два-три часа в сутки! Это Хранвон ночью отсыпался, а у Мизраила такой возможности не было.
Лень? Да он работал втрое больше, чем предыдущие секретари! Терпение? Это вообще не про короля. То же можно сказать и о щедрости. Хран обожал за любую провинность вычитать деньги из довольствия слуг и военных. Секретаря он тоже считал слугой и гадил, как мог. Особенно хорошо у него получалось наказывать за свои ошибки. Вот как сейчас...
– Как ты понимаешь, я не могу оставить такое без внимания, – продолжал разглагольствовать король. – Следующие две недели ты работаешь на испытательном сроке и без оплаты.
Хранвон уже однажды наказывал его так. Мизраил тогда только устроился на этот пост, проработал всего месяц. Граф находился в бедственном положении, мать заболела, и каждая монета была на счету.
Конечно, можно было работать и без оплаты. Признаться откровенно, большую часть заработка Мизраил получал не от его величества, а от посетителей. Взятки, услуги, разного рода обязательства. За ту сумму, что ему платили, как секретарю короля, жить аристократу в столице можно было, только экономя на всем. Однако тогда у него не было ни денег, ни связей, и наказание Хранвона стоило жизни матери Мизраила. Он это запомнил и не простил. А сейчас напоминание об этом стало последней каплей в чаше терпения графа Тоу.
– За эти две недели ты должен доказать, что можешь быть действительно полезен, – вещал король. – Если нет, то я подберу другого секретаря, благо, на эту должность полно желающих. Мне не нужен такой неудачник.
– Вы ошибаетесь, ваше величество, – ответил Мизраил. От его холодного тона Хранвон передернул плечами. – И сейчас сами убедитесь в этом.
Тоу активировал амулет на груди, и в комнату моментально вступили королевские телохранители.
– Олвейн, будь добр, сделай то, о чем мы договаривались, – сказал Мизраил одному из двух бравых парней.
Тот чуть кивнул, обозначив поклон, зашел за спину короля и обхватил голову его величества. Хранвон не сразу понял, что происходит. И сопротивляться стал, только когда второй телохранитель прижал его к креслу.
– Как вы смо.. ли на... шить кляф...
Последнюю невнятную фразу короля прервал неприятный хруст – Олвейн свернул шею его величеству. Голова монарха неестественно повисла.
– И кто теперь неудачник? – тихо спросил Мизраил у мертвого Хранвона.