Бедовая для звездных маршалов (СИ)

Какого хрена? ! Не чувствую ног. 
Что она мне, мать её, вколола? ! 
Рычу про себя на Лиану, но надеюсь, что получится перебороть. По крайней мере, сейчас уже я могу использовать свои способности в полной мере. Концентрируюсь мысленно надевая на себя щит. Защиту, которая должна помочь, несмотря на то, что её дрянь уже в моей крови.
  
Попросил он ее! Вот прилетим на Элизиум, оба, мать их, получат. 
В особенности, Дариус. 
Мы не можем быть по одиночке, и сам это знает. Но допускаю мысль, что он не видел иного выхода. Моего брата порой сложно понять, однако, я как никто знаю его. И очень многое вижу, пусть и молчу. Убежден, что и с его стороны то же самое.
Наконец, тело немного отпускает, и я чувствую прилив энергии. Сейчас мне нужны все силы на то, чтобы отыскать их. Аурелия наверняка уже на корабле. Придется и ей попотеть. Корабль я трогать боюсь, иначе Нордек может устроить ответку, а пока два важных человека не откажутся под боком, хрена с два я успокоюсь.
Насколько быстро могу, двигаюсь к двери и колошмачу по ней со всей дури. Опять же, на которую способен пока ещё не вся дрянь от медика выжжена во мне.
— Кто-нибудь? ! — как потерпевший рычу на прочный металл и сейчас очень жалею, что не обладаю такой силой, которая способна выбивать двери.
Было бы очень кстати.
— Лиана, мать твою! — кулаки оставляют следы на металлическом покрытии.
От бессилия оборачиваюсь в разные стороны будто фантастическим образом здесь появится ещё одна дверь или хотя бы окно. Пытаюсь найти выход из ситуации, но этот корабль был создан под чутким руководством Дариуса…и едва ли в этом крыле есть хотя бы намек на запасной выход. Я уж молчу о том, что слабых зон у этого корабля даже в теории нет.
Достаю рацию в надежде, что на корабле связь появилась или не пропадала. Только, очевидно, планета глушит все, что появляется на её поверхности.
Пока бессчётное количество раз я зову в трубку каждого, кто может мне помочь, неожиданно слышу щелчок двери. В один шаг оказываюсь около, тем самым чуть не сбив с ног Аурелию.
— Эл? — девушка явно в шоке. 
— Доложи обстановку! — чеканю не своим голосом. 
Аурелия быстро осознает, что сейчас шуток не будет.
— Ждем командора, — отчитывается она: — Пропала Соларис, он отправился на поиски, остальные здесь. Маршрут выстроен, корабль готов взлетать. 
— Твою мать, — чеканю: — Мне нужен путь до брата, — намеренно выделяю последнее слово. 
Потому что так, навигатор отряда поймёт значимость того, что я имею в виду. Поняла бы и без того, что я не оставлю Дариуса, однако, сейчас мне насрать на ранги, звания, и положения. Сейчас там единственный мне близкий человек. И ещё девушка, которая, невиданно, но тоже важна.
— Я постараюсь, сэр, — озвучивает она кивая: — Но Киара… 
— Знаю, — киваю, не раскрывая блефа Лианы. 
С ней точно будет покончено. Как бы я не пытался её оправдать, Дар этого не сделает.
Аурелия тут же разворачивается и мы вместе движемся на её территорию. Место, которое в какой-то степени завораживает наличием матриц и голограмм. Там кругом карты, в которых откровенно я ни хрена не смыслю, кроме проложенных маршрутов. Но Аурелия чувствует себя, как планета в космосе, то есть на своем месте.
Перелистывает, что-то увеличивает, разглядывает, затем снова мотает и смахивает. Не успеваю даже глазами вести за её движения, пока тонкие пальцы не оставляют следы на карте, указывая мне нужную точку красным кругом.
— Он должно быть здесь. Учитывая траекторию его движения, погоду, снежные вихри и то, что он хотел найти тебя… Но это лишь теория и мои подсчеты, — добавляет она осторожно: — Я ведь не знаю, что там было…
Смотрю на нее, осознавая, что сейчас нет ничего конкретного. Есть лишь непреодолимое желание обыграть эту бешеную аномалию, вытащить брата и Киару, а затем убраться отсюда подальше и навсегда.
— Этого достаточно, — сжимаю её плечо напоследок, и стремительно покидаю её обитель, чтобы оказаться перед выходом с корабля.
Аурелия знает, что делать в таких случаях. Оповестит команду, поставит на готовность нескольких наших бойцов, и дальше они все затаят дыхание в ожидании. В случае, если через четыре временных периода вестей от нас не будет, она будет обязана поднять корабль в атмосферу и полететь на Элизиум. Это протокол, который нельзя нарушать. И он работает в случае, если им не будет угрожать опасность. А если это все же случится, то они незамедлительно должны свалить отсюда.
Когда перед мной открывается трюм на выход, то глубоко вдохнув грудью, я делаю первый шаг обратно в стихию, которую мы должны были приручить. Только в итоге получается иначе. А в момент, как он за мной закрывается, я чувствую. Сосредотачиваюсь на ощущениях, и тревога растет с каждой секундой. Дариусу нужна помощь. И в этом я уверен на все триста процентов.
  
Глава 52. Дариус
 
Тело жжёт, словно меня бросили в костёр и раздувают пламя с каждой секундой сильнее. Пытаюсь закричать, но в лёгких пустота, будто их выжгли изнутри. Вырываются лишь хриплые звуки, больше похожие на стоны умирающего зверя.
Глаза режет яркий, беспощадный свет. Всё плывёт, размывается, и я почти ничего не вижу. Может, я уже умер? Может, это и есть та самая граница между жизнью и смертью?
Судорожно дёргаю руками и ногами, не понимая, куда и зачем. Болтаюсь в этой жуткой субстанции, будто в кипящей жиже, словно в огромном котле, где меня варят заживо. Кожа трещит при каждом движении, ощущение, что она рвётся кусками, обнажая оголённые нервы. И всё же какое-то упрямство заставляет меня шевелиться дальше, хотя проще было бы сдаться.
— Дариус! — голос пробивается сквозь огонь и хаос, но слишком слабый, словно эхо. Я даже не уверен, что он реальный. Может, моё воображение пытается утешить перед смертью? Жаль только, что я не успел сказать Киаре… сказать, что люблю её. Что она стала центром моей вселенной, моим единственным светом.
— Дариус! Вытяни руку вверх! Дар! Скорее!
Теперь уже громче. Реальнее. Имя звучит чётко, как приказ. Это точно ко мне… На этой проклятой, неизведанной планете вряд ли есть другой Дариус.
Я с нечеловеческим усилием поднимаю руку, пробивая вязкое сопротивление жижи. Кажется, сама лава тянет меня вниз, пытаясь проглотить окончательно.
Вдруг чьи-то пальцы обхватывают мою ладонь так крепко и отчаянно. Резкий толчок, и меня вырывают из раскалённого плена. В лицо ударяет поток воздуха, обжигающе-холодного, но в этот миг он слаще любого нектара. Я дышу. Я жив.
Чьи-то прохладные ладони стирают раскалённую жидкость с моего лица. Я открываю глаза и первое, что вижу, это её. Киару.
Её глаза. Глубокие, как сама вечность. На мгновение всё вокруг исчезает — нет планеты, нет лавы, нет боли. Только она. Я мог бы смотреть в них бесконечно.
— Боже, Дариус! — её голос дрожит, то ли от злости, то ли от страха. — Ты свалился сверху и угодил прямо в кишащую лаву… Тебе повезло, что я была здесь.
Я моргаю, пытаясь осознать услышанное. Лава? На ледяном Нордеке? Это какой-то безумный сон. Ничего не понимаю.
Качаю головой, собирая в кучу разрозненные мысли. Оглядываюсь, моя голова покоится на коленях Киары, её пальцы всё ещё прикасаются к моей щеке, словно проверяют: жив ли я. Ступни почти рядом с бурлящей лавовой рекой, но уже на твёрдой земле. Надо мной синее, безжалостно чистое небо, исполосованное цепочкой ярких светил.
  
Картина могла бы показаться романтичной, если бы не одно «но» — эта планета всеми силами пытается нас убить.
И вдруг до меня доходит самое странное: тело больше не жжёт. Ни боли, ни следов ожогов. Я должен был сгореть заживо, а вместо этого лежу живой, дышу, и не понимаю, почему.