Лицо света, лицо тьмы (СИ)

– Саша, ты, конечно, хорош, я не спорю, но вряд ли она из-за тебя утопилась, – решила я проверить одну из двух версий.
– Да ты… – возмутился он. – При чем тут хорош? Она выпила, мне это говорили потом и Тим, и Антоха, и Ирка. Но если бы не ее влюбленность в меня, никуда бы она на ночь глядя не пошла и купаться бы не полезла!
– Я не думаю, что она куда-то лезла сама, – намекнула я.
– Не знаю… – Он потер лицо. – Хочется верить, что она не сама это сделала. Если результат твоего расследования… Короче, я буду очень благодарен.
– Слушай, ну мне тогда нужно открывать сыскное агентство. Чтобы всем благодарным номер расчетного счета говорить. Но моя главная задача – найти сестру. – С грустью я добавила: – Какой бы она ни была.
– Понимаю. А что этой чокнутой было нужно от тебя?
– Кому? Лидии?
– Да, Леонелле. – Я рассказала про документы на флешке. – Знаю, – вдруг кивнул Саша, – я застал ее за тем, что она влезла в ноут Макарова.
– Что? Почему ты молчал?
– Элла сама по себе любопытная, я не думал, что она лезет по какой-то причине.
– Выходит, были причины. Что еще ты можешь вспомнить? Ведь если ее пытались отравить… то есть меня уже, не важно… Вот, причины должны быть, и очень существенные.
Бельский помолчал. Затем стукнул себя по лбу:
– Забыл я тебе о кое-чем важном рассказать! Короче, можешь верить, можешь нет, но на нее свалилась тяжеленная китайская ваза.
– Чего?
– Элка стояла прямо под балконом. Раньше у нас вдоль балюстрады стояли высокие вазы с китайским рисунком и одна даже скульптура в стиле античности. И вот эта ваза полетела прямо на Эллу в тот момент, когда мы стояли в холле. Я успел ее оттолкнуть, ваза упала на пол и разбилась.
– С такой-то высоты! – заметила я, мол, логично.
– Угу, только вот там перила, насколько ты помнишь. – Саша не поленился встать, открыл дверь в коридор и ткнул рукой. – Видишь ближний к нам угол? Тут меняли столбики – балясины, или как там они называются… Можешь проверить, цвет дерева немного отличается. Перила остались, а два столбика вылетели вместе с пятикилограммовой вазой.
– Она была ниже перил?
– Правильные вопросы задаешь, Элла вот не догадалась сверить. А я сверил. Точно такая же ваза осталась стоять с другой стороны балкона. Ее горлышко чуть-чуть выше перил. А значит, она никак не могла упасть сама. Кто-то присел возле нее, чтобы не было видно, и толкнул за дно. Столбики заранее подпилили, чтобы они сломались под весом вазы. Дно полетело вниз, ну и остальная часть, соответственно, следом. Зато легко можно было вычислить траекторию. Ведь если толкать с силой за верхнюю часть, то она могла приземлиться гораздо дальше, чем при свободном вертикальном падении.
– Просто подтолкнуть дно вазы вперед… – пробормотала я. – Гениально.
– Да. Мы все трое, Тоха, Тим и я, провели следственный эксперимент, в результате чего погибла и вторая ваза. Но Макаров нас отругал и заставил компенсировать старухе стоимость предметов интерьера. Хотя больше они сюда ничего не поставили – от греха подальше.
– А что дальше было? Опергруппу вызвали?
– Шутишь, что ли? Все над нами поржали. Даже сама Элла решила, что это случайность. Антон ей даже, помню, даже схему нарисовал – не хуже задачек по геометрии для старших классов. Высота вазы и первого этажа, парабола, по которой она летела… Я предложил вызвать участкового. Макаров наорал на нас, мол, хватит ерундой страдать.
– Ничего себе ерунда!
– Если бы Элла настояла, то хрен бы мы его послушали. Преступление совершено, вообще-то. Покушение на убийство. Но она почему-то решила спустить на тормозах. В чем-то – эгоцентричная эгоистка, а там, где надо отстоять себя, прячет голову в песок.
– Мне Антон почему-то не рассказал этого!
– Ну не знаю. Забыл. Мы все забыли. Пока тебя не попытались отравить йогуртом. Теперь я уже уверен, что это не совпадение, не шутка, не розыгрыш. Эллу реально пытались убить. И пытаются до сих пор, думая, что она – это ты.
– Или зная, что я – это я. В таком случае… – я глубоко вздохнула и не смогла закончить фразу. Страх сковал все мое естество.
 
Саша прижал к своему плечу мою голову, и только тогда я поняла, что плачу.
– Тише, мы этого не знаем.
– Конечно! – гнусавила я в ответ. – Ее уже пытались убить. А теперь она пропала. Сложи два и два, раз ты такой умный!
Он зачем-то начал меня целовать. Я опешила и отстранилась.
– Что ты делаешь? – Я хотела добавить, что он перепутал и я не Элла, но осеклась. Потому что явно не перепутал. Он знал, кого целовал.
– Извини, – смутился Александр (наверно, впервые в жизни). – Я хотел тебя отвлечь от неприятных мыслей. Но я не психолог и не приучен, так что… – развел он руками.
Я хотела сказать, что я бы с радостью, но только не сейчас. Я хотела спросить, где он живет. Я хотела предложить встретиться, когда это все закончится. Я хотела сказать, что мне понравилось, что он меня целовал. Я хотела… я хотела… Но ничего не сказала. Мне это в диковинку. Я не знаю, как вести себя в таких случаях. Единственное, что я знаю точно – сейчас, конкретно в эту минуту, не время для таких вещей. Есть более важные задачи.
– Извини… – промямлила я наконец, лишь бы что-то произнести и разрезать повисшую атмосферу неловкости и недосказанности. – Я просто…
– Нет, это ты извини! Я не думал… То есть ты играла роль Эллы, поэтому со мной общалась, а я… идиот. Придумал себе что-то.
Он резко отстранился и поднялся с кровати, чтобы отойти от меня подальше.
– Нет! Я… – вот сейчас самое время что-то прояснить, рассказать, что я чувствую к нему, но нет: мой невероятный, неугомонный мозг, вечно мыслящий какими-то зигзагами и только и успевающий перескакивать с одного на другое, вдруг выдал: – Зайчик!
– Что? – удивился Саша и посмотрел на меня. А до этого стоял, отвернувшись.
Чтобы он не подумал, что я его так называю, решила уточнить:
– Зайчик две тысячи двадцать!
– Чего?!
Боже, я его с ума сведу.
– На форуме! Сейчас покажу. – Я достала смартфон и зашла на сайт. – Мне приходят странные сообщения. То есть Элле. Это не ты?
Он даже смотреть не стал.
– Нет, я никогда ей ничего не писал. Хотя она как-то раздобыла мой номер и начала активно наяривать. Пришлось даже его сменить.
– Что? – удивилась я. – У вас изумительные отношения, – не смогла я сдержаться. – Не можете друг друга переносить, зато спите вместе! Если она тебя так напрягала, как человек, зачем ты терпел все ее стриптизы и … и так далее?
– Я не знаю, – честно ответил он. – То есть я тогда не знал, а сейчас… глядя на тебя, я все понял. В ее лице я видел что-то родное. Что-то, что я давно искал. Чувство такое, будто я что-то потерял, еще в прошлой жизни, возможно, и вот наконец нашел. Но сама она… – он пожал плечами и, когда я уже почти растаяла, ляпнул какую-то мерзость: – Короче, лицо и тело мне нравились, а личность так себе!
– Отлично, спасибо.
– Да-да, это как раз тебе комплимент, – кивнул парень, даже не понимая, что комплимент вышел не очень. Слишком приземленно для меня. Я люблю романтику.
– Но тогда кто это? А впрочем, – поднялась я и сделал шаг к двери, – у меня оставалась еще одна кандидатура. Тем более что я тебя я тогда исключила, когда поняла, что телефон был далеко в тот момент, когда мне пришло сообщение, но я просто подумала, вдруг ты используешь отложенную отправку при помощи каких-то программ и так далее… Вот, но Антона я проверить так и не смогла.
– Антон? Хм… Вообще, – вспомнил Саша, – когда мы его впервые увидели, кто-то его начал зайчиком называть. Или заей. Но он обижался, и мы перестали.
Я даже рот открыла. А ведь и правда! Он такой миленький и маленький, его так и хочется тискать. Ну прямо зайчик.
– Он сказал, что является фанатом Павлецкого два года.
– Как и я, – кивнул Саша.
– Это меня и смутило. Человек зарегистрировался на сайте в 2020 году. И вы оба фанаты Павлецкого с этого года.