Не боярское дело 4. Часть третья (СИ)

— Я позволю себе слегка углубиться в историю вопроса, — подал с места голос довольно пожилой мужчина нордической внешности. — Как все вы помните, двенадцать лет назад было принято решение о постройке целой серии из десяти тяжёлых броненосных крейсеров. Не буду говорить о том, что нашей стране они дались нелегко. Третий крейсер из этой серии мы отдали русским, обменяв его на самолёты. С тех пор у Германии появилась современная авиация. В этом году со стапелей сойдут два последних крейсера из этой серии. Мы предполагали, что Германия после этого станет владычицей морей — так оно и вышло. Но лишь в нашей — европейской части. На сегодняшний день мы можем заблокировать любой морской порт, а то и вовсе целое побережье, — не стал он при всех делиться сведениями, представляющими государственную тайну.
— Я не понял, а что не так в азиатском регионе? Отчего вы говорите только про наши прибрежные воды?
— Исключительно ради того, чтобы не повторить подвиг французской эскадры, утопленной, более, чем показательно.
— В каком смысле?
— В самом прямом. Французская эскадра была атакована самонаводящимися скоростными торпедами высокой дальности. Я должен честно сказать, что мы не знаем, как можно от них защититься.
— Вы хотите сказать, что наш тяжёлый броненосный крейсер…
— О! Вы правильно начали! Крейсер действительно тяжёлый и броненосный. Оттого и запас плавучести у него не слишком велик.
— То есть, если торпеда…
— Одну наш крейсер скорее всего выдержит, и даже до дока дойдёт, если тот окажется недалеко, а вот две…
— Ваше Высочество, а сюзерен ВЭС вам только деньги предлагал? — вмешался в разговор министр промышленности, до этого о чём-то усердно размышлявший.
— Нашей промышленности чего-то не хватает? — тут же живо откликнулся молодой кайзер.
— Как минимум, пары десятков техномагических прессов с усилием от одной до восьми тысяч тонн.
— И где же у нас потребности в таких мощностях?
— В основном автомобили и военная техника, включая корабли.
— Я правильно понимаю, что государственным заводам такого количества прессов не требуется?
— Абсолютно верное замечание, — не стал спорить министр, — Но армия и флот финансируются на те налоги, которые в казну поступают от промышленности. Мы уже задавали русским вопросы по поводу приобретения таких изделий, но пока получали отказы. Нам говорили, что им самим не хватает.
— Вы считаете, что этот вопрос настолько перспективен?
— Это серьёзный шаг в развитии промышленности.
— Что могу сказать, господа. Предлагаю вам срочно создать две комиссии: одну — под руководством министра иностранных дел, а вторую — под эгидой министерства промышленности. Надеюсь, обсуждаемые вопросы тем и другим понятны. Как я вижу, принципиальных возражений против продажи двух крейсеров вы не имеете, иначе про оба этих вопроса сразу стоит забыть. Я же, со своей стороны, приложу все усилия, чтобы интересы Германии в вопросах новых колоний и развитии промышленности нам с вами удалось решить максимально быстро и успешно.
Коротко кивнув на прощание, кайзер удалился.
— Мы только что лишились двух крейсеров, — заметил кто-то, говоря в воздух.
— А надумай мы отвоевать у французов тот же Мадагаскар, лишились бы пяти, а то и восьми, — довольно спокойно ответил ему кто-то из флотских, — А заодно и несколько полков там бы положили.
— Господа! Ну почему Мадагаскар. Чили!
— Африка!
— А я вам говорю, что Индия нам не по зубам. Там нынче армия вполне сравнима с нашей!
— Может всё-таки стоит посмотреть на страны Персидского залива? Там же нефть?
— А чем вас русская нефть не устраивает?
— Я бы к Индонезии присмотрелся.
— Да кто же нам Индонезию отдаст?
— А что с ней не так?
— Вы серьёзно? Я вот слышал, что часть их побережья уже контролируется японским флотом. Так что это зона интересов нашего союзника, но никак не наша цель.
Дальнейшие обсуждения было решено перенести в буфет. У спорщиков пересохло горло, а под пиво и баварские колбаски разговоры вполне можно будет продолжить.
   
Глава 25
 
Глава 25
Казалось бы, где Северное Борнео, и где моя Семья?
Оказывается, нет. Моя жена очень быстро вполне прилично освоила джунгли, которые ни разу не мешали её шагоходу ломиться, куда ему надо. Пусть это и замедляет её, но ещё больше злит оттого, что приходиться заранее сканировать почву, а это требует значительных ресурсов Силы и работы вычислителя.
Аборигены уже раз пять, а то и шесть, пытались заманить её шагоход в ловчие ямы.
Не стану говорить, во что им это встало. За десятком-другим аборигенов шагоход не пойдёт. Для этого у него свита есть, которая скосит из одних только крупнокалиберных пулемётов пару гектаров леса за три минуты, и не вспотеет, а там ведь и другое вооружение имеется, более эффективное.
Не прошло и пары недель, как родные леса и джунгли перестали казаться аборигенам надёжным убежищем.
На Северное Борнео к тому времени уже никто не претендовал. Желающие как-то быстро закончились.
Неплохо показала себя тактика «загонной охоты». Силами пары японских полков, усиленных бронетехникой ЧВК, в полукольцо бралась значительная территория, а затем войска начинали выдавливать аборигенов на линию застав, где их встречали архимаги и массированный огонь множества пулемётов.
Если наблюдалась попытка прорыва, то к делу тут же подключались миномёты, а там и самоходки подтягивались, внося панику в ряды противника, не привыкшего к артиллерии.
Нельзя сказать, что противник бездарно слился. Были и у них свои удачные операции. Тот же ночной рейд «невидимок» мы отбили, понеся потери, сопоставимые с нападающими.
Отомстили через день, как только погода стала лётной. Все бомбардировщики совершили тогда по три боевых вылета за день, накрыв мелкими осколочными бомбами, вперемежку с зажигательными, основные селения племени «невидимок». И пусть бомбардировщиков на новом полевом аэродроме немного, всего двенадцать, но и основная масса домов в тех селениях построена из палок, тростника и шкур зверей.
Жестоко? Не гуманно? А что делать, если допросы полутора десятков пленных показали, что они понимают только жестокость и силу? У них в племени вся иерархия на этих принципах построена и любой другой язык объяснений им чужд.
Так что мы, зачистив Северное Борнео, понемногу пошли дальше, в его центральную часть. И вот там нам стали встречаться не только отряды аборигенов, но и малочисленные гарнизоны Индонезии.
Тут, казалось бы, и надо остановиться. Тем более, что основная и легитимная цель достигнута. Если с Северным Борнео мы были в своём праве, то теперь начинаем выглядеть, как захватчики.
Но я отдал приказ продолжать продвижение на юг, не особо усердствуя и избегая лишних жертв с нашей стороны.
Политика — дама капризная, а политическая обстановка в регионах может и измениться со временем.
Дара Предвидения у меня нет, а вот пара писем от кайзера имеется. В них Антон мне написал, что вопрос с выдворением французов из Индонезии у него решён, раз я не собираюсь на неё претендовать, и даже прошёл парламентское голосование с первого раза.
Фактически, Германия и Франция до сих пор находятся в состоянии войны. Вялотекущей. После того, как немцы захватили (вернули, по их версии) себе Эльзас и Лотарингию, французы периодически пытаются откусить хоть какой-то кусок от этих территорий. Иногда, успешно. Два -три небольших пограничных городка сумели как-то раз оттяпать, и даже продержались там пару лет, пока молодой кайзер лично не появился там с женой и тремя полками гвардии. За неделю решил вопрос, заработав себе и славу, и обожание немецкого населения.
Короче, Германия всерьёз настроена заменить французский протекторат над Индонезией на свой, и военное положение им в помощь.