Убийства в топе

Ева опустилась на диванчик и поймала взгляд официанта, попутно разматывая шарф. Она была бледной и мокрой, несмотря на наличие зонта. Когда парень в фартуке протянул ей меню, она отрицательно помахала рукой и сразу озвучила свой заказ:
– Мне, пожалуйста, большой американо и брускетту с лососем.
Парень кивнул и ушел к азиату за другим столиком, а Кира поморщилась.
– Как ты пьешь эту гадость, да еще и без сахара. – Кира обняла ладошками свой латте.
– Просто не люблю сладкое.
Прищурившись, подруга придвинула свой штрудель к себе поближе.
– Чертовы зожники, – буркнула она и подцепила кусок пирога вместе с мороженым.
Ева улыбнулась, но тут же вернулась к повестке:
–Итак, что мы имеем? Двое из пяти мертвы. Случайность? Что ты знаешь об их смерти?
Кира потерла подбородок и начала:
– Неделю назад Дэна Петрова нашли дома в постели. Предварительно передоз, точный диагноз будет позднее, после лабораторных анализов. Там была большая гулянка, ближе к утру какая-то парочка гостей пыталась потрахаться в его спальне и наткнулась на него. Откачивать было поздно.
Ева вздохнула.
– Это не выглядит так уж подозрительно. Если, конечно, не смотреть на ситуацию… по-детективски, – ввернула она несуществующее слово.
– Ага. Типичная ситуевина для тех, кто в юном возрасте дорвался до больших денег и гламурной жизни. – Кира развела руками.
Официант принес кофе и брускетту, Ева взялась за нож.
– Ему, кстати, было 27, – добавила Кира. – Ну ты знаешь, у рок-звезд есть суеверия по этому поводу.
– В общем, парень останется легендой. Ясненько. А Марго? С ней-то что стряслось?
– А вот тут уже интереснее…
– Не томи.
– Упала под поезд, в метро.
Ева вытаращила глаза:
– Сама?
Кира пожала плечами.
– А камеры? Там что-то есть?
– В открытом доступе нет инфы. Знакомых ментов у меня нет, – она постучала ногтем по чашке.
– Не смотри на меня! Я не буду втягивать в это Илью! Он и так постоянно говорит, что я специально с ним познакомилась, чтобы иметь бесплатного консультанта по полицейским протоколам и правилам.
– Ну, на нет и суда нет. Честно? Не очень-то и хотелось разбираться с этим. Не вижу смысла.
– А какая станция? – Ева будто не слышала последние слова.
– Пушкинская.
– Тверское отделение… Подумаю, как подступиться…
Кира подперла висок указательным пальцем, ее сочный рот растянулся в улыбке.
– А зачем?
– В смысле?
– Зачем тебе что-то разнюхивать? Ты хочешь это расследовать? Мы теперь не пишем детективы, а расследуем их? Ты же знаешь, что в жизни все не так интересно, как в книгах. Или ты думаешь, там какой-то интересный сюжет накопать можно?
Ева покраснела, будто ее поймали за руку. Конечно, ее всегда интересовали настоящие преступления. Проблема в том, что при ближайшем рассмотрении они оказывались недостаточно интересными, чтобы их можно было использовать в книгах. Но сейчас дело было даже не в любопытстве. Все это происходило слишком близко. Как будто реальность и вымысел стали смешиваться.
– Двое из пяти, Кира! Двое из пяти! Они реально умерли. А что, если я следующая?
Кира прыснула, похоже, ей действительно казалось все это забавным. В этот момент за соседним столиком тоже кто-то рассмеялся, а потом в дальнем конце зала какой-то подросток внезапно неприлично громко заржал. Ева зажмурилась и прикрыла уши руками. Весь этот смех был невыносим, как будто весь мир ее высмеивал. Другие посетили стали оглядываться на парня, его друзья зашикали, и тот наконец заткнулся. Все наконец заткнулись.
Открыв глаза и уши, Ева посмотрела на Киру очень серьезно и даже сурово. Та подняла ладошки вверх, как бы сдаваясь, и сделала самую серьезную мину, на которую вообще была способна.
– То есть мы исходим из того, что это – а) убийства и б) они связаны с шорт-листом премии?
– Я, я могу, конечно, ошибаться. – Голос Евы дрожал, она перешла на громкий шепот. – Но что… Ты только представь, что может случиться, если я не ошибаюсь? Если это действительно убийства?
Ева снова поежилась, оглянувшись вокруг. Компания подростков, среди которых был шумный парень, вела себя спокойно и непринужденно, будто ей вообще померещился этот гротескный смех. Вокруг были обычные люди, которым не то что реальные, а даже вымышленные убийства не так уж интересны. Все вокруг было таким обычным, нормальным. Ева почувствовала себя вдвойне оторванной от нормальных людей.
 
– Думаешь, я загоняюсь?
На самом деле ей больше всего на свете хотелось, чтобы Кира сейчас вправила ей мозги. Чтобы она успокоила ее и привела такие веские аргументы, и чтобы потом уже сама Ева смеялась над собой и больше не чувствовала, будто тучи, накрывшие Москву, пришли именно по ее душу.
– Я думаю, ты просто ссышь идти на церемонию. Мы с тобой это уже сто раз проходили, помнишь? Ты просто боишься успеха.
– Неправда…
– Правда! Знаю тебя, как облупленную. Пойми, я на твоей стороне. Уж если кто и не хочет, чтобы тебя замочили следующей, так это я. В конце концов ты платишь мне нехеровую зарплату!
Ева улыбнулась, а Кира продолжила:
– Пойми, если бы была хоть какая-то реальная опасность, я первая бы закрыла тебя дома, а еще лучше – увезла в какой-нибудь домик в глуши, где никто тебя не найдет. Посадила бы в бункер с твоим макбуком, и выдавала тебе еду только в обмен на килознаки. Хм… а это звучит как план! – Кирины глаза смеялись и Ева стала успокаиваться.
Как ни странно, бункер звучал для нее заманчиво. Ах если бы только можно было отключить весь реальный мир и целиком отдаться вымышленному…
– Просто один передознулся, вторая… ну черт знает, что там было. Может, пьяная была. Может, кто-то случайно толкнул. А может, так боялась проиграть эту премию тебе, что кукушечка не выдержала. Не знаю, что там между вами случилось в прошлом, но я уверена ее все эти годы напрягало, когда ты наступала ей на пятки. И вот теперь жюри решило, что вы на одном уровне. Может, она просто решила уйти непобежденной? Но это ее тараканы, ее проблемы! В любом случае эти смерти не имеют к тебе никакого отношения! Ты меня поняла?
Ева потупила взгляд.
– Да. Ты права. У меня просто разыгралось воображение.
– Вот! Жуй свою брускетту, задрала.
Ева заулыбалась. Она обожала свою резковатую редакторшу, которая как никто умела найти правильные слова. И в текстах, и в жизни. Если бы не она, книги Евы Капс не были бы такими блистательными.
– Давай лучше обсудим, кто остался в шорт-листе, и прикинем твои шансы.
– Минутка токсичности? – хихикнула Ева, запихивая в рот кусок брускетты, подбирая пальцем свисающий кусок красной рыбы.
– Она самая, – поиграла бровями Кира. – Итак, выбыли Дэн Петров и Марго Даймонд. Осталось трое: Ева Капс, Наташа Славная и Лала Ли. У Славной не детективы, а кленовый сироп. Богатая утонченная сыщица, никаких проблем в жизни, расследует всякую бытовуху от скуки. Это просто жвачка. Лалу вечно несет в какие-то мистические дебри. И только у тебя настоящий, чистокровный детектив, с кровью, реальной головоломкой и живыми персонажами, которые действуют на пределе своих возможностей. Как ты думаешь, кому же достанется премия?
– М-м, – Ева показала, что ее рот все еще занят.
– Правильно, тут не нужны версии. Все и так ясно. Так что предлагаю тебе прямо завтра отправиться за платьем для церемонии.
– О нет! Платье… – вся глубина Евиных страданий отразилась на ее лице: брови домиком, глубокие складки на лбу сделали ее похожей на шарпея. Очень грустного шарпея.
– О да! Платье! – Кира была непреклонна. – И сейчас ты возненавидишь меня еще сильнее, но я должна спросить. Что у нас по третьей книге «Коршун»? Есть прогресс?
Ева закусила губы и медленно начала сползать под стол.
– Ясно. Все как обычно. Находишь себе кучу проблем, лишь бы не работать.
– Соберусь и начну. Обещаю.
– Давай так. Через неделю принесешь мне поэпизодник. Договорились?