Кузен Марк

- Он что-то услышал, - сказала она. - Может быть, тебе следует покричать, позвать на помощь? Твой голос скорее услышат, чем мой. 
- Но прежде, - холодно сказал он, - ответь мне, Дамарис, ты вернешься ко мне? В Вальмонде я подумал, что, по крайней мере, нравлюсь тебе. Я надеялся на радостную встречу, мечтал, как, наконец, сорву с себя эту дурацкую маску, но все получилось совсем не так, как было задумано. Наверное, ты так и не смогла простить мне того, что я оказался совсем не таким старым, как ты это себе представляла. 
Это замечание прозвучало несколько насмешливо. А Дамарис, напряженно прислушиваясь, не идут ли спасатели, попыталась объяснить. 
- Я думала, что мне придется иметь дело с пожилым человеком, а ты поставил меня в довольно дурацкое положение. К тому же еще и Розита... 
- Черт с ней, с Розитой! Ну так что? 
- Но ты ведь продаешь Рейвенскрэг. 
- Я не хочу его продавать. Ведь я никогда не смог бы жить там один, без тебя. 
Где-то совсем близко раздались шаги. Было слышно, как шуршат камни под ногами у спешивших вверх по склону людей. Она подняла голову, чтобы окликнуть их, но Марк свободной рукой зажал ей рот. 
- Сначала ответь мне, - приказал он. 
- Это шантаж? - прошептала она сквозь его пальцы. 
- Да, считай, что это шантаж. 
Дамарис отвела его руку. 
- Тогда, выходит, у меня нет выбора, не так ли Марк? Я... я буду счастлива вернуться к тебе. 
И тут залаял Плуто. 
* * * 
Позднее, гораздо позднее, уже после того, как они воздали должное угощению, приготовленному для них Хелен, Дамарис сказала: 
- Я беру назад те свои слова, что сказала тебе в Вальмонде. Ты даже очень похож на Тристрама. 
- Чего это ты вспомнила? 
- Так, подумалось что-то... Но мне не нужно было приворотное зелье, Марк. Просто, как и Изулт, я не смела признаться в своей любви. 
- Что ж, похоже, это первое лестное замечание в мой адрес за все время, - отметил он, и затем в комнату вошла Мэри, которая только что уложила Дэвида в постель. 
- Он хочет перед сном непременно повидать вас обоих, - сказала она. Вы не возражаете? 
Они стояли, держась за руки, у кровати Мэри, на которой, вместо своей маленькой раскладушки, стоявшей в углу за ширмой, где он обычно спал, уютно расположился Дэвид. Он полулежал на высоко взбитых подушках, наслаждаясь важностью своего положения тяжелобольного инвалида. Рядом с ним на кровати стоял поднос с ужином, а Плуто, с которым он наотрез отказался расставаться, расстянулся на коврике на полу и слегка вилял хвостом, будучи не в силах подняться навстречу посетителям. Дэвид завороженно глядел на Марка и, наверное, видел в нем настоящего героя. 
- А когда я вырасту большим, я стану таким, как вы? - спросил он. 
- Надеюсь, ты будешь даже лучше меня, - серьезно ответил Марк. 
Это превзошло все ожидания мальчишки. 
- Вы хороший, вы мне нравитесь, - объявил он. 
- Ну вот и славно, сынок, - сказал Марк, - потому что, когда мы с Дамарис поженимся, то мы будем видеться с тобой очень часто. 
- А в Рейвен мы поедем? А то Рис сказала, что мне туда нельзя..., обеспокоенно поинтересовался малыш. 
Марк незаметно сжал руку Дамарис. 
- Ты сможешь бывать в Рейвенскрэге, сколько захочешь, - пообещал он. - А когда у нас появятся дети, то ты станешь им старшим братом. 
Он многозначительно поглядел на Дамарис, и она смущенно покраснела. Сонно моргая, Дэвид откинулся на свои подушки. 
- Здорово, - пробормотал он, но потом снова встрепенулся и просил: А как мне вас называть? Вы сэр... или дядюшка? 
- Ни то и ни другое, - решительно заявил Марк. - Определенно, я еще не сэр, и к тому же еще совсем не стар, чтобы стать чьим-то дядюшкой, - он хитро взглянул на Дамарис. - Наоборот, я как будто даже помолодел. Так что, если хочешь, называй меня просто кузен Марк.