Кузен Марк
В дверь постучали, и в комнату вошла Элена. На ней был шелковый пеньюар, а роскошные черные волосы заплетены в косу. Она в гораздо большей степени, чем брат была похожа на мать; в то время, как Марк унаследовал черты внешности Триэрнов, у нее была смуглая кожа и темно-карие, выразительные глаза.
- Ну как, милая, хорошо спала?
- Да, спасибо.
Элена присела на краешек ее кровати.
- Очень жаль, что мы не познакомились раньше, - сказала она. - Мне хотелось бы познакомиться со своим дядюшкой Хью. Судя по всему, он, кажется, был хорошим человеком.
- Да, - заверила ее Дамарис. - Когда он умер, для меня весь мир как будто перевернулся.
Элена сочувственно погладила ее по руке.
- Мой отец женился на аргентинке, и отношения между братьями прервались, - сказала она. - Твой дедушка был очень замкнутым человеком. Она вздохнула. - Из того брака тоже ничего хорошего не вышло. В конце концов мать сбежала от отца. Ты знала об этом?
Дамарис покачала головой.
- Все, что я знала о вас, так это что у меня есть кузены, которые живут в Аргентине. Мне... мне очень жаль. А сколько вам было лет, когда она... ушла?
- Мы уже были подростками, так что, наверное, она решила, что мы сможем запросто обойтись и без нее, но Марк очень сильно страдал. Она был привязан к матери, и ему казалось, что она бросила его. - Она пристально посмотрела на Дамарис. - И если иногда Марк кажется тебе несколько жестоким и циничным, то не суди его строго за это. Ему не просто снова полюбить и довериться другому человеку, но он очень нуждается в любви.
- А разве он один в этом нуждается? - ответила Дамарис. - Но только моя любовь Марку не нужна. Его куда больше интересует Рейвенсркэг.
Это заявление, похоже, удивило Элену.
- Почему ты так думаешь? - изумилась она и не дождавшись ответа от Дамарис, продолжала: - Мне всегда хотелось, чтобы он, наконец, женился и остепенился. Он был совершенно неуправляемым, вечно разезжал по миру в поисках приключений, но когда до нас дошло известие о смерти твоего отца, что он уже тогда знал о том, что унаследует титул и проявлял большой интерес к Корнуоллу. Отец много рассказывал нам об этих краях, и я думаю, он решил подождать с женитьбой до тех пор, пока не станет английским баронетом, чтобы потом навсегда обосноваться в Англии.
- Бедный Марк, - усмехнулась Дамарис, - он даже представить себе не мог, что в качестве в нагрузки к титулу и недвижимости ему придется унаследовать и меня. Ему хоть было известно о моем существовании?
- Конечно, но ты не могла наследовать титул, так как он передается лишь по мужчкой линии. Мы ожидали... - тут она смущенно осеклась.
- Что дедушка позаботится обо мне, - закончила за нее фразу Дамарис, - но не думали, что он сделает это именно таким образом.
- Это было вполне закономерное решение, - заявила Элена, - хотя, конечно, жаль, что у вас с Марком не было шанса познакомиться друг с другом раньше. Наверное, дядюшка все же планировал пригласить его в гости.
- Да, но только он не знал, что умрет так внезапно, - губы Дамарис задрожали. - Он... он говорил со мной об этом.
- Он оставил письмо для Марка, в котором просил позаботиться о тебе, - сказала Элена. - Естественно, Марк чувствовал себя ответственным за твою судьбу, и так как ты должна была стать его женой, а ему нужна была жена-англичанка, которая стала бы здесь хозяйкой, то в решении твоего дедушки нет ничего необычного, и, насколько я могу судить, все должно устроиться наилучшим образом. Очень многие браки заключаются по расчету и оказываются счастливыми. Брак моей матери был, скорее, исключением из этого правила, чем закономерностью.
Дамарис же думала о другом.
- А земли вашего мужа находятся рядом с угодьями Марка, да? спросила она. - Наверное, вы часто видитесь и бываете друг у друга в гостях.
Элена настороженно взглянула на нее.
- Там все по-другому, иначе, чем здесь. И дороги другие, и расстояния куда внушительнее, - ответила она. - Пампасы тянутся на многие и многие мили. - Она замолчала, и затем ногозначительно добавила. - Скоро мы уезжаем домой, и потом, когда мы вернемся на твою свадьбу, Розита останется дома. Мне и в этот раз не следовало бы брать ее с собой, но ей так хотелось побывать в Англии. И к тому же я была почти уверена, что она не возьмется за старое.
- Вы хотите сказать, что между Розитой и Марком что-то было? - строго спросила Дамарис.
- Так, легкий флирт, ничего серьезного... сама знаешь, как это бывает у молодежи.
- Нет, не знаю, - медленно проговорила Дамарис. - Меня воспитывали иначе.
Элена несколько смущенно засмеялась, чувствуя, что сказала, что-то не то.
- Ты еще слишком юна и романтична, - сказала она. - В подавляющем большинстве случаев первая любовь практически никогда не оканчивается браком. Моей первой любовью был погонщик, работавший в нашем поместье. Это был самый красивый мужчина на свете, но отец вскоре уволил его. У Педро были деньги и красивый дом. Мы зажили с ним счастливо, и я никогда не жалела о своем пастухе.
- Вы тоже вышли замуж по расчету?
- Конечно. В нашей стране это самое обычное дело, когда одно поместье роднится с другим. Поверь мне, это самый лучший выход. Я просто уверена, что у вас с Марком будет все хорошо.
- Может быть. - У Дамарис были собственные сомнения на этот счет. Значит, Розита не годилась на роль супруги, потому что она не была англичанкой, а Марку для Рейвенскрэга нужна была именно хозяйка-корнуоллка. Но вряд ли это могло стать серьезной преградой на пути у страстных влюбленных, если речь шла о настоящей любви.
Элена погладила ее по руки.
- А вы с Марком сегодня после обеда, кажется, собираетесь покататься верхом, да? Если у тебя нет костюма для верховой езды, то я могу одолжить тебе свой.
Дамарис с грустью взглянула в окно. Ей так нетерпелось снова пронестись верхом по лугам поместья, навестить все свои заветные уголки и снова почувствовать Шибу у себя под седлом, что она даже была готова смириться с присутствием Марка.
- Большое спасибо, - ответила она.
* * *
Марк вернулся лишь к обеду, и Дамарис пришлось пережить еще несколько неприятных мгновений, увидев его сидящим за столом на месте дедушки. И все же он действительно был очень похож на других мужчин из семейства Триэрн. На стене позади него висел обновленный портрет еще одного сэра Марка Триэрна; из-под темного завитого парика и таких же темных густых бровей на нее глядели все те же пронзительно-голубые глаза. Да, думала Дамарис, сходство просто потрясающее; и как только она раньше не обратила на это внимание.
За столом царила напряженная атмосфера. Розита сидела с обиженным видом. Когда она тоже изъявила желание отправиться на верховую прогулку, было объявлено, что ей придется остаться дома, потому что лошадь, на которой выезжала Элена, захромала, а больше свободных лошадей нет. Марк был угрюм и молчалив. Время от времени он критически поглядывал на Дамарис, и девушка, не ожидавшая, что ей придется задержаться в гостях, а не вернуться обратно сразу же после завтрака, как это планировалось изначально, чувствовала себя неловко, понимая, что повседневная юбка и свитер, привезенные ею на смену вечернему платью, не слишком подходящий наряд для будущей хозяйки Рейвенскрэга. Элене было не по себе от того, что наговорила Дамарис много лишнего; и лишь Педро пребывал в обычном благодушном настроении и ел с аппетитом. Когда же Дамарис спросила, будет ли вечером свободна машина, чтобы она могла вернуться домой, Марк удивленно вскинул брови.
- Ты так спешишь поскорее сбежать отсюда, - сказал он. - Я думал, что ты проведешь с нами несколько дней.
- Я ничего не знала об этом и никого не предупредила.
- Ты такая незаменимая? - саркастически заметил он. - Я думал, ты сама себе хозяйка.
Ее задел его насмешливый тон.
- Но у меня есть свои обязанности, - твердо сказала она.
Розита высокомерно взглянула на нее.