Бастард Императора. Том 14 (СИ)

  
Бастард Императора. Том 14.
   
Глава 1
 
Кругом одни намеки
 
Видимо, вот оно, то чувство, когда день начинается не с кофе, как выражаются на этой и подобных планетах, а с того, что встал не с той ноги. Одна проблема за другой… Я-то думал, что у меня хотя бы время есть, пока Соколов успеет всё поглотить.
  
Я, конечно, ожидал, что за мной придут, но не думал, что прямо под «стражу» возьмут. Это я теперь вообще не должен совершать никакие правомерные поступки, иначе всё будет расцениваться, как побег.
А он всё предусмотрел…
Впрочем, от тех же высших в любом случае не убежишь. Улетишь — да, но в данном случае это будет уже уход от ответов и воспримется, как, само собой разумеющееся — побег.
— Причина ареста? — спросил я.
— Нам не сказали, — хмыкнула Ядвига и посмотрела в сторону. — Сказали лишь только то, что мы должны тебя привести.
— Неожиданно… — кивнул я, — сразу целых двоих высших выслали за мной. Император меня явно… уважает, — усмехнулся я, смотря на резко посерьёзневших высших.
То, что они не назвали причину ареста, говорит о многом, и не о самом хорошем. Грубо говоря, меня вызвали «на ковёр». И для чего — это вопрос. Но, скорее всего, для разноса. Ибо в иных случаях причина называется, а тут, без причины, чтобы сразу не обвинять, в итоге могут повесить и измену Родине.
Ну и да, когда ты не знаешь причину — автоматически нервничаешь. Наверное, за этим и был придуман такой ухищрённый способ заставить задуматься. Впрочем, я знаю пару лазеек в этой ситуации.
— Император высоко ценит ваши заслуги, барон, — улыбнулся воздушник.
— Тут такое дело… у меня тут война, — ответил я.
— Ты уже почти закончил её, — пожала плечами Ядвига. — Если хочешь, мы можем как-то помочь, но аккуратно.
— Согласно имперским законам, — начал я, — вы не можете отправлять меня под стражу в момент нахождения моего Рода в состоянии войны, если этот арест не связан с предательством Родины или личным противодействием императорскому Роду.
— Всё так, — кивнул воздушник и улыбнулся.
— На основании этого я требую, чтобы мои земли были под охраной императорского Рода до моего возвращения. Если быть более точным, — прервал я Ядвигу, которая хотела что-то сказать, — я требую, чтобы высший лично занялся этим вопросом.
— Требуешь вопреки приказу императора, — усмехнулась высшая, — не перестаёшь меня удивлять…
— Нужно было просто заранее назвать причину, — пожал я плечами. — Я знаю свои права и законы империи, а также знаю, что данным безымянным приказом император ставит под сомнение моё служение империи, и если так продолжится, то имя моего Рода может быть опорочено. А я никому не позволю порочить его, даже императору, — добавил я стали в голос и посмотрел им в глаза. Оба высшие едва заметно дёрнулись и внимательно посмотрели на меня. — Поэтому кто-то из вас, почтенные высшие, должен остаться, чтобы все всё поняли правильно. А мы таким образом подтвердим, что император вызвал меня на «дружескую» беседу.
Воздушник смотрел на меня, а потом засмеялся, и Ядвига тоже улыбнулась.
— Браво, барон, браво! Именно такими и должны быть бароны! Не зубами, а клыками страны! Ядвига? — он посмотрел на неё.
— Хорошо, — кивнула женщина. — Я присмотрю за землями барона Вяземского. В сам конфликт я вмешиваться не буду, но не допущу дальнейшего вторжения.
— Этого будет достаточно, — подтвердил я её слова и оглянулся в сторону замка.
Теперь можно улетать спокойно. Если ещё кто-то сунется — его спровадит высшая.
— Мило, — улыбнулся воздушник.
В окнах едва заметно мелькали горничные, и у них в руках были рунные мечи в руках. И когда только успели вооружиться…?
— С такими слугами не пропадёшь, — произнёс он, и в его словах я ощутил некую толику грусти.
Я их этому не учил… а значит, либо сами… либо в моих рядах затесались особо боевое горничные. Впрочем, они и раньше были, но в меньшем количестве.
— Вы дадите мне минуту? — спросил я. — Не лететь же к императору неподготовленным.
— К сожалению — нет, — ответил воздушник. — Приказ был кристально ясным — немедленно.
Дирижабль уже приземлился, и я кивнул, и спокойно пошёл к нему в сопровождении двух высших. Свои земли я обезопасил — а большего и не надо. Если он хочет поговорить — поговорим. Уступать я не намерен.
Тем более что у меня есть козырь в рукаве — мой ранг. Который я раскрою. Титул графа я должен получить именно хотя бы предвысшим. А-то несолидно как-то получится. Всё это будет освящено множеством каналов и источниками информации. Враги должны понимать, что связываться теперь уже с графством — себе дороже.
На разговор с императором это точно повлияет. Всё же он явно такого не ожидает. Вот только как… — это уже другой вопрос.
Трап дирижабля открылся, и из него посыпались двое предвысших и мастера. Ко мне подошли двое мужчин в чёрных военных одеждах.
— Барон, — произнёс один из них, доставая наручники.
Я лишь склонил голову набок и молча посмотрел на него, как на не совсем вменяемого.
Ещё один собрался записать меня в предатели империи. Ну или это император хочет таким образом что-то мне показать.
— Уберите, — спокойно ответил воздушник. — Барон пошёл добровольно, и своим поступком вы выказываете ему неуважение. Я ручаюсь за барона, и эти ухищрения ни к чему.
— Прошу прощения, барон, — мужчина щёлкнул каблучками, приложил руку к груди и слегка склонился.
— Вольно, — спокойно ответил я и пошёл вперёд под удивлённые от такой наглости взгляды гвардейцев.
Так-то меня должны держать в наручниках, но, при неназванном приказе — это сродни приравниванию к предательству. Более того, меня должны были держать в специальной камере, но я прошёл к обзорной палубе и опёрся руками о выступающие перила, смотря вперёд.
Гвардейцы остановились позади в нерешительности, а воздушник хмыкнул.
Я в своём праве и не собираюсь делать из меня того, кого везут на разнос, даже если это и так.
— Ступайте, — произнёс воздушник, когда мы взлетели. — Барон, вы не против отказаться от упоминания титулов и рангов при общении? — спросил он вдруг внезапно меня.
— Конечно, — кивнул я. — Почту за честь.
— Тогда обращайтесь ко мне просто по имени, — кивнул и он.
— Владимир, — сразу обратился я к нему. — Как дядя? И можете обращаться ко мне на «ты».
— Плохо, — нахмурился мужчина. — Он вроде и держится и… В общем, сложное состояние.
Нехорошо.
— Когда похороны? — мельком бросил на него взгляд.
— Через четыре дня. Может именно они и помогут Андрею прийти в себя.
Я кивнул. Такая возможность есть. Мне нужно, чтобы он пришёл в себя. Такими бойцами нельзя разбрасываться, и однажды он пойдёт за мной, а я помогу ему стать ещё сильнее.
— Лена была всем для него, ну и ты, — Владимир смотрел в окно, на проносящиеся облака. — Шутка ли… но мы порой пересекались втроём после заданий, и он хвастался, что у него, оказывается, есть один настоящий племянник. Всё же остальных Вяземских он недолюбливает.
Иронично, однако… Учитывая то, что это тело не может принадлежать Роду Вяземских по крови.
Мы немного помолчали.
— Я так полагаю… что спрашивать, зачем я императору — нет смысла? — спросил я.
— Увы, — усмехнулся Владимир. — Я понятия не имею. Об этом тебе только сам император расскажет.
Мы ещё какое-то время поговорили, а потом Владимир ушёл. Я же остался у обзорного окна, обдумывать шаги дальше.
Император всё ещё не знает о моей силе. И когда он узнает о ней — у него будет ещё больше вопросов, на которые он не сможет сразу найти ответы, и это свяжет ему руки на какое-то время, а большего мне и не надо. Ведь он многое знает, и про существование космической империи в том числе. Уверен, он не сможет не задаться вопросами. Сложно не подумать об этом, когда у тебя перед глазами такой «феномен». И вот тут-то я и узнаю, как он в целом относится к космической империи.